Глава одиннадцатая
Приходится увеличить емкость газометра. Мой компаньон находит союзницу
Просыпаюсь, а эти двое уже тут. Желтый сидит на стуле, долговязый — у стола и покачивает ногой. Вид у них довольно растрепанный, и воняет от обоих нестерпимо. Из лацканов пиджака, рукавов, воротника выглядывают капустные листья, ботва и картофельная шелуха.
— Куда ты спрятал пятьсот монет? — спрашивает долговязый.
С этими ублюдками, видно, не договоришься. Хочешь не хочешь, а с деньгами придется расстаться. Ну, ничего, я еще посчитаюсь с этими скотами.
— Пошевеливайся. Нам время дорого, — рявкнул долговязый.
— Под ветчиной.
Эти двое переглянулись.
— В холодильнике, — говорю, — стоит тарелка с вареной ветчиной. Под ветчиной спрятаны монеты.
— Ты заглядывал в холодильник, когда мы там первый раз шуровали? — спрашивает долговязый.
Желтый опустил глаза.
— Заглядывал. Тарелку с ветчиной я видел, но ветчину снять не догадался.
— Болван, — говорит долговязый. Он пошел к дверям, но потом остановился, посмотрел вокруг.
— Больше ты нам не нужен, — говорит. — Но я не хочу тебя обижать. Так и быть, подыши свежим воздухом.
— Спасибо, — отвечаю.
Он подошел к трубе и вынул паклю и пробку. Потом вместе с желтым ушел и закрыл дверь на ключ. Тут из трубы с шипением вырвался газ, и я понял, что дело дрянь. Попробовал высвободить руки, но где там. С великим трудом я подобрался трубе и, опираясь спиной о стену, подтянулся к самому ее краю.
Был бы кран, я бы смог зажать его зубами. Но его сняли. Остается только один способ остановить газ. Надежд, конечно, мало, но попробовать можно.
![Поберегись, детка pic_19.png](https://litlife.club/books/245086/read/images/pic_19.png)
Я вобрал в себя побольше воздуха, затем прижался ртом к самому краю трубы и крепко схватил ее зубами. Потом дунул изо всех сил, погнав назад смертоносный газ.
Опорожнив легкие, я вобрал носом побольше воздуха и снова стал дуть. Вроде получилось. На какое-то время я спасен, но долго мне не продержаться. Я уже стал терять последние силы, как внезапно вдали послышался лай. Черт побери, это Грэг. Я сразу приободрился. Вряд ли, конечно, Грэг может мне помочь, но все же появилась слабая надежда.
Дверь отворилась, и кто-то вбежал в кухню. И… черт побери… нежный голос пронзил меня до самой печенки.
— Яко!
Убить меня, это она! Я отпустил трубу и, теряя сознание, рухнул на пол. Все же я успел увидеть мою прекрасную Дуарду. Она схватила бутылку джина, вытащила пробку и заткнула ею газовую трубу. Потом влила мне в рот половину содержимого драгоценной бутылки. Не теряя ни секунды, она принялась развязывать стальной канат и вскоре освободила меня.
Я немного попрыгал, чтобы размять ноги, затем подошел к девушке, и тут меня словно ударило. Черт возьми, неужто я позволю незнакомой девице опутать себя?
Ну нет! Конечно, она спасла мне жизнь, но с какой целью? Что скрывается за этими зелеными глазами?
И я отвесил ей такую пощечину, что она завалилась под раковину. Но мгновенно вскочила и посмотрела на меня с немым изумлением. Грэг укоризненно залаял.
— Из-за тебя я попал в ловушку, — говорю. — Ты мне нарочно позвонила, чтобы я угодил в руки двух недоносков.
— Яко! — произнесла она своим нежным голоском, от которого у меня сразу вся злость пропала. — Меня заставили, милый Яко. Под дулом пистолета.
— Прости, — говорю. — Я слишком впечатлительный.
Грэг подскочил к двери, затем вернулся, пролаял три раза — и назад.
— Надо нам поскорее отсюда улепетывать, — говорит Дуарда. Я только улыбнулся.
— Не беспокойся, — говорю. — Они не вернутся. Я сказал им, где спрятаны деньги.
— Вернутся, — отвечает она. — В том месте, где ты их спрятал, денег уже нет. Кто-то их успел прихватить.
— Ты-то откуда это знаешь.
— Потом расскажу. А пока бежим!
Она схватила меня за руку, и мы помчались. На улице темно, хоть глаз выколи. Ничего не вижу далыпе полуметра, но ориентируюсь по хвосту Грэга. Мы миновали луг и углубились в березовую рощу. За леском, в кустарнике, спрятан мой «блимбуст».
Дуарда села за руль, а я устроился рядом. Грэг в машину не полез, а остался на страже.
— Они вернутся, а мы их здесь подождем, — говорит Дуарда. — Когда они увидят, что тебя нет, то бросятся в погоню. Ну а мы поедем за ними.
— Ладно, — говорю. — А теперь расскажи, как ты меня нашла.
— Эти двое воспользовались мною как приманкой, чтобы тебя схватить. Когда же ты очутился у них в руках, они забыли обо мне. Я думала-думала, а потом спустилась вниз. Увидела твою машину. Села в нее и помчалась прямо к тебе домой. Там я увидела вдову Паранко, которая рылась в холодильнике. Она принялась уплетать вареную ветчину, а я спряталась и стала следить за ней. Вдруг она кинула на пол ломти ветчины и стала распихивать по карманам ассигнации. Я бросилась на нее. Она огрела меня чем-то по голове, и я потеряла сознание. Меня привел в чувство Грэгорио, который нежно лизал мое лицо.
— Рассказывай дальше, — говорю.
— Когда ко мне вернулись силы, мы решили с Грэгом спуститься и слетать в полицию. Только мы вышли на улицу, как Грэг навострил уши. Вижу, у тротуара стоит черная машина марки «фролей-49». Грэг исчез во дворе, а я стала ждать. Вскоре он вернулся. Радостно помахал хвостом и дал мне понять, что хочет сесть в твою машину. Я помогла ему взобраться на заднее сиденье, а сама села за руль. Фары я зажигать не стала. Немного спустя из дома вышли двое — Ат Шалфейчик и какой-то незнакомец — и сели в «фролей». Только они тронулись, мы за ними. И вот так добрались до того дома.
— Вы с Грэгом в полном порядке. Чистая работа, — говорю.
Она молчит, и я слышу треск кузнечиков и кваканье лягушек.
— Расскажи мне о той ночи.
— Ты был очень мил со мной. Но с тех пор произошло столько всяких событий, что…
Она умолкла и смотрит на меня.
— Я ничего не помню.
— Совсем ничего?
— Совсем.
— Как жаль! — вздыхает она. — Мы познакомились в баре «Солдат-задира». Ты и этого не помнишь?
— Нет, — отвечаю.
— Ты был уже под мухой, — говорит она. — У них не осталось «Бур…
Она оборвала фразу на полуслове. Фары машины прорезали тьму и осветили дорогу за леском.
— Вон они.
Мы молча наблюдали за машиной, которая остановилась у дома с кирпичной стеной.
Желтый и долговязый выскочили и бросились в дом. Минут через пять они появились снова, сели в «фролей» и помчались. Я подсадил Грэга, Дуарда завела мотор. Мы подождали, пока они отъехали подальше, и в погоню. Догнали их уже на автостраде.
— Что за тип этот Ат Шалфейчик? — спрашиваю.
Дуарда искоса взглянула на меня.
— Он из личной охраны Блю Катарро, — отвечает.
Я даже присвистнул. Уж больно часто последнее время мне приходится слышать имя этого Блю Катарро. Говорю об этом Дуарде.
— Да ну! — восклицает она и как-то странно улыбается.
— Детка, — говорю. — Ты что-то от меня скрываешь.
Он а покачала головой, и вдруг нас как тряхнет. Мотор чихнул и заглох, и мы остановились у самого тротуара.
— Что случилось? — спрашиваю.
— Кончился бензин.
— Только этого не хватало, — говорю. — Ну, Грэг, выручай!
Я открыл дверцу, Грэг спрыгнул на землю и помчался за этим паршивым «фролеем».
— Что теперь будем делать? — говорит Дуарда.
— Пойду поищу, где бы заправиться бензином. В километре отсюда мой приятель Уго как раз держит бензоколонку.
— А я? — спрашивает.
— Подожди меня здесь, — отвечаю.
Вылезаю из машины и иду. Нахожу бензоколонку и велю Уго налить мне пять литров. Я расплатился, взял ведро и потопал назад. Наконец я добрался до машины, поставил ведро у радиатора, открыл дверцу и без сил повалился на сиденье.
— Дуарда! — зову. Никакого ответа. Поглядел вокруг, нет ее. Вылезаю, па дороге ни живой души. Под машиной никого. В багажнике тоже.