— Послушай, О’Трон, — уточнил я, — а почему привозной хвосторуб не может быть самодельным? Или же поставляться на территорию Форы минуя таможню?..
— Здесь всё достаточно просто, — ответил маг, — даже если законно изготовленный за рубежом хвосторуб пройдет мимо наших бравых таможенников, он всё равно будет иметь одну магическую печать, да и цена на него будет не меньшей, чем на форский продукт. Как один из немногих, кто действительно хорошо разбирается и ценит непревзойденный вкус хорошего хвосторуба, — скромно похвалил себя О’Трон, — я могу предположить у нас наличие определенного спроса на зарубежный хвосторуб, значит, и завоз такого спиртного в Фору минуя таможню тоже представляется мне возможным. Богатые люди тоже любят экономит деньги. С самодельным же хвосторубом, произведенным за границей, никто из торговцев связываться не будет. Все они дорожат своими лицензиями и деловой репутацией. Государство с такими церемонится не будет.
— Можно мне спросить? — повернулся к нам стажер и, дождавшись поощрительного кивка О’Трона, продолжил, — а преступники? Разве они не могут поставлять на территорию Форы зарубежный спотыкач? Самодельный хвосторуб низкого качества. Ведь у них его, наверняка, тоже делают…
— Правильный вопрос, — ответил маг, — и ответ тоже простой и конкретный. Стоимость перевозки! Смысл преступникам связываться с дорогостоящей перевозкой изначально дешевого продукта в королевство? Сами понимаете, смысла нет. Поэтому, — продолжил О’Трон, — переходим к третьему виду хвосторуба. Самодельному его подобию или спотыкачу. Насколько я знаю, в Форе есть незаконное производство хвосторуба. Об этом, — маг указал на бумаги на моем столе, — хотя бы те самые сводки свидетельствуют. Как говорит мой дядя, спрос рождает предложение. Однако, производство хвосторуба без соответствующей лицензии в нашем королевстве является серьезным преступлением. Вопрос к тебе, Тице, какой категории?..
…Да, это дело перестает быть таким простым, хотя я и вначале не думал, что всё будет легко. Ведь я прекрасно помнил, что незаконное производство хвосторуба относится к преступлениям против короны, то есть преступлениям первой категории. А кто ими занимается? Ясное дело, агенты королевской канцелярии…
— Это преступления первой категории, — выдал стажер, — для организатора наказание от пожизненной каторги до…
— Вот именно, — кивнул маг, — до смертной казни. Всё зависит от объемов спотыкача и степени вины соучастников. Сразу становится понятным, почему изготовление и продажа этой гадости контролируется в королевстве бандами и картелями… Эш, — обратился ко мне О’Трон, заметив, что я поморщился, — ты подумал о том же, что и я, когда прозвучала первая категория?
— Да, — подтвердил я.
…Настроение, и без того не самое хорошее после работы с ‘тяжелыми’ бумагами, при упоминании первой категории скисло окончательно. Ведь сколько другие дознаватели рассказывали о таких делах… Ведёшь привычное дело второй категории, бегаешь, суетишься, ночей не досыпаешь. Только подходишь к решению, устанавливаешь мотивы, преступника и… Хлоп! Оказывается, что королевская канцелярия ведет такое же дело по первой категории! Незамедлительно появляются агенты, забирают у тебя материалы и снимают все сливки. Чувствуешь себя после этого…
— Ладно, господа, — я решил взять выстраивание схемы в свои руки, иначе мы здесь до ночи сидеть будем, — дальше первичные данные буду излагать я. А ты, О’Трон, если я что-то пропущу, подсказывай, но только по существу. Тебя, Тице, это тоже, кстати, касается. Согласны?
О’Трон и стажер кивнули. И если маг с готовностью, он уже приспособился к работе со мной, то Тице несколько смущенно. Ну, это понятно. Недавний выпускник школы дознавателей всё ещё не привык к активному участию в обмене мнениями и мыслями в ходе настоящего расследования.
— Итак, Тице, — скомандовал я стажеру, — рисуй под этими тремя позициями с видами хвосторуба ещё шесть кругов поменьше. По два под каждым из больших. Готово? Первых два соедини стрелочками с форским хвосторубом, сами кружочки подпиши законными производствами. Их хоть и значительно больше, чем два, но нам для понимания ситуации и парочки достаточно. Несмотря на то, что наш ведущий специалист по хвосторубу, — я постарался сидя обозначить легкий полупоклон в сторону мага, — и сомневается в участии в деле законных производств, но мы их со счетов сбрасывать не будем…
О’Трон сделал наигранно обиженное лицо, мол, я так и говорил. Я сделал вид, что не обратил на это внимание и продолжил:
— Вторые два кружочка соедини стрелочками с зарубежным хвосторубом. Потом подпиши их как законные поставки через таможню и, соответственно, мимо таможни. И последние два круга подпиши бандами и картелями и соедини стрелками со спотыкачем. Коллега О’Трон? Замечания? — обратился я к магу.
— Я согласен, — важно кивнул наш эксперт.
— Идем дальше, — продолжил я, глядя, как стажер усердно выводит надписи, — Тице, добавь под получившейся частью схемы два квадратика и подпиши их как законные склады и, куда без них, незаконные. Соедини их стрелками с предыдущими кругами. Думаю, понятно, что картели и банды не будут поставлять спотыкач на законные склады. Тице, что мы должны нарисовать дальше? Я слышал, у тебя родственники занимаются торговлей, не стесняйся, высказывай свои предположения!
Стажер в очередной раз густо покраснел.
— Мне видится, — начал он говорить после небольшой паузы, — что ниже должны идти перечисления мест, где можно приобрести хвосторуб. Не покупают же его горожане на складах?
— Верно, рисуй! — распорядился я, подмигнув магу. Вроде как действительно думающий стажер нам попался…
— Полагаю, что первыми надо указать трактиры, — несколько уверенней продолжил говорить парень, одновременно рисуя и подписывая круги под складами, — потом лавки, которые торгуют хвосторубом…
— Правильно, — подтвердил слова стажера О’Трон, — и помним, что те и другие тоже имеют лицензии на торговлю этим крепким спиртным.
— Вроде остается ещё подпольная торговля, — продолжил парень, дорисовывая третий круг, — или по-другому её можно назвать частной незаконной продажей. Спотыкач же в трактирах и лавках продавать не будут?
— В дешевых трактирах вполне возможно, — возразил ему О’Трон, — там и не такое могут налить. А лавки, да, случаев с продажей в них ‘левых’ напитков я не слышал…
— Хорошо, господа, — я вновь перехватил инициативу, — будем считать, с общим телом схемы мы закончили. Тице, вопросы?
— Господин млад…, — запнулся стажер и поправился, — Эш, а зачем мы нарисовали такую громоздкую схему? Ведь никаких возможностей даже у всей службы дознания, а не то что у нас, не хватит для отработки всех этих связей и объектов…
— Мыслишь ты правильно, — согласился я с парнем, — но не совсем верно…
— Чисто олатское выражение, — засмеялся маг и с пафосом повторил, копируя меня, — правильно, но неверно…
Я грозно глянул на него и продолжил:
— Ты ведь не думаешь, Тице, что дознание и расследование — это только погони, шелест и вспышки призрачных лезвий, быстрый захват преступников и бесконечный поток наград за успешные дела? На самом деле это тяжелый и кропотливый труд, о котором обычные обыватели почти ничего не знают. Пойми, нам, группе дознания, нужна эта схема, чтобы учесть как можно больше информации по материалам дела и создать как можно больше версий, как могло быть совершенно преступление и с какого конца браться за его расследование. Сейчас мы изложим с левой стороны имеющиеся у нас общие для всех преступлений данные. Сделаем промежуточные выводы. За счет этого мы сможем вычеркнуть, я надеюсь, основную часть объектов и связей на схеме. А уж это, в свою очередь, позволит отбросить большинство маловероятных версий. В конечном итоге мы сможем спланировать отработку небольшого числа выделенных версий и наиболее эффективные мероприятия по ним. То есть расследовать дело в кратчайшие сроки. Понимаешь?
Тице смущенно кивнул. О’Трон весело поглядывал на него из-за своего стола, но удержался от очередных колкостей.