— Молодец, — сказала она. И добавила: — А больше ты ничего не хочешь мне сказать?
Валера посидел, подумал, снова вздохнул. Потом достал из портфеля рогатку и отдал её учительнице.
Вот какая у нас Нина Ивановна! И не ругала нисколько Валеру, а он всё понял.
Удивительные уши
Сегодня мы весь день шевелили ушами. Вернее, не шевелили, а только учились. Шевелил ушами Слава.
Слава у нас всегда какой-то тихий и незаметный. Сидит на предпоследней парте третьего ряда. Но это всё равно как последняя парта. Потому что на самой последней парте вообще никто не сидит. Там вешалка рядом, и под той партой всегда полно калош, сапог и ботинок.
Учится Слава средне, двоек не получает, не балуется.
И вот сегодня, сразу, в один день, Слава сделался знаменитым!
Когда начался второй урок и мы уже раскрыли тетрадки по письму, Гоша вдруг оглянулся на Славу и чуть не прыснул от смеха. Я сердито посмотрела на Гошу, а ему всё разно смешно почему-то. Тогда я поставила на его половину парты свой кулак, чтобы он успокоился. Но и кулак не помог. Тут и Нина Ивановна обратила внимание на Гошу.
— Тебе отчего, Белоусов, так весело? Цирк вспомнил?
— Нет, не цирк. — И Гоша снова засмеялся. — Сейчас Слава на переменке ушами шевелил.
— Это, конечно, редкий талант, — шутливо сказала учительница. — Но если бы ты сообщил, что Слава выучил все грамматические правила, тогда бы и мы вместе с тобой порадовались за него.
— Да, — возразил Гоша, — знаете, как интересно уши шевелятся.
Тут уж все обернулись и стали смотреть на бедного Славу, который сидел весь красный от смущения, и на его уши. Нина Ивановна хлопнула рукой по столу. Я знаю: это она сердится.
— Перестаньте рассматривать его! Фокусы со своими удивительными ушами Слава будет показывать во время перемены… Продолжаем работать…
Когда кончился урок, мы окружили Славу и стали просить, чтобы он показал, как шевелятся уши. Сначала он никак не хотел показывать — очень смущался, а потом всё-таки показал.
Уши у него и в самом деле почему-то могли двигаться. Лицо оставалось неподвижным, а уши чуть приподнимались и даже немного расходились в стороны.
Все, кто окружил Славу, принялись тотчас и сами пробовать двигать ушами. Только ничего из этого ни у кого не получалось.
— Ты хоть расскажи, как надо ими шевелить? — просили Славу.
Но Слава не мог толком объяснить.
— Я захочу — они и шевелятся, — повторял он.
Когда в коридоре собирается толпа, это ведь всем интересно. Скоро о Славиных ушах знали и вторые и третьи классы. Оказалось, что у какого-то мальчишки из третьего класса тоже двигаются уши, но всё равно главным ушным чемпионом остался Слава. У него уши сильней шевелятся.
![Всё про наш класс. Наташины рассказы i_029.png](https://litlife.club/books/247612/read/images/i_029.png)
Теперь, наверно, вся школа будет учиться шевелить ушами, пока не надоест. Тут уж ничего не поделаешь. Конечно, занятие не очень умное; Витя Зайцев правильно сказал: «Для такой науки надо не Славу учителем назначить, а самого обыкновенного осла».
Витя это здорово сказал, и все ребята смеялись. Только мне не очень понравилось, каким тоном сказал он это. Какой-то очень неприятный тон. Обидный. Особенно для Славы. А чем он виноват, если у него уши такие — шевелящиеся?
Шустрик
Урок математики начался с приключения. Стала учительница проверять таблицу умножения. Вызвала Петю.
— Скажи нам таблицу умножения на 6.
Петя ещё рта не успел раскрыть — впереди кто-то как запищит: «Пи-и! Пи-и!».
— Это что такое? — строго спросила Нина Ивановна. — Кто шалит?
С первой парты поднялась Таня Михалёва. Голову она опустила и жалобным, прямо каким-то несчастным голосом сказала:
— Это я…
— Ты?! — Нина Ивановна очень удивилась. Она никогда не делала Тане замечаний. И потом голос у Тани совсем другой. Как же она может так пищать? И зачем? — Это, действительно ты пищала? — повторила Нина Ивановна.
— Я… То есть не я, а моя свинка… — Таня окончательно смутилась и стала вытирать под очками глаза.
— Зачем же плакать? — сказала Нина Ивановна и пошутила: — Плакать должен твой поросёнок. За нарушение дисциплины мы его сейчас поставим в угол.
А мы ну ничего-ничего не понимаем. Нам и смешно, и скорей узнать хочется, что за поросёнок у Тани.
— Где же твоя свинка? — Нина Ивановна подошла к Тане.
Таня вытащила из парты свой жёлтый портфель и расстегнула его.
— Вот.
Нина Ивановна заглянула в портфель и заулыбалась.
— Ах какая симпатичная! Прелесть!
Тут самые нетерпеливые уже ничего не могли с собой поделать и выскочили из-за парт. Но учительница сразу же велела всем сесть на места.
— Спокойно, ребята. У Тани — морская свинка. А как её зовут и зачем Таня принесла её в школу — она сейчас саманам расскажет. Выйди, Таня, к столу, покажи ребятам свинку и рассказывай.
Таня достала из портфеля маленькую, в рыжих и белых пятнах, морскую свинку и показала её всем.
— Её зовут Шустрик, — сказала Таня. — Она родилась три недели назад. А ещё у неё есть сестрёнка Белушка. Шустрика я обещала отдать одной знакомой девочке из пятого класса, но её в школе сегодня почему-то нет. И я не знаю теперь, что мне делать. Шустрик очень беспокойный и будет всё время пищать. Да ещё без мамы. У него ведь мама есть и папа. Ляпа и Тяпа их зовут. Они уже пять месяцев живут у нас дома.
— Ну, теперь всё ясно, — сказала Нина Ивановна и посмотрела на часы. — Твой милый Шустрик отнял у нас четыре минуты… Ладно, потратим ещё четыре. Пройди, Таня, по рядам, пусть все ребята увидят Шустрика поближе, а кто захочет, может даже погладить его. А потом отнесёшь малыша домой, к маме Ляпе. И снова вернёшься в школу.
Этот Шустрик и правда был очень симпатичный. Ушки розовые, вокруг одного глаза шерсть белая, вокруг другого — рыжая. А сами глазки чёрные и круглые, будто шарики. А шёрсточка такая мягкая! Я тоже погладила его. И все ребята гладили. Никто не боялся. Да его и бояться нечего. Сидит у Тани в ладонях, притих. Сам-то он, наверно, испугался. Ещё бы, столько рук незнакомых.
И почти все у Тани просили, чтобы она отдала Шустрика им, а не какой-то девочке из пятого класса. И хотя Таня сразу объяснила, что не может отдать, раз обещала той девочке, ребята всё равно просили.
— А не замёрзнет он у тебя в портфеле? — спросила Нина Ивановна.
— Не замёрзнет, — весело ответила Таня. — Я же в портфель положила ваты и газету.
Наконец все посмотрели и погладили Шустрика. Таня посадила его в портфель и прошла в конец классной комнаты, к вешалке, чтобы надеть пальто, шапку и сапоги.
— Таня, — сказала Нина Ивановна, — я думаю, что все ребята с удовольствием послушали бы рассказ о твоих морских свинках. Подготовь, пожалуйста, к следующему классному часу доклад о них.
— Доклад? — Таня даже перестала одеваться. — А как готовить доклад? Я не умею.
— Не пугайся. Это не трудно. Подумай, вспомни и на листочке напиши, о чём будешь говорить. Например, так: питание свинок, их сон, привычки, где у тебя они живут, дерутся или ведут себя мирно, смешные случаи…
— Ой, — засмеялась Таня, — случаев было много!.. А листок обязательно нужен?
— Лучше, когда он есть. А то можно что-то забыть.
— Хорошо, Нина Ивановна, я всё-всё вспомню и расскажу. — Таня взяла портфель и быстренько вышла из класса.
— Ну, Петя, — сказала учительница, — я не забыла о тебе. Давай-ка, дружок, вспомним таблицу умножения на 6…
Вредительница
Ну почему бывают такие вредные люди, несправедливые? К ним — по-хорошему, без всякого зла, а они сердятся и вредят.
Ира Матвеева читала на переменке книжку. Читает, а сама ест бутерброд с колбасой, и пальцы у неё масленые, даже блестят.
Я увидела, и мне стало неприятно — ведь книжка от этого портится.