(Поскольку события «Макбета» происходят в 1040–1057 гг., его главные герои — современники Гамлета.)
Один из прибывших с королем узнает раненого и говорит:
Он — тот сержант,
Который мне помог избегнуть плена.
Это Малькольм, старший сын Дункана. Он родился около 1031 г., так что в начале «Макбета» ему должно быть всего девять лет. К концу пьесы принцу уже двадцать шесть, и в последнем акте он вполне может играть предназначенную ему роль. Но «сценическое время» у Шекспира никогда не соответствует реальному историческому. На самом деле он преднамеренно развертывает действие пьесы в ураганном темпе, создавая впечатление, что прошло очень мало времени. Поэтому в пьесе возраст героев не меняется; в конце пьесы Малькольму столько же лет, как в начале.
У Малькольма есть младший брат, Дональбайн (он же Дональд Бейн, или Дональд Бонни, то есть Красивый); он тоже появляется на сцене, но в действии практически не участвует.
В пьесе Дункан и Малькольм изображены симпатичными и очень привлекательными; возможно, потому, что Яков I являлся их дальним потомком. От Дункана его отделяло восемнадцать поколений (причем в этих поколениях были три наследницы-женщины), а от Малькольма — семнадцать.
Дональбайн играет в пьесе третьестепенную роль. За все время действия он произносит семь строк. Частично это происходит потому, что он действительно играл незначительную роль в событиях этой пьесы. Частично же потому, что он не был, как мы можем подозревать, прямым предком короля Якова.
Сержант (который в списке действующих лиц издания Signet значится как Капитан) описывает битву:
Безжалостный Макдональд, сочетавший
В себе все низости бунтовщика,
Набрал отряд ирландских копьеносцев
И поднял западные острова.
Шотландское королевство, по-настоящему объединившееся только при Дункане и его ближайших преемниках, было далеко не прочным объединением. Вожди некоторых племен стремились не только сохранить независимость, но и захватить верховную власть, хотя в те времена она стоила немногого. Западные острова, находившиеся у северо-западного побережья Шотландии и в то время чаще называвшиеся Гебридами (от искаженного названия, использовавшегося греческими географами), с 900 г. попали под власть викингов. Фактически викинги владели как этими островами, так и всей северной частью острова (Хайлендс, или Северо-Шотландским нагорьем). Такое положение сохранялось не только во время действия пьесы, но и через двести лет после Дункана.
«Керны и галлоуглассы» (так называли ирландских солдат легко и тяжеловооруженных пехотинцев соответственно) пришли с Гебрид и, согласно Холиншеду, из самой Ирландии, которая в то время также находилась под сильным влиянием викингов.
Следовательно, Макдональд с помощью викингов воюет против нового шотландского королевства, созданного на Равнине (Лаулендс) и грозившего покончить с властью викингов на севере. В конечном, счете так и произошло.
Согласно свидетельству сержанта, сначала исход битвы складывался в пользу Макдональда:
Судьба старалась поддержать повстанца,
Но ничего поделать не могла.
Храбрец Макбет (он назван так по праву)
Пробил себе отважно путь мечом,
Дымившимся кровавым воздаяньем,
И, став с изменником лицом к лицу…
Получается, что Макбет, о котором мельком упомянули ведьмы в первой сцене, — это преданный вассал Дункана, сражающийся на стороне своего суверена.
Однако на самом деле Макбет не просто полководец. Похоже, он приходится внуком Кеннету II (971–975), отцу Малькольма II; возможно, его мать была сестрой Малькольма. Поскольку Дункан был внуком Малькольма II, Макбет приходился правящему королю двоюродным дядей. Исторический Макбет старше короля; в то время ему было около сорока лет. Однако в пьесе Макбет изображен могучим воином в расцвете лет, а Дункан — пожилым человеком.
В пьесе прямо говорится о наличии родственной связи между Макбетом и Дунканом. Услышав рассказ сержанта о том, как Макбет прорвался к Макдональду и убил его, Дункан восклицает:
Наш храбрый родич!
Можно возразить, что во времена Шекспира кузенами называли не только родственников, но и близких друзей. Однако позже о кровном родстве с Дунканом говорит сам Макбет:
Я — родственник и подданный его…
Этот факт родственной связи очень важен. Макбет, как «кузен» (точнее, двоюродный дядя) Дункана, принадлежит к царствующему роду. Нельзя забывать, что в ту эпоху не существовало официальной системы «законного» престолонаследия, согласно которой один член правящей семьи имеет общепризнанное преимущественное право на трон перед другими.
В идеале престол доставался самому сильному и способному члену королевской семьи. Дункан был добрым и мягким, но правил небрежно и неэффективно. Такой король непригоден в трудные времена; при Дункане в стране воцарилась анархия; восстания вспыхивали одно за другим. Макбету это не нравилось. Как сказано у Холиншеда, «…Макбет часто выступал против мягкости короля и его неумения наказывать обидчиков…».
Макбету можно только посочувствовать. Слабость Дункана позволила Макдональду поднять восстание, и Макбету пришлось рисковать жизнью, чтобы компенсировать неудачу Дункана. Видимо, многие замечали инертность Дункана и неуемную энергию Макбета и жалели, что на троне находится племянник, а не дядя. (Видимо, так же думал и сам Макбет.)
Конечно, ничего этого у Шекспира нет; права Дункана (предка Якова I) на престол бесспорны, в то время как притязания Макбета (который предком Якова не являлся) совершенно беспочвенны.
Превосходство Макбета как полководца становится ясным уже после победоносного сражения с Макдональдом, потому что с гибелью предводителя восстание не закончилось. Сержант говорит, что не успела завершиться битва, как на поле боя появился новый соперник:
Король Норвежский, улучивши миг,
На нас повел нетронутые силы.
Согласно Холиншеду, это был «Свено, король Норвежский». Возможно, это был Свен II Датский, ставший королем в 1047 г., основавший новую династию после смерти сына Кнуда Хардкнуда и сменивший последнего Магнуса I Норвежского. Если так, то использование имени Свена незначительный анахронизм, хотя в последние годы своего правления он предпринял две тщетные попытки напасть на Англию, которой в то время уже надежно владел Вильгельм Завоеватель.
Вполне вероятно, что в Шотландию вторглись не норвежцы, с которыми пришлось столкнуться Макбету, а датчане, как бы ни звали их предводителя. Во всяком случае, Шекспир предпочел назвать этого человека норвежцем. В конце концов, среди публики присутствовал Кристиан IV Датский, шурин нового короля, поэтому упоминание о поражении датчан было бы аполитично.
Возможно, вторжение норвежцев было не второй битвой, а скорее продолжением первой. Макдональд, воевавший с помощью викингов, мог быть разбит применившим искусный маневр Макбетом, который благодаря поразительной быстроте встретился с Макдональдом еще до того, как тот успел соединиться со своими норвежскими союзниками. Сначала Макбет разбил мятежного тана, а потом напал на норвежцев.