Спорщики никак не могли прийти к единодушному мнению, да и не стремились к этому. Им хотелось говорить на эту тему без конца. Единственное, на чем они сошлись, это истратить часть выручки от «кино» для покупки какого-нибудь полезного подарка будущей матери. Против такого предложения не возражали даже те, кто подозревал во всем этом «вмешательство шайтана».
Между тем известие об открытии «кино» дошло до тюремной администрации, которая усмотрела в невинном развлечении заключенных нарушение порядка, подстрекательство к бунту и падение нравственности. Тюрьма, по определению закона, является местом исправления и перевоспитания, а кино, как заявил главный надзиратель, мрачный человек с вытянутым угрюмым лицом, — есть неуважение к закону и насмешка над ним. Однажды ночью он пришел и залепил дырку цементом. И вот тут-то заключенные устроили настоящий бунт.
— Долой начальника тюрьмы… Откройте кино!.. — вопили они.
Неожиданно они получили поддержку со стороны сержанта Абд аль-Кадера.
— Послушай, Фавзи, я согласен с вами. Но выход только один: вы сами должны открыть кино. А я так доложу начальнику об этом нарушении: «Господин бек, я не могу гарантировать спокойствия заключенных, если главный надзиратель снова залепит дырку». Тогда начальник испугается и спросит: «А что же нам делать, Абд аль-Кадер?» Вот тут-то я и скажу: «Оставим все, как есть…»
Заключенные вновь открыли «кино» и шумно отпраздновали это событие. Расколупывая дырку куском медной проволоки, Фавзи шепнул Саиду:
— С согласия сержанта Абд аль-Кадера немножко расширим отверстие, чтоб было лучше видно… Приятели обменялись понимающими улыбками.
Мустафа Махмуд
Карьера доктора Фануса
Перевод Л. Петровой
Доктор Фанус, молодой начинающий врач, окончил институт в 1948 году, в эпоху всеобщего прогресса, когда на глазах преображались наука, искусство, политика и сами люди. Восторженный энтузиазм охватил молодые умы, и они в порыве воодушевления с готовностью критиковали своих отцов и насмехались над дедами. В каждой голове созревали утопические проекты преобразования мира, в каждом сердце рождались фантастические мечты о прекрасном будущем.
В душе доктора Фануса тоже жила великая мечта — стать настоящим врачом: не таким, как старые врачи шарлатаны, которые практикуют в деревнях, где под видом лечения выколачивают из феллахов деньги за кальциевый клистир или рецепт на хину; не таким, как служащие медицинских учреждений, которым платят жалованье лишь за то, что они ставят печати на документах, оформляют свидетельства о рождении и выписывают освобождение от работы; он не уподобится и тем преподавателям, которые бубнят за кафедрой, уткнувшись в свои конспекты и начиняя головы студентов истинами, изрядно обветшавшими со времен Гиппократа. Нет, доктор Альфонс Фанус не унизит себя стяжательством. Титулы, земельные владения, огромные поместья и роскошные «шевроле» — это язвы старой медицины. А он целиком посвятит себя науке. Ему нужно совсем немного: маленькую приемную, где он мог бы принять больного, и небольшой доход — не более тридцати гиней в месяц на покрытие его скромных расходов. Свободное время он посвятит науке. Он будет неустанно совершенствоваться, следя за новейшими достижениями медицины. Свою маленькую приемную он сделает настоящим исследовательским институтом, где каждый пациент станет объектом глубокого научного изучения.
В 1949 году мечта доктора Фануса осуществилась. Он устроил собственную приемную, поселившись в четырехкомнатной квартире в новом здании на центральной площади одного из оживленных районов Каира. В приемной был рентгеновский аппарат, установка УВЧ, маленькая лаборатория и даже — библиотека! Одним словом, все самое необходимое. Все… кроме больных. Люди, входившие в подъезд дома, где поселился доктор, растекались по всем десяти этажам, разыскивая таблички с именами других врачей, медицинских инспекторов, разных клиник и учреждений. Но никому из них не приходило в голову обратиться к доктору Фанусу. В первое время приемную посетили несколько человек: электрик, паяльщик, служащий, выписывающий счета за коммунальные услуги, да агент фармацевтической компании. У доброй половины больных, обратившихся впоследствии к доктору, были рекомендательные письма от его друзей с просьбой принять их бесплатно. Иные попадали к нему просто по ошибке, разыскивая какого-то врача по фамилии «Анус». Но вот наконец судьба сжалилась над ним и послала нескольких больных.
Доктор внимательно выслушивал их жалобы, тщательно осматривал, уделяя не менее часа каждому больному. Однако те остались недовольны: ушли и больше не появлялись в его приемной, решив, должно быть, что бедный доктор просто нерасторопен. В конце концов дело совсем захирело и клинике грозило полное банкротство. Тут было от чего прийти в отчаяние! Альфонс Фанус пересматривал свои принципы с тем же разочарованием, с каким проверял счета: тридцать гиней убытка и никаких перспектив! Советы, которые давали друзья: печатать объявления, агитировать диспансерных больных, заманивая их бесплатными лекарствами, использовать обычные рекламные трюки — все это вызывало в нем только чувство досады. Его совесть решительно восставала против подобных методов, да и в профсоюзе они не могли найти одобрения. Нет, пусть уж лучше он умрет с голоду. Голодная смерть не так страшна, как утрата веры в свои принципы и идеалы. Выходит, что разговоры о науке — пустая болтовня. Санитар, у которого ничего нет, кроме велосипеда и белого передника, неплохо зарабатывает на банках, уколах и кровопускании. А врач с высшим образованием не имеет ни одного пациента! Почему же так происходит? Это выше его понимания.
Однажды кто-то постучал в его дверь. Опять какой-нибудь больной по ошибке забрел в его приемную?.. «Кто бы это мог быть? Ах, да не все ли равно! — равнодушно подумал доктор, потерявший всякую надежду на успех. — Пусть хоть сам ангел смерти Азраил!»
В приемную вошел высокий бледный человек с лихорадочно блестящими глазами. Поздоровавшись с доктором, он сел, молча потирая руки.
— Слушаю вас, — пробормотал доктор.
— Вот уже год, как я ощущаю страшную слабость. Меня замучили головные боли и бессонница. Совсем нет аппетита и вялость… ужасная вялость.
— Чем вы занимаетесь?
— Я адвокат. У меня контора в аль-Аббасийи. Я адвокат Махмуд Фахми.
— Очень рад познакомиться с вами.
— Я болен вот уже целый год. Обращался к разным врачам, но никакие лекарства, ни отдых мне не помогают. Не знаю, что и делать…
— Вы, наверное, любите выпить? Много курите? Или, может быть, гашиш?
— Нет, что вы, доктор, ничего этого я не употребляю.
— Засиживаетесь допоздна в гостях?
— Да нет, изредка.
— На что вы жалуетесь конкретно? Боль в груди? Может быть, желудок? Или сердце?
— Нет, у меня ничего не болит. Только слабость…
— Подойдите, пожалуйста, поближе.
Доктор тщательно осмотрел больного, послушал сердце, легкие.
— Одышки у вас не бывает?
— Бывает. Особенно, когда поднимаюсь по лестнице.
— На каком этаже вы живете?
— На седьмом.
— Что же вы так высоко забрались?
— Я снимаю квартиру в районе, где расположена моя контора. Других квартир там нет. Или они слишком дороги для меня.
— Понимаю.
Осмотрев больного, доктор сделал рентгеновский снимок и анализ крови. В ожидании результатов обследования, пациент бродил по пустым комнатам, внимательно осматривая их.
— Какая прекрасная квартира! И этаж подходящий. Я всю жизнь мечтал о первых этажах. Вот, например, эта комната: большая, светлая, и окна выходят на улицу, а не в какую-нибудь подворотню… А что вы скажете, если я попрошу вас сдать мне эту комнату. Похоже, она вам совсем не нужна. Я готов платить за нее девять гиней.
В первую минуту доктора ошеломило такое предложение. Однако упоминание о девяти гинеях заставило его задуматься. Будто не расслышав слов адвоката, он произнес: «Вы абсолютно здоровы. Просто небольшое нервное истощение. А чтобы избавиться от одышки, вам нужно сменить квартиру».