Брак по доверенности[187] был заключен в Туре, центральная Франция. Этот город на реке Луаре находится примерно в 70 милях (110 км) к западу от стоящего на той же реке Орлеана, сыгравшего решающую роль в ходе Столетней войны.
![Путеводитель по Шекспиру. Английские пьесы i_022.jpg](https://litlife.club/books/248711/read/images/i_022.jpg)
Обручение состоялось 23 апреля 1445 г. Необходимо напомнить, в каком состоянии находились Англия и Франция в это время. После неудачной осады Орлеана в 1429 г. французские территории, принадлежавшие англичанам, начали медленно, но неуклонно сокращаться. К 1444 г. Англии принадлежали только Нормандия, расположенная южнее и непосредственно граничащая с последней провинция Мен, Кале на северо-востоке и область вокруг Бордо (Аквитания) на юго- западе. Если бы англичанам удалось удержать эти земли, они сохранили бы значительную долю того, что было завоевано Генрихом V.
Английские «голуби», лидером которых теперь был Суффолк, чувствовали, что удержать эти оккупированные территории можно будет только с помощью мирного договора. Несмотря на отчаянное сопротивление остатков «ястребов», призывавших к войне до победного конца, чего бы это ни стоило, они вели подготовку к такому миру.
В 1444 г. было заключено десятилетнее перемирие; этого времени должно было с лихвой хватить для заключения окончательного мира. Стремясь сделать перемирие более прочным, Суффолк начал переговоры о брачном союзе между английским королем Генрихом VI и французской принцессой Маргаритой Анжуйской.
Маргарита вела свою родословную от французского короля Иоанна (Жана) II (того самого, который проиграл битву при Пуатье Черному принцу). Ее отец, Рене Анжуйский, был номинальным королем Неаполя (см. в гл. 11: «…Карл, дофин») и шурином (братом жены) ныне царствовавшего Карла VII Французского. Поскольку Неаполь и Сицилия в разные периоды своей истории входили в одно королевство[188] (именно так было и в 1444 г.; беда заключалась лишь в том, что Неаполем и Сицилией правил король испанского Арагона, а не Рене), упомянутым в строке 6 «сицилийским государем» был отец невесты.
В это время Маргарите (как мы уже поняли, приходившейся французскому королю племянницей) было всего пятнадцать лет.
Суффолк доставляет нареченную супругу Генриху VI, и тот радостно приветствует ее. Затем Суффолк передает королю документ, описывающий условия перемирия, заключенного им с французами.
Зачитать его доверено Хамфри Глостеру. Хамфри — единственный оставшийся в живых дядя короля и человек, ближайший к трону; иными словами, наследник престола, потому что детей у короля пока нет. Хамфри был назначен лордом-протектором короля, так как Генрих унаследовал корону в возрасте девяти месяцев.
![Путеводитель по Шекспиру. Английские пьесы i_023.jpg](https://litlife.club/books/248711/read/images/i_023.jpg)
Официально Глостер перестал быть лордом-протектором в 1429 г., когда королю было семь лет, но в некоторых отношениях Генрих оставался семилетним мальчиком всю свою жизнь и нуждался в опекуне постоянно. К тому времени влияние Глостера существенно уменьшилось, но он был ближайшим родственником короля, а потому продолжал считать себя лордом-протектором даже после того, как официально сложил с себя эти полномочия. В начале пьесы Шекспир еще называет его этим титулом, хотя королю Генриху в то время уже двадцать три года.
Хамфри, которому, как дяде короля, предоставлена честь прочитать договор, доходит до следующего пункта:
…далее, герцогство Анжу и графство Мен будут очищены от войск и переданы королю, отцу ее…
Как указывалось выше, Мен — французская провинция, находящаяся к югу от Нормандии, а Анжу лежит к югу от Мена.
Условие это справедливо. Анжу и Мен были наследственными владениями отца Маргариты, Рене Анжуйского, так что он просил только то, что принадлежало ему по праву.
Обе провинции в ходе Столетней войны были ограблены английскими солдатами, но более южный Анжу оккупирован не был. Даже в период максимальной экспансии англичан Анжу оставался французским (хотя Шекспир усиленно пытается доказать обратное).
С точки зрения «голубей», уступка не так велика, как выглядит на первый взгляд, ибо вернуть предстоит только графство Мен, а это небольшая плата за возможность сохранить остальные английские завоевания.
Однако с точки зрения «ястребов» такое умиротворение подлых французов было недопустимо. Да, провинции всего-навсего возвращали их законному владельцу, который к тому же теперь становился тестем английского короля. Однако было ясно, что никакой реальной власти (кроме той, что дана французским королем) у герцога Анжуйского нет, а потому Карл VII, смертельный враг Англии, сразу же приберет к рукам уступленные провинции.
Действительно, Рене стал последним герцогом Анжуйским, при котором сохранялась видимость независимости Анжу. После его смерти в 1480 г. герцогство отошло к французской короне и с тех пор являлось неотъемлемой частью Франции.
Прочитав пункт об уступке Анжу и Мена, Глостер (последний из братьев короля-завоевателя Генриха V и главный «ястреб» Англии) теряет дар речи, и бумага выпадает из его рук. Ее поднимает Генри
Бофорт, епископ Уинчестерский (см. в гл. 11: «Молитвы церкви…») и продолжает чтение. В царствование Генриха V Уинчестер какое-то время был кардиналом. По требованию Генриха V он был вынужден отказаться от этого титула, но в 1426 г. вновь получил его. Если в первой части «Генриха VI» его реплики были озаглавлены «Уинчестер», то здесь они озаглавлены «Кардинал». В этой пьесе я буду называть его кардиналом Бофортом.
В последнем пункте соглашения говорится, что Маргарита
…будет доставлена за собственный счет короля Английского, без какого-либо приданого.
Час от часу не легче. Согласно обычаю, невесте полагалось иметь приданое. При заключении брака будущий муж всегда принимал его в расчет. Если же речь шла о браке с королем, то приданым могли быть какие-нибудь города или провинция, переходившие во владение мужа.
Для англичан (которые все еще считали себя завоевателями и относились к французам с презрением) новость о том, что французская принцесса выходит замуж за их короля вообще без приданого, а король оплачивает доставку невесты и сам выплачивает ей приданое в виде двух провинций, означала слишком большое унижение. С этого момента они Маргариту возненавидели.
В более поздние годы возникла легенда (которую и использует Шекспир в своем толковании исторических событий), что уступка этих двух провинций неизбежно вела к потере Англией всех своих французских владений. Однако это не так. Анжу англичанам никогда не принадлежал; что же касается Мена, то Англия не соблюдала условия соглашения и удерживала это графство до последнего. Поэтому ни о каком «приданом мужа» говорить не приходилось; поражение Англии имело совсем другие причины.
Король доволен условиями. Он, Маргарита и Суффолк уходят, но оставшиеся тут же затевают громкую ссору.
Главный «ястреб» Глостер кричит громче всех. Он называет договор позорным; по его мнению, тем самым Англия отказывается от всех завоеваний во Франции. Он говорит:
Исчезнет все, как вовсе не бывало.
Кардинал Бофорт, лидер «голубей» и единокровный дядя Глостера (см. в гл. 12: «Он взрослым стал…»), отрицает, что это приведет к «исчезновению всего»:
Мы Францию удержим за собой.