Рехард рассмеялся бы сейчас, если бы у него был рот. Ему начинал нравиться Чужак. Жаль, что они не могут поиграть подольше – это не тренировочный бой. Носовые пушки нацелились и выплюнули свои заряды. Никаких видимых проявлений выстрелов не последовало – барионные снаряды фиксировались только одним прибором, и его включение не рекомендовалось в подобном бою. Чужак подошёл ближе, скорость корабля снизилась и барионные снаряды попали точно в цель. Чужак среагировал быстро. Носовую часть корабля сжало, вывернуло наружу и начало рвать на куски, а спустя мгновение деформация Чужака начала замедляться. Меньше двух секунд потребовалось поврежденному кораблю, что бы устранить последствия прямого попадания барионных снарядов. Причём Рехард не смог понять каким образом ему это удалось. Чужак применил метод защиты неизвестный Империи.
Ещё гнуло и ломало его носовую часть, а ребра, разбросанные по всей поверхности Чужака, уже светились ослепительным белым светом. И за мгновение до того как этот свет неудержимой лавиной понёсся к Рехарду, он завернулся в отражающие экраны, придуманные древним-древним учёным, который, по слухам, до сих пор жив и является одним из Вечных.
Рехард не очень-то верил в подобные россказни.
Поток энергии, был отражён и устремился к самому Чужаку. И Чужак вынужден был закутаться в экраны, прекратив огонь. Поразительно – но и в этот раз он защитился неизвестным Империи способом. Экран Чужака поток энергии не отразил, а рассеял в космическом пространстве.
Рехард нырнул вверх и, закрутившись вокруг собственной оси, приготовился выйти поближе к Чужаку.
-Готовьтесь парни. Мы возьмём его. Или то, что от него останется.
Он открыл все шлюзы и два десятка истребителей приготовились выпрыгнуть навстречу врагу, прикрывая два десантных бота – если боты будет решено отправлять прямо сейчас.
Дело за малым – нужно подойти поближе и нанести некоторое количество повреждений. С надеждой на повреждение орудийных систем и двигателей…, знать бы ещё, где у него двигатели…
-Противник посылает сигналы.
-Какого рода?
-Расшифровываю. – Рехард продолжал сближение. Чужак не стрелял, защитные поля пропали, скорость его так же быстро падала. Казалось, он решил сдаться… - Они хотят переговоров. Поражены и восхищены. Утверждают, что всё случившееся недоразумение.
Рехард отправил предложение о стыковке…, приказав десанту и истребителям быть готовыми. Сознание от корабля он не отделил, все отсеки были задраены, будто корабль получил масштабную пробоину. А один из биороботов был активирован и спешно одевал гражданский наряд пилота-истребителя Наси Юкоми, когда-то жившей в последнем уцелевшем анклаве Империи…, кажется планета Япония, в секторе 9, в двухстах световых годах от Земли…, точно Рехард не помнил.
На неизвестный корабль отправится биоробот, машина, точная копия Наси. Потому что сама Наси сейчас сидит в рубке своего истребителя и ждёт приказа атаковать…
Миссия выполнена.
Я смещался по ранее принятой схеме. Осталось последнее смещение. Точнее серия кратких смещений, на коротком отрезке времени. Первая точка – примерный день встречи с Последним врагом…, в предыдущем варианте, это был день гибели колонии Гейтлих, после большого космического сражения, в котором люди с трудом, но победили и после появления маленького автоматического корабля, сбросившего Сферу. Гейтлих разнесло миллионами астероидов по всей системе…
Я выйду точно на орбите этой планеты. После взрыва, после того как человеческий флот покинет систему…, по времени зафиксированному в прошлом варианте развития событий. Если миссия выполнена – а она точно прошла завершающую фазу и требует лишь подтверждения, то планета будет цела.
Человеческая единица Гитлер, прислушалась к моим словам и сделала верные выводы. Я получил именно то, что требуется для победы в Последней войне. Человечество теперь едино. Вся раса объединена единым командованием, единой экономикой. Во главе всего Вечный Фюрер и Совет, состоящий из самых выдающихся граждан. Половина их – Вечные, другая неизменно граждане, не заслужившие права на омоложение…, одна из многих интересных особенностей нового общества.
Вечные – они получают тот же препарат, что и Гитлер. Но право на это необходимо заслужить делом. Только лучшие из лучших получают Вечность. Я ожидал, что Гитлер поделится препаратом лишь с наиболее близкими к себе человеческими единицами – я ошибся. Он оказался гораздо умнее, чем я предполагал в начале. Что бы стать Вечным, гражданин должен был сделать нечто выдающиеся, совершить подвиг из подвигов…, поэтому Вечных очень немного. И большей частью это солдаты.
С должным вниманием Гитлер отнёсся ко всем поставленным задачам. Другие варианты человеческих единиц – расы отличные от арийской, не были уничтожены. Выжившие в войне были собраны в двух местах. Первая малая часть, состоящая из самых лучших солдат, была распределена по Учебным лагерям, где их боевые навыки доводились до совершенства, методами, часто приводящими их к смерти. Большая часть, состоящая из всех остальных представителей расы, помещалась в закрытые территории – анклавы. Жители анклавов могли покидать их только по особому разрешению новой службы – Гестрада. Они обеспечивались всем необходимым, жили под постоянным наблюдением, в окружении солдат и постоянно ожидая смерти. Но их не трогали, пока они не пытались организовать бунт или какой-нибудь марш не согласных. Один такой я видел, смещаясь по выбранным пространственно-временным точкам. Этот марш расстреляли из двух крупнокалиберных пулемётов…
Первые годы анклавы были адом для своих обитателей. И единственным выходом было обращение к офицерам Гестрада, тогда формировавшейся в основном из солдат СС, отрядов карателей. Обращение с просьбой отправиться в Учебный лагерь. Прошедшие его, выжившие там, получали Ограниченное гражданство. После этого они могли жить, где хотели и как хотели. Ограничение гражданства состояло всего в нескольких деталях. Основной из которых был запрет на интимную связь с арийцами. Так было в начале.
На второй точке смещения я зафиксировал изменения касающиеся гражданства. Отныне гражданами считались лишь те, кто прошёл войну в боевых частях – для немецких солдат или Учебные лагеря – для всех остальных. Отныне любой ариец с рождения владел Ограниченным гражданством, житель анклава с рождения считался Поражённым в правах. Был отменён запрет на интимную связь с арийцами для обладателей Ограниченного гражданства. Отныне гражданином мог стать лишь тот, кто стал сильным солдатом. Гитлер двигался к целям Миссии. Становление расы Воинов началось.
Я двигался вперёд и видел, как стремительно меняется облик общества. Мир преображался, превращаясь во что-то новое, пока странное и необычное. Быстро исчезали с лица планеты анклавы. Первое время население анклавов быстро росло – Учебный лагерь считался делом добровольным. В какой-то момент люди начали тянуться к лучшей доли, лучшей жизни. Многие шли за гражданством. Многие умирали. Но анклавы постепенно пустели…, не всегда из-за того, что их население перешло в состав граждан. Анклав Англия, уже успевший отдать миру Империи не одну тысячу граждан, был полностью уничтожен во время масштабных беспорядков. Немногих выживших в них, уничтожили офицеры Гестрада, либо поглотили Учебные лагеря.
Рождался суровый мир, и он состоял преимущественно из солдат.
Он отличался от уже виденных мною вариантов. Неуловимыми деталями, порой такими, что их с трудом фиксировали даже мои автоматические системы. Человечество готовилось к своей Последней войне, даже не подозревая о том…
Сэм Доррен, жевал сладкую пастилку и что-то насвистывая, следил за показаниями приборов. Иногда поглядывал на обзорный экран. Работа простая, особых усилий не требующая, как впрочем, почти весь процесс его работы. Трудно бывало только в самом начале – когда принимался заказ и груз. Перевозить их – вот его работа, как он всегда говорил своим друзьям. Общаться с идиотами трясущимися над своим грёбанным грузом так, будто он бумажный – это не его работа, которую ему выполнять приходится всё равно.