О, Беатриче! – сладко имя той,
В чьем образе таился лик небесный,
В груди блистало сердце чистотой,
В прекрасном теле разум был чудесный.
И Тициана сын портрет прелестной
(Бессмертный знак его любви немой)
Писали, кончив, бросил кисть: иной
Да не послужит дар его чудесный.
Кто б ни был ты, но если ты любил,
Взглянув, скажи: прекрасней образ был
Твоей любви! Потом в негодованье
Суди!.. Взгляни, как славы бренен сон:
Как ни хорош портрет, не стоит он
Моей модели одного лобзанья!
Несмотря на все свои усилия, Беатриче не могла заставить своего любовника снова начать работать; Пиппо оставался глух ко всем ее мольбам, и когда она просила его слишком настойчиво, повторял свой сонет. До самой смерти он оставался верен своей лени, а Беатриче, как говорят, своей любви. Они долго жили, как супруги; и, к сожалению, Лореданы, гордость которых была оскорблена этой открытой связью, уничтожили портрет Беатриче подобно тому, как пожар уничтожил первую картину Тицианелло.