Вблизи замок казался неприступной скалой. Тяжелые ворота были подняты, но караульные отсутствовали, что ничуть не удивляло — штурма никто не ждал.
На внутреннем дворе крепости сновало несколько лакхаи: одни несли куда-то какие-то вещи, другие вели пленников, третьи стояли кучкой и о чем-то громко переговаривались.
Завидев новоприбывших, один лакхаи, тощий и одетый в такую же синюю хламиду, как и вожаки недавно встреченного воинства, отделился от кучки и пошел навстречу.
— Какая неожиданность, Змей! — развел руками он. Голос его тоже были шипящим, почти как у Змея, но с более высоким тембром. — Ты вернулся. Неужели ты думаешь, что Владыка простит тебе твою оплошность?
— Я искуплю свою вину, — холодно ответил Змей.
— Интересно узнать как?
— Тебя это не касается.
— Ты же знаешь, что касается. Меня здесь все касается, — лакхаи растянул тонкие губы в улыбке, слегка обнажив мелкие зубы.
— У меня есть то, что Владыка давно ищет.
И только теперь лакхаи обратил внимание на Наргха:
— Это кто? Его аура… необычна.
— Это демон.
— Демон? — у лакхаи снова вырвалась усмешка. — У Владыки в подчинении сотни демонов. Неужели ты думаешь, что удивишь его, приведя к нему очередного слугу Бездны?
— Уйди с дороги, Калх, мне не о чем с тобой разговаривать, — Змей зашагал прочь, явно раздосадованный встречей.
— Кто это был? — спросил демон, как только они отошли.
— Калх. Старший надзиратель. Он думает, что контролирует здесь все и всех, но заблуждается. Он — такая же мелкая сошка, как и все остальные.
— Он сказал, что ты оплошал. В чем именно?
— Долгая история, — отмахнулся Змей.
В главной галерее самой высокой башни, в которую они вошли, было пусто и мрачно. Вдоль широкой дорожки, ведущей в главный зал, стояли громоздкие колонны, словно молчаливые стражи. Наргх со Змеем шли по мраморному полу, прислушиваясь к звукам собственных шагов. Вскоре они вышли в главный зал, пространный и пустой. Высоченный потолок был увенчан серебряной люстрой с сотнями свечей. В огромном камине трепыхались язычки пламени, отбрасывая неяркие блики на развешанные на стенах портреты. Наргх понял, что замок до вторжения Агниуса принадлежал какому-то вельможе, возможно, кому-то из тех, чье лицо было изображено на одной из картин. О судьбе предыдущего владельца замка тоже можно не гадать. Единственное, чего точно нельзя было встретить у бывшего хозяина в его жилище, так это расставленных вдоль стен стеклянных резервуаров с плавающими гомункулами.
А их здесь были десятки.
— Что это? — спросил демон, разглядывая скрюченное голое существо в мутной воде.
— Зародыши. Здесь еще не все резервуары. Основная их часть содержится в инкубатории, что в подземелье.
— Из них вырастут тхаширы?
— Скорее всего, да, но, возможно, что и лакхаи. Может быть, мои братья и не столь способны, как тхаширы, но в повиновении мы лучшие. Поэтому Владыка нас по-прежнему воспроизводит.
— Так значит, вот как Агниус плодит своих детей.
— К этому способу он пришел лишь семь лет назад. До этого у него были немного иные методики.
— И какие же?
— Вивисекция, скрещивание и другие.
Гомункул в резервуаре дернулся, мутная жидкость забулькала, грозя вылиться через край. Наргх прижал шестипалую ладонь к стенке емкости, приблизился, чтобы лучше рассмотреть содержимое.
— Эй, ты! — вдруг услышал он позади. — Не трогай это. — Демон обернулся и увидел быстро шагающего к ним еще одного лакхаи в красной хламиде. В руках он сжимал длинную трость с болтающимся поплавком на конце.
— Кто ты такой и что здесь делаешь? — спросил он строгим голосом. Лицо его было бледным, волосы отливали чернильной чернотой.
— Спокойно, Лэкх, он со мной, — улыбнулся незнакомцу Змей.
Лэкх недовольно глянул на проводника Наргха, и вскоре его лицо стало меняться.
— Змей? Не думал, что ты еще жив, — в голосе не было радости, но и угрозы Наргх не чувствовал.
— Я вижу, тут не все рады меня видеть.
— А чего радоваться? Ты подвел Владыку, а он не любит, когда так поступают.
— Я искуплю свою вину, — уже во второй раз пообещал Змей. — Кстати, ты не знаешь, где его можно найти?
— Там, где и всегда.
И Наргх со Змеем двинулись дальше. Как объяснил лакхаи, «там, где и всегда» означало, что Агниус снова корпел над чем-то, сидя в своей подземной лаборатории. Они покинули главный зал, свернули в узкую галерею, прошли несколько пролетов и, наконец, добрались до входа в подземелье.
— Раньше тут была тюрьма, — рассказывал Змей, когда они спускались по ступенькам. — Но Владыка нашел в этом подземелье другое предназначение — теперь тут располагается инкубаторий и лаборатория.
Инкубаторий был воистину огромен. Те несколько десятков резервуаров в главном зале казались лишь шуткой по сравнению с тем, что было здесь. Высоченные полки в семь этажей, разделенные лестницами и узкими пролетами, были заполнены прозрачными емкостями с мутной жидкостью. В некоторых плавали гомункулы, иные же пустовали. И обслуги здесь тоже было больше. Лакхаи в красных одеждах расхаживали между рядами с резервуарами, время от времени окуная в мутную жидкость трости с поплавками на концах, видимо, таким образом проверяя состав и что-то высчитывая.
Проходя мимо одного ряда, Наргх увидел, как трое пихшей вытаскивали из резервуара с особенно грязной жидкостью бледное тело. Новорожденный полудемон выглядел скверно: рот открыт, язык наполовину вылез наружу, все тело дергается в мелких конвульсиях. Создавалось впечатление, что он вот-вот умрет.
— Это выкидыш, — пояснил Змей, догадавшись о вопросе демона. — Такое часто случается.
— И что с ним сделают?
— Выбросят или отправят на переработку.
— На переработку?
— Да. Плохой материал тоже может на что-нибудь сгодиться. Ведь помимо пихшей Владыка экспериментирует еще со множеством существ.
Вход в лабораторию, высокие, обитые железом двери, как ни странно, охранялся двумя рослыми полудемонами. Ни на одного из представителей существующих поколений они похожи не были.
— Владыка занят, — прогремел один из них, похожий на здоровенного быка. Глаза налиты кровью, ноздри раздуваются с каждым вздохом. На мохнатой морде не читалось враждебности, лишь истовое исполнение долга. Второй молча глядел на незваных гостей, чуть щуря свои поросячьи глазки. Два тонких рога на голове блестели во тьме, словно стальные иглы.
— У нас к нему важное дело, — медленно, почти по слогам проговорил Змей.
— Владыка занят, — повторил гигант и чуть насупился.
— Да, с этими битюгами будет сложнее, — прошипел лакхаи, обращаясь к демону.
— А кто они такие?
— Переходный этап от гихронов к кишранам. Обычно подобных Владыка уничтожал, но этих почему-то решил оставить.
— В них совсем нет ничего человеческого, — заметил Наргх.
— Послушайте, о почтенные стражи покоев повелителя нашего, — снова заговорил слогами Змей. — Я пришел, чтобы не мешать Владыке, но помочь ему. Разрешив нам пройти, вы окажете добрую услугу своему повелителю. Он отблагодарит вас, накормив вдвое больше обычного.
Повисла тишина. Лица стражей омрачились задумчивостью.
— Хорошо, проходите, — через некоторое время прогудел полудемон с поросячьими глазами и отступил на шаг. Первый последовал его примеру.
— Не будь они столь тупы, нам бы долго пришлось их уговаривать, — Змей подмигнул демону.
Минуя небольшой коридор, демон и лакхаи, наконец, попали в лабораторию. Помещение было сплошь заставлено огромными колбами, ретортами и прочим алхимическим оборудованием. Здесь и там сновали лакхаи, занятые какими-то делами. На длинных столах громоздились туши мертвых пихшей, какие-то были разделаны, какие-то еще целыми. Высокий человек в серой мантии с красной оторочкой стоял спиной к гостям и копошился над бледным трупом полудемона.
— Владыка, разрешите приветствовать вас, — прошипел Змей.
Человек медленно обернулся, откинул ото лба спавший на лицо локон темных волос, выпрямился.