Начинало светать. Похоже, что его прогноз сбывается: день будет чудесным.
Напротив сели две пожилые женщины. Они курили сигареты и болтали на местном диалекте. Такино тоже достал сигарету. Слева расстилалось Внутреннее Японское море, которое блестело в лучах раннего утреннего солнца, подобно золотому слитку. Вдалеке виднелось несколько рыбацких лодок; они походили на маленькие чёрные пятнышки или капельки на ровной утренней морской глади. Спокойное море.
В Накацу[51] Такино купил себе завтрак. Было чуть больше половины седьмого утра. Он ел не торопясь, тщательно пережёвывая каждый кусок, пока не осталось и крупинки риса. Потом он выпил чашку холодного чая и снова закрыл глаза. Спать Такино не мог. В Беппу он сошёл с поезда.
На улицах городка царило оживление, хотя не было ещё и девяти. Прямо перед ним тянулась дорога, ведущая к берегу — пройдя километр или около того, он оказался у волнолома. Здания отелей растянулись по улице в обоих направлениях, будто огромные бетонные обломки кораблекрушения, выброшенные сюда приливом. Такино свернул направо и пошёл в сторону залива. У моста стояло большое белое судно, возможно паром, идущий в Осаку.
Расположившись на волноломе, Такино достал сигарету. Он пришёл на полчаса раньше. И тут он заметил женщину, идущую к нему. Серое пальто, голубой чемодан, короткие волосы. Похоже, она смотрит в его сторону. Акеми! Нет никаких сомнений, что это она.
Такино встал. Акеми остановилась и стояла, ожидая его. Он подходил всё ближе и ближе, пока наконец не начал различать на её лице слегка принуждённую улыбку. Казалось, что она плачет.
— Какого чёрта ты здесь делаешь? — спросил Такино.
— Я приехала вместо Хиракавы-сан.
— Зачем?
— Ты просил его позаботиться обо мне. Вывезти меня из Токио. Устроить меня там, где никто не сможет меня найти.
— Я думал, что он согласился сделать это по моей просьбе.
— Я сказала ему, что хочу ехать с тобой. Я умоляла его. Ведь никто и никогда не найдёт меня, если я уеду из этой страны. Сначала он даже не хотел меня слушать. Говорил, что ты никогда не согласишься.
Волосы Акеми развевались на ветру. Они сейчас напоминала ему Юки, хотя у жены волосы были длиннее и смотрелись куда эффектнее. Такино сразу же вспомнил, какие у Юки длинные изящные пальцы и как она перебирает ими волосы. На глаза Акеми навернулись слёзы, но она не торопилась вытирать их. Она стояла и смотрела на Такино.
— Я рассказала Хиракава-сан о своём отце. Ты же знаешь, что он всё равно найдёт меня. Рано или поздно, но найдёт. Я уверена в этом. У него это единственный способ существования. И не имеет значения, куда я уеду.
— Но на самом деле ты когда-нибудь пыталась бежать от него? Хотя бы один раз?
— Сейчас я настроена очень серьёзно. Я хочу уехать. По крайней мере, я так сказала Хиракаве-сан. Но это не вся правда. Мне совсем нет дела до отца. Я хочу быть с тобой. И если ты уезжаешь, то и я еду с тобой.
Такино взял в рот сигарету. Слёзы бежали по щекам Акеми. Неподалёку на улице проехала машина. Такино и Акеми, отвернувшись, смотрели в сторону моря.
— Зачем?
— Я не знаю. Я не хочу с тобой расставаться. Лучше тогда мне умереть. Я не смогу больше жить без тебя.
— Ты знаешь, что я сделал? — Акеми легонько кивнула головой. — Путь будет трудным.
Снова лёгкий кивок головой. Они оба смотрели на море.
— Нет никаких гарантий, что нам удастся это сделать, — Такино бросил сигарету на бетонную поверхность волнореза. — Когда я выходил на станции, там объявляли автобусный тур.
Акеми вытащила платок из кармана пальто. Такино закурил очередную сигарету.
— Разве мы не собирались встретиться вон там? — спросил Такино.
Возвышаясь над всеми зданиями береговой линии, в небе плыла башня обсерватории. Они заранее договорились, что он будет там в девять часов и подождёт ровно тридцать минут.
— Я приехала сюда вчера ночью. Села на утренний рейс в Фукуоку, а потом взяла такси. Хиракава-сан заказал мне отель. Я немного подождала — до девяти — и потом вышла погулять. А ты здесь.
— Где сам Хиракава? В Токио?
— Он сказал, чтобы ты позвонил ему на этот номер, в девять.
С этими словами Акеми достала клочок бумажки. На нём был номер телефона в небольшом отеле в Яватагаме. Это тот же самый отель, где Хиракава останавливался в тот раз, когда они вывозили из страны Сугимуру.
— Здесь ещё даже кафешки закрыты, — заметил Такино.
Он взял чемодан Акеми, перебросил свою сумку через плечо, и они отправились в центр города. Они походили на двух туристов, которые идут к станции. Что ещё может быть привычнее в этом городке?
Они нашли телефонную будку, и Такино выудил из кармана какую-то мелочь. Хиракава сразу же снял трубку.
— Я не мог отказать, хотя я не уверен, что вы рады женской компании.
Это всё, что Хиракава сказал об Акеми.
— Здесь Старый Пёс и ещё несколько молодых детективов. Вчера я практически на них натолкнулся. А также я сегодня утром встретился с человеком из «Таро-мару». Похоже, что он старается изо всех сил, чтобы вывезти вас отсюда. Я объяснил ему, почему вам пришлось убить Оваду.
Зря ему сказали так много. Старику нет нужды знать, почему Такино сделал то, что он сделал. Но Хиракаве Такино ничего не сказал.
— Ваша личность пока ещё не установлена. Но я думаю, что это пока Старый Пёс не взялся за дело. Однако местная полиция поднята на ноги, и сам город довольно неплохо перекрыт. Отсюда ведёт единственная железнодорожная ветка, и автомобильных дорог тоже не так уж много. У местных копов достаточно людей в распоряжении, чтобы без посторонней помощи перекрыть все дороги.
— Старик велел мне ехать в местечко под названием Куси.
— Я слышал. Сейчас мы зашли так далеко, что нам придётся на него положиться. Другого выбора просто нет. Проблема ещё и в том, что я больше не могу с ним встречаться. Копы поставили постоянный пост у его дома — двух человек.
— Предполагается, что я позвоню ему из Саганосеки. А туда мы отправимся отсюда.
— Там вы скорее всего будете в безопасности. Хорошая мысль — как можно быстрее переправить вас на Кюсю. Когда я был в аэропорту, там повсюду крутились копы и задавали вопросы. Скорее всего, то же самое творится и на станции.
Такино повесил трубку и вышел из телефонной будки. Акеми протянула ему бумажный пакет.
— Вот деньги, — сказала она. — Это те, что ты мне давал, но тут осталось только три миллиона.
— Отлично. Я вот как раз думаю, чем нам заплатить за наём судна.
Такино остановил такси, и они начали загружать вещи в багажник.
2
Последние пять часов Такаги проспал на диванчике в служебном помещении здания полицейского участка.
Он прибыл в аэропорт Мацуямы вчера вечером в семь. Глава полиции префектуры остановил его сегодня и спросил, может ли он оказать ему помощь в этом деле. Так Такаги получил в своё распоряжение машину и около десяти отправился в Яватагаму, чтобы проверить, насколько хорошо заблокирован город. Это вовсе не было расследованием убийства. Они разыскивали Такино за помощь и соучастие в побеге преступника.
Местная полиция приняла все возможные меры, о которых говорил Такаги. К счастью, в этот момент они не были заняты другими серьёзными делами. Он даже получил в своё распоряжение небольшую группу из полиции по противодействию уличным беспорядкам, которая базировалась на местной атомной станции. В любом случае, людей у него было даже более чем достаточно.
Закончив со звонками в Токио, Мурасава вернулся и принёс им обоим лапшу в чашках на завтрак. Было семь часов утра, и над головой раскинулось чистое голубое небо.
— Пока никаких признаков машины Такино нет, — объявил Мурасава. — Ничего не могут найти. Я думаю, что им уже начинает это надоедать. Та же история и с оружием. Ведь он явно стрелял по меньшей мере один раз, но нигде никаких следов пули, гильз тоже нет. Насколько я понял, они считают, что преступник всё ещё скрывается где-то в Токио.
51
Накацу — город в Японии, порт на северном побережье острова Кюсю, в префектуре Оита.