Оксфорд — предводитель ланкастерцев в третьей части «Генриха VI»; он сражался при Барнете и через семь лет после битвы при Тьюксбери предпринял тщетную попытку реставрировать власть Ланкастеров. Его посадили в тюрьму в Кале, но он сумел бежать и присоединился к Ричмонду.
Сэр Джемс (Джеймс) Блент (точнее, Блант) — внук того самого сэра Уолтера Бланта, который появляется в первой части «Генриха IV» и погибает в битве при Шрусбери, надев на себя доспехи короля.
Наконец на сцене появляется Ричмонд. Он уже достиг центра Англии, но прерывает поход, чтобы обратиться к своим людям. Граф говорит о Ричарде:
…гнусный боров
Залег здесь, как мы только что узнали,
У Лестера, в одном лишь переходе.
Высадившись в Милфорд-Хейвене, Ричмонд двигался маршем через Уэльс на северо-восток, не встречая ни противодействия, ни решительной поддержки местных жителей, которые считали, что Ричард наверняка разобьет его.
Когда Ричмонд вышел из Уэльса и 15 августа 1485 г. без боя взял город Шрусбери, у него было всего четыре тысячи человек. Из Шрусбери он прошел 45 миль (72 км) на восток и добрался до Тэмуорта, расположенного в 15 милях (24 км) к северо-востоку от современного Бирмингема.
Ричард узнал о вторжении только через неделю после высадки Ричмонда. Он собрал армию и спешно направился в Лестер, расположенный в 25 милях (40 км) восточнее Тэмуорта. 20 августа обе армии встретились лицом к лицу. Армия Ричарда была больше и лучше, а сам Ричард был намного талантливее Ричмонда.
Исходя из одного этого, следовало ожидать победы Ричарда.
Ричард держится очень уверенно. Появившись на сцене, он говорит:
Разбить шатры здесь, на Босуортском поле.
Лорд Серри, почему вы так печальны?
Две армии сошлись на поле в 12 милях (19 км) западнее Лестера и всего в 3 милях (5 км) от городка Маркет-Босуорт. По имени этого городка и названа последняя битва Войны Алой и Белой розы, продолжавшейся целое поколение (1455–1485).
Лорд Суррей — это Томас Говард, граф Суррей[248]. Он сын Джона Норфолка, который также находится на сцене.
Суррей опровергает слова Ричарда. Они с отцом доблестно сражаются на стороне Ричарда, но выясняется, что многие военачальники королевской армии настроены по-другому. Это в первую очередь относится к Стенли, но он не единственный.
Ричард спрашивает Рэтклиффа:
Нортемберленда грустного ты видел?
Нортумберленд[249] — это Генри Перси, титулы и земли которого временно принадлежали Джону Невиллу в начале правления Эдуарда IV.
Ричарду сообщают, что Нортумберленд старается поднять боевой дух солдат, но у графа есть основания для уныния. Он переметнулся к Ричмонду, а в такие игры трудно играть на поле битвы.
Ричмонд прилагает все усилия, чтобы обратить эту измену себе на пользу. Например, он пытается наладить связь со Стенли, говоря одному из своих военачальников:
Мой милый Блент, коль это не опасно
Для жизни, способ вы найдите к Стенли
Снести вот это важное письмо.
Вряд ли Ричард не был предупрежден об измене. На исходе ночи (ночи, в которую, по версии Шекспира, Ричарду в соответствии с проклятием Маргариты являлись призраки убитых им людей, проклинали его и благословляли Ричмонда) герцог Норфолк находит в своем шатре подброшенную записку, приносит ее Ричарду, и тот читает:
«Джек Норфолк, ты дерзок, но все равно:
Хозяин твой Дикон уж продан давно».
Джоки[250] — это уменьшительное от Джон, а Дикон — от Ричард.
Записка правдива, но Ричард игнорирует ее, принимая за пропаганду противника, направленную на подрыв боевого духа.
Можно предположить, что Ричард не желает видеть измену, потому что в глубине души стремится к смерти. Смерть жены и сына лишила его надежды на будущее; убийство малолетних принцев отяготило душу; Элизиум, который, по мнению Шекспира, он собирался обрести, добившись короны (см. в гл. 13: «Все лорды северные…»), — все ускользает от него. За короткий период его правления все попытки стать хорошим и справедливым королем не помешали разрастись гидре мятежей и восстаний.
Тем не менее, когда 22 августа 1485 г. начинается битва при Босуорте, Ричард сражается с прежним искусством и отвагой. Кетсби говорит Норфолку:
Чудеса
Невиданные там король творит…
Но все уже бесполезно. Когда наступает критический момент и приходит пора бросить в бой отряды Стенли, прибывший гонец сообщает:
К вам, государь, идти он (Стенли) отказался.
Ричард в бешенстве приказывает отрубить сыну Стенли голову, но в пылу битвы для этого нет времени.
Наступает развязка (хотя подробности в пьесе не приводятся). Когда Ричмонд напал на Ричарда с фланга, Нортумберленд мог легко отбить эту атаку, но его люди бездействовали.
Если подсчитать воинов Ричарда, которые действительно сражались, то получится, что армия Ричмонда имела колоссальное численное превосходство.
Ричард, сражавшийся как гигант, тем не менее лишился коня. Он, пошатываясь, выходит на сцену и произносит самую знаменитую из шекспировских цитат:
Коня! Коня! Венец мой за коня!
Честно говоря, Ричард мог остаться в живых. Ему ничего не стоило покинуть поле боя. Предыдущие короли выживали, проиграв битву; даже его брат Эдуард бежал от Уорика за границу, а потом вернулся в Англию и одержал победу.
Кетсби говорит Ричарду:
Спасайтесь, государь! Коня достану.
Однако Ричард отказывается. Он не хочет жить в изгнании, как его брат и Ричмонд.
Легко представить себе, что Ричард устал от жизни, от политики, от казней, от короны, от нескончаемых трудов по завоеванию популярности, которая так и не пришла, от бесконечных измен и (возможно) от сознания того, что он должен жить, до самой смерти испытывая муки совести из-за убийства принцев.
В пьесе Ричард и Ричмонд сходятся в единоборстве (у Шекспира исход битвы всегда решается гомеровским поединком), и Ричард погибает. Ричмонд ликует:
Победа наша; сдох кровавый пес.
В действительности битва закончилась тем, что отчаявшийся Ричард намеренно бросился в самую гущу врагов с криком: «Измена! Измена!» Он зарубил несколько человек, прежде чем его стащили с коня и убили. Ричард погиб в возрасте тридцати двух лет.
Сразу вслед за этим Ричмонд принял корону и стал королем Англии Генрихом VII.
Ричард III был последним представителем правившей в Англии династии Плантагенетов, последним из королей, который вел свою родословную в течение нескольких поколений исключительно по мужской линии от Генриха II Английского. Теперь на свете оставался один-единственный живой Плантагенет: им был все еще находившийся в Тауэре малолетний Эдуард, сын Джорджа Кларенса. Этому внуку Ричарда Йорка и прапраправнуку Эдуарда III предстояло оставаться в заточении и в царствование Генриха VII.
247
В оригинале: «Как нам стало известно, эта дикая свинья находится в самом центре острова, неподалеку от города Лестера. От Тэмуорта туда лишь день пути». — Е. К.
248
в переводе — лорд Серри. — Е. К.
249
в переводе — Нортемберленд. — Е. К.
250
в переводе — Джек.