Туманян описывал нищую, разграбленную страну, где царил произвол, где деспотические завоеватели все могли отнять силою. Автор затрагивал один из важных и характерных моментов исторического существования армянского народа, тему о пандухтстве.
Пандухтами или харибами называли тех, кто в силу обстоятельств вынужден был покинуть свою порабощенную родину, скитаться в чужих краях в поисках заработка.
Жизнь харибов на чужбине была полна лишений и страданий. Многим из них более не удавалось вернуться на родину. Многие погибали в дальних краях.
В стихотворениях Туманяна ранних лет лирические мотивы вплетались в тему общего, народного горя. Личная боль, личные переживания поэта отражали безотрадную жизнь народа. Он не видел веселых дней, в сердце его царила темная ночь, потому что вокруг он слышал лишь «горький плач, вопли нищеты», и душа его была омрачена «ядом зла, зависти и лжи». Для интимной лирики Туманяна характерны грустные думы:
Однако было бы неправильно думать, что молодой поэт предавался лишь печальным мыслям, что гнетущая действительность убила в нем веру в будущее. Туманяну не были свойственны пессимистические мотивы. Мечты о том, что унылая действительность будет разрушена и засияет заря новой жизни, служила неиссякаемым источником силы и энергии. Он не отказывается от борьбы:
В сборниках Туманяна особый цикл составили пейзажные стихи. Часть из них носила несколько отвлеченный характер. В них автор стремился воссоздать образ родной страны общими поэтическими формулами. Так, например, в одном из стихотворений, где Туманян рисует идиллическую картину покоя и общего довольства, он пользуется обычными средствами романтической поэзии. Здесь мы находим и «далекие горы в тумане», и «роскошные поля и леса», и «с нежным шепотом протекающую тихую речку» и ее богатые плодородные берега, где «вольно и спокойно живут звери», а «птички поют в небесах»… Стихотворение заканчивается ‘размышлением о том, зачем же в этом прекрасном мире, где все имеется для счастья, люди живут неспокойно, враждуют друг с другом, убивают друг друга.
Другая часть пейзажных стихотворений Туманяна явилась результатом непосредственного общения с природой. Она свидетельствует о том, как хорошо знал и чувствовал автор природу родины. Таково, например, стихотворение «В горах». Содержание его предельно просто, но вместе с тем стихотворение поэтически точно и вдохновенно рисует одну из картин жизни горцев, рисует природу родных Туманяну мест.
…Спустилась ночь, и горы исчезли во мраке, а дождь все льет и льет. Далеко-далеко за дальними вершинами засверкала молния и осветила черные громады и ущелья. Из-под гор, извиваясь, бежит мутная речка. Один лишь пастух стоит на страже у своего стада. Вот снова засветила молния, и в ее красных лучах показались две тени. В небе загрохотало. Дождь усилился. Эй-эй! — крикнул пастух, и навстречу ему с лаем поднялась собака.
Стихотворение «В горах», русского перевода которого нет, не принадлежит по своим художественным достоинствам к числу лучших образцов ранней лирики Туманяна, но оно представляет несомненный интерес для понимания процесса становления реалистического пейзажа. В нем ясно обозначены элементы, нашедшие свое развитие в творчестве поэта зрелого периода. В лирических стихах этого цикла, в которых пейзаж занимал господствующее положение, наблюдается умение автора скупыми, но вместе с тем яркими штрихами создавать цельные поэтические картины природы и народного быта.
В раннем творчестве Туманяна легко обнаружить следы влияния поэзии Пушкина и в особенности. Лермонтова, которых он полюбил с юных лет. В первых сборниках армянского поэта важное место заняли переводы отдельных образцов лирики Пушкина и Лермонтова. Порою Туманян сознательно следовал за русскими поэтами. Так, например, в стихо-творении «Желание», подражая Лермонтову, Туманян продавался мечте о древней родине своих предков. Он говорил о своем желании «подобно птице полюбить лишь вольность и небесный простор», улететь в тот далекий край, «где цветут поля дедов, где в пустынной крепости на туманной горе тлеют забытые кости предков, где висят на старинной стене широкий щит и заржавленный меч».
Влияние Лермонтова, в частности «Мцыри», ощущается и в ранней поэме Туманяна «Отвергнутый закон». Образ юного героя поэмы противопоставляется образу монаха. В груди юноши бушует «пламя жизни», он бурно протестует против бессмысленного одинокого существования. Он жалуется, что «дни его проходят печально» и, обращаясь к старику, подобно герою лермонтовской поэмы, говорит: «Я жить хочу, отец, верните жизнь мне». Юноша уходит из монастыря, и старик монах проклинает его.
Изображение природы, лирические картины уже сменяются здесь, правда, еще неосознанным автором, бунтарским протестом — темой борьбы.
В первых сборниках Туманяна значительное место заняли также демократические мотивы.
![Туманян i_006.jpg](https://litlife.club/books/244694/read/images/i_006.jpg)
Обложка журнала «Родник», в котором появилось первое печатное произведение Туманяна. 1890 г., № 8–9.
![Туманян i_007.jpg](https://litlife.club/books/244694/read/images/i_007.jpg)
Хачатур Абовян.
Всеми нитями своего существования Туманян был связан с деревней. Его всегда тянуло в родную стихию, и он постоянно общался с крестьянами. Часто поэт отправлялся путешествовать по родной стране. В начале 1890-х годов Туманян совершил поездку в Борчалинский уезд[12]. Побывал он и в родном Лори, и на медных рудниках в Алаверды, посетил старинные армянские деревни Ахпат и Сангин. По время этих поездок Туманян снова увидел, как живут и о чем думают крестьяне. В деревне вер больше и больше хозяйничали кулак и становой и больше прежнего бедствовал земледелец. Постоянное непосредственное общение с народом не могло не открыть глаза молодого писателя на несправедливость и жестокость политического строя царской России. Наблюдая безотрадные картины старой деревни, он невольно вспоминал о том, как неверно изображена жизнь крестьянства в произведениях некоторых армянских поэтов, и не без основания говорил: «Удивительный мы народ! Армянского поэта больше волнуют и огорчают темные тучи, сгустившиеся над белоснежной вершиной Масиса[13], нежели тучи, омрачающие чело нашего крестьянина. .»
Сам Туманян показал реальные «тучи», «омрачающие чело» армянского земледельца. Восемнадцатилетний автор в стихотворении «Пахарь» рассказал о горькой доле деревенского труженика: