— Вы полагаете, что ради такого опыта стоит рисковать жизнью?-осведомился Вандаль, хотя сам только и мечтал о подобной возможности.
Я изложил свой план. А вскоре случай помог его осуществить.
На следующий день,едва тронувшись с места, мы вынуждены были остановиться из-за неполадки в машине. Пока Поль возился с мотором, на наших глазах произошла короткая схватка между тремя красно-коричневыми ссвисами, каких мы уже встречали, и десятком других, меньшего роста с черной блестящей кожей. Красные защищались отчаянно и уложили пять нападающих, но сами пали под градом стрел. Победители,не подозревая о нашем присутствии, принялись терзать поверженных.
Я дал по ним очередь из автомата, трое черных ссвисов упали, остальные обратились в бегство. Тогда я вышел из-за деревьев, которые нас скрывали. Один из красных ссвисов попробовал подняться, но тут же упал: в его конечностях сидело пять стрел.
— Вандаль, дружище, постарайтесь его спасти! — попросил я.
— Сделаю, что могу, но не ручаюсь, я ведь очень плохо знаю их анатомию. Впрочем,- добавил Вандаль, осмотрев ссвиса,- ранения, кажется, легкие.
Ссвис лежал недвижимо, все три его глаза были закрыты, и только по тому, как ритмично поднималась и опадала грудь «кентавра», можно было понять, что он жив. Вандаль начал извлекать стрелы. Ему помогал Бреффор, который, прежде чем стать антропологом, изучал медицину.
![Робинзоны космоса (илл. М. Клячко) pic_8.png](https://litlife.club/books/247953/read/images/pic_8.png)
— Анестезии не даю,- проговорил Вандаль,- не знаю, выдержит ли он.
В течение всей операции ссвис не шевельнулся, лишь короткая дрожь временами пробегала по его телу. Бреффор наложил повязку, на которой быстро проступили желтые пятна. Потом мы перенесли раненого в грузовик (он был не очень тяжел:пожалуй,килограммов семьдесят, как определил Мишель) и уложили на импровизированное ложе из травы и одеял. Все это время ссвис не открывал глаз.Зато когда поломка была устранена и мотор завели, он заволновался и… впервые заговорил!Это был поток щелкающих,странно ритмичных слогов,которые, казалось, состояли из одних свистящих согласных. Ссвис пытался встать, и нам пришлось его удерживать вчетвером: так он был силен. Тело его на ощупь казалось очень твердым и в то же время было удивительно гибким.Постепенно пленник успокоился, и мы его отпустили. Я сел к столику кое-что записать в свой дневник, захотел пить и налил себе стакан воды. Приглушенный возглас Вандаля заставил меня обернуться:приподнявшись наполовину, ссвис протягивал руку.
— Он просит пить,- сказал Вандаль.Я протянул стакан.Ссвис взял его, недоверчиво осмотрел,потом выпил воду. Тогда я решил сделать опыт. Наполнив стакан, я произнес: «Вода».Ссвис сразу же понял и с поразительной точностью повторил: «Вода».
Я показал ему пустой стакан. Он повторил за мной: «Такан». Я отхлебнул глоток и сказал: «Пить». Он повторил: «Пить». Я вытянулся на койке в позе спящего, закрыл глаза и сказал: «Спать». Ссвис переделал это слово в «пать». Я показал на себя: «Я». Повторив мой жест, ссвис произнес: «Взлик». Что это было, перевод местоимения «я» или его имя? Подумав, я рассудил, что второе, пожалуй, вернее. Но тогда он решит, что меня зовут «я»!
Усложняя опыт, я проговорил:
— Взлик спать.
Он мне ответил:
— Вода пить.
Мы разинули рты. Это существо было наделено невероятной сообразительностью! Я тут же налил ссвису воды, и он ее выпил. Мне хотелось продолжить урок, но Вандаль напомнил, что ссвис ранен и, наверное, измучен. И правда, наш пленник сам сказал: «Взлик пать» — и вскоре уснул.
Вандаль сиял.
— Если они все такие способные, мы скоро передадим им многое из наших знаний!
— Пожалуй,- согласился я с кислой миной.- И через пятьдесят лет они будут на нас охотиться с ружьями! Впрочем, так далеко нечего загадывать. Ясно одно: если мы договоримся, они будут бесценными союзниками.
— А почему бы нам не договориться?- вмешался Бреффор.- Ведь мы спасли ему жизнь?
— Ну да, одному спасли, а десяток других перестреляли. И может быть, даже из его племени.
— Но ведь они на нас напали!
— Мы вторглись на их земли.И если они объявят нам войну… тогда мы волей-неволей окажемся в положении Кортеса среди ацтеков,с той лишь разницей, что ацтеки боялись ружей и лошадей, а ссвисы не боятся ничего. Так что… надо о нем позаботиться получше. В нашем положении ничем нельзя пренебрегать.
Я перебрался вперед. Мишель вел машину, Мартина сидела рядом.
— Что ты обо всем этом думаешь?- спросил я ее.
— Они очень умные, даже слишком!
— И мне так кажется. Но с другой стороны, я рад: теперь мы не одиноки в этом мире.
— А я не очень. Все-таки это не люди.
— Ну, разумеется! А ты что скажешь, Мишель?
— Пока не знаю. Подождем! Взгляни, видишь слева полосу деревьев! Там, должно быть, река. Опять придется переправляться.
— И справа тоже деревья. Полосы сходятся. Наверное, здесь сливаются две реки.
И в самом деле, мы очутились на узком языке суши между двумя речками. Левую, новую для нас, мы назвали Дронна. Но что за река была справа: Везер или Дордонь? Судя по ширине- она достигала трехсот метров,- это была Дордонь. Лениво катила она угрюмые, серые волны. И уже вечерело.
— Заночуем здесь. Полуостров легче оборонять.
— Да,но зато выбраться отсюда в случае чего будет совсем нелегко,-заметил Бреффор.- Настоящая ловушка!
— В самом деле, отступать отсюда некуда,- прибавил Вандаль.
— Тот,кто сможет преградить нам путь, также сможет нас просто уничтожить. Поэтому не будем думать о худшем. Зато здесь придется защищать только одну сторону- тыл. В случае нападения сосредоточимся все в одном месте. А завтра поищем переправу.
Этот вечер остался в моей памяти как один из самых спокойных и тихих за всю экспедицию, во всяком случае за всю ее первую часть. Перед закатом мы поужинали, сидя на траве. Погода стояла чудная, и если бы не оружие рядом с нами да не странный силуэт Взлика,можно было бы подумать, что мы где-нибудь на Земле в туристском походе. Как на родной планете, солнце, прежде чем скрыться за горизонтом, залило небо феерическим водопадом золотых, янтарных и пурпурных тонов, на фоне которых в высоте лениво плыли редкие розовые облака. Все мы проголодались и ели с аппетитом, не исключая Взлика. Раны его уже начали затягиваться. Ссвису особенно нравились морские сухари и солонина,но,вздумав попробовать вина, он тотчас выплюнул его с отвращением.
— Видимо,в отношении алкоголя ссвисы умней наших земных дикарей,- заметил Вандаль.
Солнце село. Три луны давали достаточно света, чтобы можно было читать. Подложив под голову свернутую палатку, я растянулся на спине лицом к небу, где сверкали уже знакомые нам созвездия. Здесь они были ярче и больше, чем у нас на Земле. Я покуривал трубку, о чем-то раздумывал и краем уха прислушивался, как Вандаль и Бреффор дают ссвису урок французского языка. Мартина улеглась слева от меня,Мишель справа. Бельтер и Шеффер, оказавшиеся заядлыми шахматистами, разыгрывали очередную партию на разграфленном карандашом куске картона; фигуры тоже были самодельные.
Уже засыпая, я подсунул руку Мартине под голову и привлек ее к себе. Сквозь дремоту до меня доносился свистящий голос Взлика, редкие возгласы шахматистов, объявлявших ходы, и мирное похрапывание Мишеля.
Трубный рев заставил меня вскочить. В полукилометре от нас к воде спускалось целое стадо странных животных. Они были меньше голиафов, но все же достигали восьми метров в длину и четырех в высоты. Длинные, сильно вытянутые и свисающие до земли носы, круглые спины, короткие хвосты и массивные ноги — все напоминало в них слонов, даже трубные голоса! Только ног было шесть.
![Робинзоны космоса (илл. М. Клячко) pic_9.png](https://litlife.club/books/247953/read/images/pic_9.png)
Выстроившись на берегу, животные подогнули передние ноги и приникли к воде. Вандаль показал на них пальцем и с вопросительной гримасой повернулся к ссвису.