Видимо, от этнонима «лютичи» и произошло название «Литва». Сначала оно имело форму «лютва», как собирательное обозначение всех лютичей. Однако в славянских языках имеет место переход «лю» в «ли». Например, в бе-ларуском языке: лго-ра - лира, лютасць литасць, лютаваць литаваць; в чешском: люд - лид, людства .111 1C; г.о. люты - литы и т.д.
![Войны Московской Руси с Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой в XIV-XVII вв. _5.jpg](https://litlife.club/books/248843/read/images/_5.jpg)
Постепенно «лютва» превратилась в «литву». Паю, что под «литвой» имели в виду «лютву», указывает, па-пример, слуцкое наименование литвинов —
«лютвиньт», а также не
редкие случаи упоминания Литвы В истори- Заклятие меча .Худ. М. Аидриоли, 1883 г.
ческихдокументах времен князя Миндовга (XIII век) какЛютвы.
По нашему мнению, лютичами, или лютинами у велетов звали воинов-зверей, то есть тех, кто в бою воображал себя тотемным зверем. Напомним в данной связи о скандинавских «берсекрах» (или «берсерках») — тех, кто «перевоплощался в медведя» и об «ульфхеднарах» - тех, кто «перевоплощался в волка».
Такие воины-звери известны у древних германцев, кельтов и скандинавов. Они составляли братства-дружины из представителей разных племен, живших в селениях-лагерях отдельно от всех остальных. Римский историк Тацит (58 117 н.э.) писал, что воины-звери были у «варваров» самыми доблестными из всех.
Логично допустить, что аналогичный институт воинов-зверей существовал и у славян, в частности, у велетов. Часть велетских воинов поддерживала ритуально-магическую традицию перевоплощения в волка, связанную с ношением волчьей шкуры и подражанием повадкам этого животного. Кстати, от слова «вой» (в смысле — волчий вой)
![Войны Московской Руси с Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой в XIV-XVII вв. _6.jpg](https://litlife.club/books/248843/read/images/_6.jpg)
Ворота Минского замка (XII XII вв.).
Реконструкция Ю. Зайца
происходят беларуские слова «вояр» и «вой» (в смысле — воин). Незнакомый с дохристианскими обычаями своего народа летописец написал позже, что литвины «вовчии невыправные скуры носили» и объяснил это их бедностью. В действительности же он зафиксировал один из важнейших элементов во-, инского культа волка.
У наших соседей украинцев представления о литвинах как о чародеях и волколаках сохранялось в народных легендах и сказаниях д,о начала XX века! Откуда оно могло взяться? Только из имевших место is прошлом встреч и столкновений с «волками»: лютичами — велетами. Напомним, что Геродот писал о неврах как о людях, известных своим колдовством и превращением в волков. Именно дружину велетских воинов-зверей называли сначала лют-ва, а позже - литва.
До нас дошли кое-какие письменные свидетельства, подтверждающие эту мысль. Например, о разбойничьих набегах «литвы»; о службе «литвы» полоцким, минским, новогрудским, пинским, псковским князьям; выражения в русских былинах типа «хоробра литва». Князь Миндовг, с которого начинается история Великого княжества Литовского, поначалу выступает в летописях наемником, предводителем дружины (литвы). Например: «Даниил возве-де на Конрада литву Миндога...», «Воевашалитва...», «И послаша сторожа литва...», «Выступи на нь из города с литьвою...», «и его дружку литву».
В беларуском фольклоре термин «литва» тоже вытупаетв смысле «дружина». Например, в свадебной песне для обозначения друзей (дружины) жениха (князя):
Не наступай, литва Бо будзез нами битва.
Будем бити, воевати И девоньку не давати...
В России среди народных низов слово «литва» долгое время тоже означало боевые дружины. Так, в Новгородских землях времена шведской интервенции начала XVII века вспоминали как эпоху, когда «литва шла». В Онежском крае вплоть до XX столетия сохранялось употребление слова «литва» для обозначения сражения, битвы («Уж раз пошла такая литва, то худо»), а также и воинской дружины («ты коей земли да коей литвы?»).
Зная, что в старину название «литва» относилось к боевой дружине, нетрудно объяснить тот факт (ставящий в тупик многих современных авторов), что в ономастиконе литвинов встречаются кельтские, славянские, балтские, скандинавские имена. Сравним в этом смысле дружину «воинов-зверей» (воинов-профессиона-лов) с казаками Запорожской Сечи, где были и литвины, и московиты, и молдаване, и татары. Так и «литву» велетов составляли не только славяне, но и балты, кельты, варяги, которые жили на тех землях, где позже остались одни беларусы (литвины).*»
Вплоть до XIII века слово «литва» означало дружины воинов-язычников, занимавшихся набегами на соседей. Многочисленность подобных дружин обусловила многочисленность их предводителей (князей), что отмечено в Ипатьевской летописи. Постепенно они расширяли границы своих владений, в связи с чем термин «литва» тоже постепенно утратил свое собирательное значение и начал обозначать всю совокупность земель, подвластных литве, то есть князьям, возглавлявшим воинские дружины. В конце концов князья Миндовг и Войшелк с помощью своей «литвы» попытались создать целое государство, что им удалось. Оно получило название Великого княжества Литовского (ВКЛ).
Его гербом стало изображение воина верхом на коне, а красный цвет на гербовом поле — это традиционный цвет воинской касты. Кстати говоря, по некоторым свидетельствам, этот воин символи-
* Действительный член Российской императорской академии наук Е.Ф. Карский (1860—1931) считал, что беларуская нация в основном сформировалась к XIII веку на основе трех восточнославянских племен — радимичей, дреговичей и кривичей, с участием некоторых балтских и западнославянских племен.
См.: Карский Е.Ф. Белорусы. Введение к изучению языка и народной словесности. Том 1. Вильно, 1904, с. 113—114.
зирует языческого бога Ярилу. В христианской традиции черты Ярилы приобрел святой Юрий (Гюрга, Егорий), считавшийся, в частности, заступником... волков: «что у волка в зубах —то Егорий дал». Иначе говоря, язычники-славяне считали Ярилу заступником волков (тотема лютичей), и, следовательно, покровителем дружины воинов-волков — лютвы или ЛИТВЫ.
Постепенно, примерно к середине XV столетия, термин «литва» (политоним) распространился на все славянское население ВКЛ и превратился, таким образом, в этноним.
В дополнение к изложенной концепции (ее автор современный беларуский историк ВитовтЧаропка) скажем, что термины «Белая Русь» и «беларусы», «Малая Русь» и «малороссы» являются по своему происхождению чисто русскими. В связи стремя разделами в конце XVIII века конфедеративного государства Речи Посполитой (эти события российские историки до сих пор продолжают называть разделами Польши, вообще не упоминая Великое Княжество Литовское) встал вопрос о том, как именовать захваченные земли и здешнее население.
Что касается территории, то она вплоть до конца XIX века в различных государственных документах, а также в сочинениях русских авторов носила такие названия, как «Западный край», «Северо-Западный край», «Западные губернии», «Губернии от Польши возвращенные», «Западная Русь», «Литовско-Русское государство» и даже «Западная Россия».*
Например, столь одиозный персонаж, как журналист и писатель Фаддей Булгарин (1789—1859) включал в состав «Западной России» губернии Белостокскую, Виленскую, Витебскую, Волынскую, Гродненскую, Минскую, Могилевскую и Подольскую. При этом большинство жителей этих губерний он считал православными, хотя в действительности здесь господствовали униатство и католицизм.**
Что касается населения, то жителей бывшего ВКЛ, исповедавших православие либо униатство, российские чиновники именовали «западноруссы», «православные русские»,л«местные православные русские», «малороссы». Тех, кто исповедал католицизм или кальвинизм, они всегда называли «поляками».
К концу XIX века территорию бывшего Великого княжества Литовского власти в Петербурге официально разделяли на два ге-
* См.: Бобровский П. Материалы для географии и статистики России, собранные офицерами Генерального штаба. Гродненская губерния. СПб, 1863, с. 150-153.