Когда он доподлинно увидел, что сей естественный кунштюк подтвержден опытом, то вскорости захотел узнать, каким средством можно уберечь человека от пули, но объявить ему о сем было некстати. Он подбивался ко мне со всякими ласкательствами и обещаниями; я же сказал, что мне не надобны ни деньги, ни богатства. Тогда он подступил ко мне с угрозами, я же отвечал, что ему не к чести задерживать паломника, направляющегося в Эйнзидлен. Он укорял меня в неблагодарности за оказанное мне дружеское гостеприимство; напротив, представлял я ему, что он уже довольно от меня научился. Но как он ни за что не хотел от меня отвязаться, то вознамерился я его обмануть; ибо тот, кто хотел бы ласкою или силою узнать от меня сие искусство, должен быть весьма высокою персоною. И понеже я приметил, что он оставил без внимания, крестился я или бормотал заклинания в то время, когда он пытался поджечь порох, то и решил околпачить его тем же манером, как меня самого околпачил Бальдандерс, да так чтобы не выставить себя лжецом и все-таки не открыть ему истинного способа, ибо написал ему такую записочку:
AsavitomnahoresarjesclitiramenalemalomadezakamburumanolditinablrenannasioresikurratamHerodananioremiasavitomorerahoremathisaletarastvojosoremielitiranasiorezatamkolymansaceroremidiledrobitlapukarardeslaertasaraceltuhil.
Когда я ему составил сей заговор, то он ему поверил, ибо полагал, что эта такая тарабарщина, которую никто не разумеет. Таким образом удалось мне от него отвязаться, да еще заслужить такую милость, что он пожаловал мне несколько талеров на пропитание в дороге; но я отказался их принять, а пошел от него, довольствовавшись одним завтраком. Итак, зашагал я вниз по течению Рейна к Эглизау [962], однако ж присел по пути у водопада, где река, с превеликим шумом и гулом пенясь и кипя, низвергает свои воды.
Тут взяло меня сомнение, не учинил ли я моему хозяину, который так радушно приютил меня, слишком большую пакость, отдарив его таким кунштюком. Ведь, может быть, размышлял я, он впоследствии вручит эту цидулку и дурацкие слова как надежное средство своим детям или каким-либо друзьям, которые потом, положившись на него в беде и опасности, прежде времени сложат головы; кто тогда будет повинен в их ранней смерти, как не ты? Спохватившись, хотел бежать назад, чтобы сделать отмену, да поостерегся, рассудив, что когда я снова попаду к нему в лапы, то он обойдется со мной куда жестче, нежели прежде, или, по крайности, отплатит мне за обман, а посему продолжал свой путь в Эглизау; там выпросил я себе пищу, питье и ночлег, а также пол-листа бумаги, на коем написал следующее: «Благородный, благочестивый и высокочтимый господин! Я благодарю еще раз за добрый приют и молю бога, дабы он тысячерицею воздал за него господину. Впрочем же, питаю опасение, что впредь господин может ввергнуть себя в опасность и начнет испытывать бога, ибо он перенял от меня изрядное искусство уберечь себя от пули; должен предостеречь господина и пояснить ему сие искусство, дабы оно ему ненароком не причинило вреда. Я написал:
Сие надлежит господину уразуметь правильно и, вынув из каждого тарабарского слова, которые все не волшебные и не обладают никакой силой, средние буквы, сложить их по порядку одну за другой, и тогда получится: «Стой там, куда никто не стреляет, и ты цел будешь».
Сему пусть следует господин, поминает меня добром и не почитает меня обманщиком, ибо я вверяю нас обоих под покров бога, который один хранит того, кого захочет. Datim etc.».
На следующий день меня не хотели выпустить, так как у меня не было денег, чтобы уплатить пошлину, того ради принужден был просидеть битых два часа, покуда не пришел почтенный муж, который уплатил за меня во имя божие что надлежало. Но то, должно быть, случился не кто иной, как палач, ибо сборщик сказал ему: «Не сдается ли тебе, мастер Христиан, что этот малый попадет к тебе в переделку?» – «Не знаю! – отвечал мастер Христиан. – Я еще не показал своего искусства ни на одном пилигриме, равно как и подобном тебе мытаре». Сборщик, таким образом, остался с носом, а я убрался прочь, направившись в Цюрих, где первым делом отправил свое послание в Шаффхаузен, ибо у меня было неспокойно на душе с таким делом.
Четырнадцатая глава
Тогда-то узнал я, как худо приходится на свете тому, у кого нет денег для поддержания своей жизни, даже тогда, когда он с полною охотою желал бы от них отказаться. Прочие паломники, направлявшиеся в Эйнзидлен, у которых водились деньги, сели на корабль, дабы переправиться через озеро; я же принужден был тащиться пешком окольными путями не по иной какой причине, кроме той, что мне нечем было заплатить перевозчику. Однако ж меня это нимало не раздосадовало, а напротив, я шел с прохладцей, довольствуясь любым пристанищем, когда его находил, хотя бы мне пришлось переночевать в склепе. Когда же меня пускал к себе какой-нибудь любопытный хозяин, привлеченный моею странною внешностью, дабы услышать от меня что-нибудь диковинное, то я угощал его такими историями, какие он больше всего хотел услышать, и навирал ему с три короба о том, что мне довелось видеть, слышать и испытать во время моих странствий, причем не стыдился пересказывать выдумки, басни и бредни древних писателей и поэтов, выдавая все за правду, как если бы я сам был всему и повсюду соучастник и очевидец; например, я сам видел понтийское племя [964], прозванное фибеями, у коих в одном глазу два человеческих глазных яблока, а в другом лошадиное, и в доказательство ссылался на свидетельство Филарха [965]; я был у истоков Ганга, где обитают астомеи [966], которые ничего не едят, да и не имеют для сего ртов, а, согласно свидетельству Плиния, вкушают через нос запахи и тем питают себя; item у вифинских женок в Скифии и трибалиев в Иллирии [967], у коих по два глазных яблока в каждой глазнице, понеже о них сообщали Аполлонид [968] и Исигон [969]. За несколько лет перед тем я спознался с жителями горы Милас [970], у коих, как уверял Мегасфен [971], ноги, как у лисиц, а на каждой ноге по восемь пальцев; и у троглодитов на западе я взаправду бывал, у коих, о чем повествует Ктесий [972], нет ни головы, ни шеи, а глаза, рот и нос помещаются на груди, а также у моносцелиев и скиоподибов, у коих только одна нога, которой они прикрывают свое тело от дождя и зноя, но могут на той одной большой ноге перегнать оленя. Я видел антропофагов в Скифии и кафров в Индии [973], что поедают человеческое мясо; андабатов, что воюют с закрытыми глазами и бьются кучею; агриофанов, что пожирают мясо львов и пантер; аримфеев, что без опасения спят под деревьями безо всякой стражи; бактриев, которые живут так умеренно, что у них нет более ненавистного порока, чем пьянство и чревоугодие; самоедов, которые живут за Москвой под снегом; островитян в Персидском заливе у Ормуза, кои по причине нестерпимой жары спят в воде; гренландцев, у коих жены ходят в штанах; берберов, кои всех, кто достигает у них пятидесяти лет, закалывают и приносят в жертву своим богам; индейцев за Магеллановым проливом на Mare pacificum [974], чьи жены носят короткие волосы, а сами мужчины длинные косы; кондеев, что питаются змеями; язычников, что живут за Лифляндией [975] и в известные времена года превращаются в оборотней; каспиев, которые замаривают голодом своих стариков, когда они достигнут семидесятилетия; черных татар, у которых рождаются дети с зубами; гетов, у которых все общее, в том числе и жены; гимантоподов, которые ползают по земле, как змеи; бразильцев, что встречают чужеземцев вином; и мосинеков, что потчуют своих гостей колотушками. Да что там, я видел даже селениток, которые, как утверждает Геродот [976], кладут яйца и высиживают из них людей, а те в десять раз больше, нежели мы в Европе.
962
Эглизау – городок на Рейне в кантоне Цюрих.
963
Сообщаемые в этой главе предания о диковинных племенах, носившие сказочный и отчасти мифологический характер, встречаются у многих античных писателей, в том числе и у Плиния. Особой популярностью пользовались в средние века (L. Тоhler. Über Sagenhafte Völker der Altertums und Mittelalters. Zeitschrift für Volkerpsychologie und Sprachwissenschaften, Bd. XVIII, 1888). В «Хронике» Гартмана Шеделя помещено двадцать одно изображение фантастических существ, обитающих за гранью ойкумены: киноцефалы (люди с собачьими головами), ипопеды (люди с лошадиными копытами), люди с птичьими головами, люди с глазами и ртом на груди, люди с одной ногой, которой они закрываются от солнца, также одноногие, однако ловящие на бегу оленей, и т. д. (изд. 1493 г., л. XII, экз. ГПБ). Из «Хроники» Шеделя эти изображения попали в «Космографию» Себастьяна Мюнстера (1544) и в различные популярные издания. Источником для Гриммельсгаузена послужил LXXXVI дискурс Гарцони («О паломниках и путешественниках»). Не исключена возможность его знакомства с книгой Рэли (см. прим. к кн. III, гл. 4), немецкое издание которой было снабжено гравюрами с изображением людей, у которых глаза и нос находились на груди.
964
«понтийское племя» – здесь и далее имеются в виду народы, живущие вокруг Черного моря, в Скифии и на Кавказе. Особенно разукрашивались фантастическими подробностями известия о народах, обитавших к северу от скифов. Аристей из Про-Koi.ecca (VI в. до н. э.), по преданию, совершивший путешествие в страны Севера, в своей поэме «Аримаспея» сообщает об «иссидонах», которых он смешивает с «ари-маспами»: «Эти люди живут в соседстве с Бореем, многочисленные и очень доблестные воины, богатые конями и стадами овец и быков. Каждый из них имеет один глаз на милом челе; они имеют косматые волосы и являются самыми могучими из всех мужей» (В. В. Латышев. Известия древних писателей о Скифии и Кавказе. Вестник древней истории, 1947, № 1, стр. 298). См. также: J. P. Bolton. Aristeas of Proconnesus. Oxford, 1962.
965
Филарх (II в. н. э.) – греческий историк. Его сочинения не сохранились, но ими пользовался Плутарх.
966
«астомеи». – В сочинении писателя II в. н. э., которого принято называть Псевдо-Плутарх, «Беседа о лице, видимом на диске луны», сообщалось, что «по Мегасфену, люди, которые не едят, не пьют, безротые и зажигают фимиам, чтобы питаться запахом», населяли «коренную Индию» (см.: Филологическое обозрение, т. VI, 1894, Приложение, стр. 30).
967
Иллирия – Далмация.
968
Тимон Аполлонид (I в. н. э.) – географ и историк. Его цитирует Плиний (Естественная история, VII, 17).
969
Исигон – древнейший греческий географ, родом из Никеи.
970
Милас – гора в Сицилии.
971
Мегасфен – греческий историк и географ IV – III вв., составивший изобилующий фантастическими подробностями свод сведений об Индии, бассейне Ганга и Инда. Страбон называл его «лживым писателем» (P. Xенниг. Неведомые земли, т I M 1961, стр. 236 – 243).
972
Ктесий (V – IV вв.) – греческий врач, историк и географ, живший при персидском дворе. В своих историко-географических сочинениях («Персия», «Индия») поместил много фантастических сведений.
973
Кафры – африканское племя. Какие племена названы Гриммельсгаузеном кафрами в Индии, не установлено.
974
Mare pacificum (лат.) – Тихий океан.
975
«язычников, что живут за Лифляндией». – Имеются в виду литовские сказания об оборотнях
976
Ссылка на Геродота не соответствует действительности.