Наутро, после полного разбора трупов и раненых, стали ясны масштабы победы. Орденское войско перестало существовать. Взяты были 52 знамени, все бомбарды и весь обоз. Все руководство Ордена погибло: и Юнгинген, и Валленрод, и Лихтенштейн, а также свыше 600 наиболее именитых рыцарей. Не осталось никого, кто мог бы представлять побежденную сторону на переговорах об условиях капитуляции и мира. С М . Соловьев отметил:
«Битва на Зеленом поле /так он называл Грюнвальд/ бвша одна из тех битв, которые решают судьбу народов: слава и сила Ордена погибли окончательно».
Следовало как можно скорее войти в Мариенбург, создать новую администрацию и поделить территории. Однако эйфория грандиозного успеха замедлила реакцию победителей. Три дня они стояли на месте битвы: хоронили павших, оказывали помощь раненым, считали и делили трофеи. Потом потратили 7 дней на 100-километ-ровый переход. За это время комендант крепости, энергичный комтур Генрих фон Плауэн успел мобилизовать всех, кто мог держать в руках оружие и собрал достаточно сильный гарнизон, пополнил запасы провианта. Сам же замок Мариенбург считался неприступным, те читатели, которым довелось бывать в нем на экскурсии, видели своими глазами, насколько это мощное сооружение — стены высотой до 23-х метров, толщиной в основании 16 метров! Сдаться врагу Плауэн отказался, осада шла вяло, успеха она не принесла. Десятипудовые ядра бомбард оставляли только царапины на стенах твердыни. В конце сентября поляки и литвины сняли осаду и отправились по домам.
После Грюнвальда они больше не встречали нигде сопротивления и за эти два месяца разорили прусские владения Тевтонского ордена. Но воевать дальше сил не было, слишком большие потери понесли литвины и поляки в битве. Ягайло и Витовту пришлось 1 февраля 1411 года заключить с Орденом (точнее, с Плауэном) так называемый Первый Торнский мир (по названию города Торн, ныне польский Торунь). Орден вернул Польше и Литве все захваченные у них земли и уплатил контрибуцию — 300 тысяч золотых дукатов, а так же выкупил своих пленных. Военная мощь тевтонцев была подорвана, через 56 лет (в 1466 году) орден прекратил свое существование.
В ряду крупнейших сражений Средних Веков битва под Грюнвальдом выделяется как числом участников, таки серьезностью последствий. Тевтонский орден, бывший еще утром 15 июля 1410 года одним из могущественных государств, вечером того же дня оказался на грани полного исчезновения с политической карты Европы.
Эта битва вывела победителей — Польское королевство и Великое княжество Литовское — в перворазрядные державы той эпохи.
ГОРОДЕЛЬСКАЯ УНИЯ (1413 г.)
Итак, благодаря Островскому договору Литва и Польша сокрушили Тевтонский Орден. В результате победы под Грюнвальдом, ВКЛ вернуло себе Жемойтию (Жмудь), получило город Сувалки и
земли вокруг него, а Ягайло отдал Витовту Подолье (украинские земли в верховьях и средней части Днепра).
Политическим следствием Грюнвальда стала так называемая «Городельская уния», по названию замка Городля неподалеку от Владимира-Волынского. В 1413 году там было заключено новое соглашение о союзе (унии) Польши и Литвы. Кроме Ягайло и Витовта, его подписали и скрепили своми печатями по 47 магнатов от каждого из двух государств.
Оно предусматривало, что Литва всегда будет иметь своего собственного государя (великого князя) и свое собственное управление. При этом литовское рыцарское сословие (шляхта) получило ряд таких же прав и вольностей, что и польское. Если раньше бояре и дружинники всецело зависели от воли великого князя, то теперь они превратились в сословие свободных людей, обладавших наследственными правами. Этому новому сословию предстояло играть главную роль в политической и военной истории Великого княжества Литовского последующие 380 лет, вплоть до окончательной утраты независимости в 1795 году44
Крестьяне (около 70% населения к 1600 г.) и шляхта были двумя самыми массовыми сословиями в ВКЛ. Сословную грань между ними проще всего определить так: крестьяне — это люди, освобожденные от военной службы и обложенные налогами; шляхтичи не платили налогов, но несли военную службу.
Разница в материальном положении шляхтичей и крестьян была невелика: подавляющее большинство первых составляли так называемые «застенковые». Они обитали на крошечных хуторах («застенках»), сами пахали землю и вели хозяйство вместе со своими слугами (если они у них были). Все их достоинство заключалось в сабле, верховом коне да «шляхетском гоноре».
%
В каждой области (воеводстве) Литвы и Польши отныне учреждены сеймики, представлявшие собой съезды местных магнатов, бояр' и шляхты, на которых они решали многие вопросы, прежде всего — вопросы о новых налогах. Первое время король и великий князь сам объезжал эти сеймики, но затем стал приглашать представителей сеймиков в какой-либо определенный пункт. Иногда по его требованию уполномоченные шляхты собирались на общий съезд, так постепенно возник общий польско-литовский сейм.
15 конце XV века он делился на две палаты: верхнюю — коронную раду (или сенат), где заседали «можновладцы» — прелаты и
высшие сановники Польши и Литвы, а также нижнюю (посольскую избу), где заседали депутаты от шляхты, избранные на сеймиках. Сеймики получили еще большее значение. Они не только выбирали депутатов на вальный сейм, но и составляли для них обязательные наказы. В общем (вальном) сейме депутаты выступали не от своего имени, а как представители сеймиков.
Кстати говоря, Витовт предпринял ряд энергичных мер с той целью, чтобы ликвидировать антагонизм между православными и католиками в Литве. В частности, в 1415 году он учредил автокефальную (независимую) православную митрополию великого княжества с центром в Новогородке (Новогрудке). Митрополитом Литвы он назначил епископа Григория Цамблака, приехавшего из Болгарии. Однако патриарх в Константинополе,-обиженный тем, что «у него не спросили», отказался официально утвердить это назначение.
Тогда Витовт первым высказал мысль о полезности соединения (унии) православной и католической церквей в Литве. Заметим, что это было лет за 20—25 до знаменитого Флорентийского собора! Он даже хотел послать Цамблака на собор в Констанцу, где предполагалось решить вопрос соединения церквей во всей Европе. К сожалению, Цамблак скоро умер,а Витовт таки не назначил ему преемника.
I* А
Попутно отметим, что хан Едигей еще вел некоторое время борьбу с Великим княжеством Литовским. В 1411 году он снова взял Киев, ограбил его, разорил все церкви, в том числе Киево-Печерскую лавру, но потом отправил к Витовту посольство с богатыми дарами и следующим посланием:
«Князь знаменитый! В трудах и подвигах честолюбия застала нас унылая старость; посвятим миру остаток жизни. Кровь, пролитая нами в битвах взаимной ненависти, уже поглощена землею; слова бранные, какими мы друг друга огорчали, развеяны ветрами; пламя войны очистило наши сердца от злобы. Вода угасила пламя».
Нечволодов А. Сказания о Русской земле. Книга 3, с. 33—34
Это послание Едигея (59 лет) произвело сильное впечатление на Витовта (61 год). Он заключил «вечный мир» со своим победителем.
ВОЙНЫ ВИТОВТА С ПСКОВОМ И НОВГОРОДОМ
(1426- 1428 гг.)
Литовский князь, как уже сказано, до самой смерти Василия I Дмитриевича оставался его добрым соседом. Умирая (это произошло в феврале 1425 года) Василий «поручил» свою жену Софью и 10-летнего сына (Василия II) попечительству их отца и деда —
ПО
Витовта. Став опекуном великого князя, и тем самым устранив угрозу со стороны Москвы, Витовт решил, наконец, исполнить свою давнюю мечту — установить контроль над двумя надменными «господами великими», Новгородом и Псковом.
Для начала он вторгся в земли Господина Великого Пскова. 1 августа 1426 года Витовт осадил крепость Опочку. В его войске, кроме литвинов, были наемники (немцы, чехи, валахи), а также татары из дружины свергнутого к тому времени золотоордынского хана Улу-Мухаммеда. Но жители города устроили им ловушку. Они заранее вбили колья в дно рва под мостом к городским воротам, подвешенным на канатах, сами же спрятались. Татары, не видя никого на стенах, толпой бросились к воротам. Тогда защитники обрезали канаты, мост рухнул, много татар упало на колья. Защитники немедленно устроили вылазку и добили раненых.