Офицер связи потребовал сбросить с вершины кинокамеру, но только не на китайскую, а на непальскую сторону. Пришлось подчиниться.
Все обитатели базового лагеря столпились вокруг рации, слушая вести с вершины. Тройка победителей готовилась к спуску. Все ждали. Ждали, что скажет их руководитель. Хомутов должен был сказать что-то значительное в этот праздничный день. И он сказал:
– Мы, советские альпинисты, совершившие восхождение на Эверест 9 мая 1982 года, поздравляем с Днём Победы над фашистской Германией весь советский народ, который одержал эту победу, и все народы других стран, боровшихся с фашизмом. Салютуем на вершине Эвереста в честь праздника Победы поднятием ледорубов. Ура!
Так закончилась первая советская экспедиция в Гималаях. Одиннадцать восходителей поднялись на высочайшую вершину планеты по контрфорсу юго-западной стены – маршруту, который прежде считался непроходимым. И заслуга в этой трудной победе над Эверестом принадлежит взошедшим и невзошедшим, всем, кто участвовал в подготовке и организации экспедиции. Всем, кто создавал советскую альпинистскую школу. Всем. Всем поровну. Ведь в альпинизме не бывает статистов и звёзд...
![Русские на Эвересте. Хроника восхождения imgDD37.jpg](https://litlife.club/books/250067/read/images/imgDD37.jpg)
Постскриптум
Как нередко случается в извилистой журналистской судьбе, я оказался в Гималаях совершенно случайно.
Работал себе редактором отдела международной жизни «Недели» – воскресного приложения «Известий»… Ни одного настоящего альпиниста в насыщенной встречами с самыми разными людьми биографии ни разу и в глаза не видел.
В преддверии первой советской экспедиции на Эверест наш славный еженедельник открыл клуб «Альпинист». И напечатал несколько посвященных этому долгожданному событию материалов.
На Памир, где проходили последние перед восхождением отборочные сборы лучших альпинистов страны, решили послать… меня. Лишь потому, что в «Неделе» среди пишущей братии не нашлось больше заядлых горнолыжников, регулярно бывающих в горах.
Мы полетели вместе с замечательным известнейшим фотографом Виктором Ахломовым… Он, оперативный и вездесущий, сделал нужные ему снимки. И при первой возможности, чтобы не терять времени даром, вернулся в Первопрестольную.
Я же пробыл на Памире довольно долго. Успел познакомиться со всеми альпинистами… Это жилистые, суровые с виду, но с тонким чувством юмора мужики. Не теряющие самообладания ни в каких, даже экстремальных ситуациях.
Подавляющее большинство – высококлассные технари. Немало кандидатов, даже докторов разных там замысловатых наук. Были и врачи… Гуманитарных хлюпиков, что вполне закономерно и естественно, – ни одного.
В Москву вернулся с Юрием Сенкевичем и его сотрудниками из «Клуба путешественников»… И тут же разродился в «Неделе» внушительным двухполосным очерком под названием «Памирская репетиция».
После чего прослыл среди коллег большим специалистом в области альпинизма… Так что, когда из «Спутника» пришла заявка в «Известия» на одного журналиста в «группу поддержки» для поездки в Непал, вопрос о достойной кандидатуре решился сам собой.
Нашу лихую компанию украсили мощные ребята-альпинисты, не вошедшие по той или иной причине в состав экспедиции… Хрупкие на вид девицы из легендарной женской лыжной научно-исследовательской полярной команды «Метелица».
Шустрые фотографы, обвешанные аппаратами… Задумчивый художник с мольбертом… И два моих потенциальных «конкурента» с блокнотами – асы пера Алевтина Левина из «Комсомольской правды» и Юрий Рост из «Литературной газеты».
Сразу же после возвращения напечатал в «Неделе» под знаменитой тогда рубрикой «Гость 13-й страницы» интервью с Владимиром Балыбердиным и Эдуардом Мысловским… Потом были другие публикации в журналах и коллективных сборниках.
Как-то мне позвонили на работу из издательства Агентства печати «Новости». Предложили привезти какой-нибудь отрывок из потенциальной повести о первой советской и столь успешной экспедиции на Эверест.
Его они хотели перевести и предложить зарубежным издателям… А спустя несколько месяцев сообщили, что текст пришелся по душе немцам из ГДР. Так что можно начинать работу над книгой.
В самом начале 1984 года издательство АПН приняло без какой-либо правки рукопись под заголовком «Русские на Эвересте. Хроника восхождения»… Заодно выяснилось, что издавать её будет «Брокгауз» из Лейпцига.
Когда они, образно выражаясь, выдадут продукт на–гора, неизвестно. О выходе книги узнал лишь весной 1987-го… в Кабуле. Где уже почти год усердно пахал собственным корреспондентом «Известий» в Афганистане.
В корпункт позвонили из посольства. Торжественно сообщили о радостном событии. И профессионально намекнули: сей исторический факт, мол, надо бы отметить.
Само собой… «Известинцы» ведь не жлобы, как отдельные персонажи с дипломатическими паспортами.
Несколько экземпляров получил летом того же года. Когда прилетел в долгий положенный отпуск, увидел. И… обомлел. Просто умопомрачительные (во всяком случае, по тем временам) внешние данные.
Шикарная цветная суперобложка с картой Гималаев на внутренней стороне… На переплете душевный и рельефный сине-белый портрет высочайшей вершины планеты… Мелованная бумага.
Несколько десятков фотографий… Немного – черно-белых. В основном цветных. Отличного качества. Небольшие. Размером со страницу. И на целый разворот.
Плюс рисунок Царь-горы с пунктирным маршрутом наших славных альпинистов к заветной вершине. И с элегантными трехугольничками всех их пяти промежуточных лагерей с указанием соответствующих высот.
Словом, потрудились в «Брокгаузе» на славу. Ничего не скажешь. Спасибо им, конечно… Только вот название книги изобрели они другое – «К третьему полюсу. Советские альпинисты на Эвересте».
На момент издания немцы, скорее всего, ещё не прониклись русским патриотизмом. За что, правда, вроде бы даже извинились. И на обороте титула крупным шрифтом поведали читателям, что оригинал называется «Русские на Эвересте. Хроника восхождения»…
Мне всегда, честно говоря, хотелось издать книгу на русском. Но, по совершенно непредвиденным и витиеватым жизненным обстоятельствам, как-то не получалось.
Только теперь, в конце-то концов, удачно, как говорится, сложились звезды. И на средства друзей-товарищей удалось осуществить давнюю хрустальную мечту.
Книга выглядит скромнее, чем у немцев... Прежде всего, из-за отсутствия утерянных или пришедших по сроку давность в негодность фотографий.
В оригинал не вносил никаких изменений… Ни дополнений. Ни сокращений. Ни стилистических и прочих правок. Решил – пусть он останется, так сказать, в полной неприкосновенности.
Как написал несколько десятилетий тому назад, пусть таким и будет сегодня. Не стоит уподобляться литературно-журналистским проституткам, сверх чутко и мгновенно реагирующим на любую конъюнктуру…
Очень много лет прошло с триумфального окончания первой советской экспедиции на Эверест… Некоторых из её участников уже нет в живых.
Один погиб в снежной лавине[34]… Второго погубил увесистый камень, рухнувший на него в горах… Третьего на перекрестке в городе – огромный трейлер, практически расплющивший его машину[35].
Четвёртый ушел из жизни намного раньше, чем вроде бы положено природой[36]… Ещё четверо – в более или менее почтенном возрасте.
Возможно, когда-нибудь напишу о них в мемуарной книге «Кругосветка. Автобиографическое плавание». И о других тоже. Если, понятно, хватит времени и сил…
А сейчас давайте-ка лучше снова вернемся на тридцать два года назад. В весенние фантастически живописные Гималаи.
Все наши альпинисты, слава Богу, живы-здоровы… Они, правда, прилично похудели. Их здорово измотало многомесячное пребывание и тяжёлый труд на большой высоте.
34
Валерий Хрищатый погиб 4 августа 1993 года в 12 часов дня под ледовым обвалом у пика Чапаева на леднике Семеновского, поднимаясь на западное плечо Хан-Тенгри.
35
В ночь на 22 июля 1994 года Владимир Балыбердин погиб в Санкт-Петербурге, попав на своём автомобиле под колёса грузового трейлера, выехавшего на красный свет на перекрёстке Софийской улицы и проспекта Славы. Похоронен перед главным входом на Южное кладбище Санкт-Петербурга.
36
Михаил Туркевич – род. 22 марта 1953, с. Утешков, Львовская область – 2003, Сочи.