– Странный у тебя все-таки ход мыслей… Твои программные ограничители сохранны?
– Да, S9. Моя задача – защищать людей, пока я имею возможность их защищать. Не забывай,
что я могу размышлять обо всем и могу относится к задаче критично.
Андроид-защитник D40-709 – машина. Разумная машина. И вместе с тем что-то большее…
Я чувствую, как колеблется земля… и тихо… Сбрасываю черную шинель полковника
Коршунова. Она падает на белую постель, как дохлая ворона… Переодеваюсь, разглаживаю
242
китель, чищу сапоги. Все должно быть идеально. Я застегнул шинель полковника AVRG, поднял
воротник, натянул и разгладил тонкие перчатки, заправил под фуражку выгоревшие от радиации
пряди волос… Так мне всевидящие мозги автономных объектов не влепят штраф за непристойный
вид. Это не такое страшное нарушение, но чем меньше будет поводов для придирок, тем лучше.
– D40, вы меня тогда от дублированной линии не отключили… Так что там с котами?
– Они поняли, что происходит.
– Я заметил, что до них не сразу доходит… Да, бывает… Так испугались смерти, что умерли…
– Ситуация под контролем.
– Наш Кот живой?
– Он в порядке.
Земля вздрогнула снова, и я вместе с ней. От этого я просто готов бросаться на стены.
“Защитник” намертво перехватил мое предплечье…
– Я не могу стоять на этой бьющейся в конвульсиях земле! Не могу!..
Ужас окатывает с ног до головы. Не просто ужас – к нему примешивается что-то еще…
– Не можешь стоять, так ложись, лейтенант.
– Страж! Какого хрена, ты!..
– Нервный срыв?
– Какое тебе дело?! Все могло быть по-другому, если бы ты не лез в наш мир!
– Могло бы.
Могло бы – только как?.. Нет, наши люди не цепляются за жизнь, карабкаясь по трупам…
Теперь это будет относиться не только к нам – людям.
Тролль стоит неподвижно, сложив руки на груди… Его глаза… Они другие – не такие, как у
людей… Он опять давит – использует запрещенные приемы… Я должен взять себя в руки…
Должен…
– Вот именно, лейтенант.
– Кончай залезать в мои мысли.
– Для того, чтобы понять, о чем ты думаешь, в этом нет необходимости. Готовь транспорты –
загружай схемы с последними данными.
– Рано.
– Пора. Вашим оружием всегда была скорость. Они – ваше оружие. Штурм форсирован. Они
действуют быстро – вы должны быстрее. Не пропусти время – оно не вернется. Потом можешь
страдать, сколько влезет.
– Штрауб пал!
– Да. Готовься. Ты уже принес себя в жертву и вполне сознательно.
– Стой!..
Страж развернулся и ушел… Он не похож на человека – совсем не похож, если присмотреться.
Он похож на гигантскую грубую статую из серого камня и только! Он другой. Совсем другой…
Древний каменный великан, пришедший с вечных льдов…
Земля больше не дрожит – все, улеглось. Последняя волна прошла. Кровь стучит в висках…
Тихо… Они уже спустились под землю…
Забегали крысы… Пора за дело.
– Крыс, что у вас?
– Снимают внутренние воздушные патрули. Забрали часть разведчиков с границ.
– Все подробно покажи “защитнику”.
– Понял.
– Через десять минут люди из первого поколения должны быть в машинном отсеке – в полном
обмундировании и при оружии. И крыс там собери – всех. “Носителей” сюда приведи.
– Понял.
В голове мой приказ отдался эхом. Сейчас в помещении три крысы, а шумов от них…
D40 поправляет графики патрулей. Крысы разбежались. Меня сковывает напряжение – с трудом
заставляю себя стоять на месте, чтобы не метаться по бункеру, как загнанному зверю.
За выходящей крысой в дверь прошмыгнул мой Кот, лохматый и страшный.
243
– Айнер! Не уходи! То есть, я с тобой! Я тоже пойду. Я пойду с вами.
– Никуда ты не пойдешь.
– Нам страшно. Моя тетя умерла от страха – это очень опасно! Мы все…
– Кот, не мешай мне сейчас.
– Уже пора?!
– Нет. Мы ждем…
– Ждать очень страшно. Айнер, пойдем сейчас.
– D40, убери его!
– Нет, я не уйду!
– Убери его!
“Защитник” под диктовку своего “передатчика” еще правит график… Кот метнулся под
кровать… пусть сидит, если мешать не будет.
Я не могу устоять на месте и меряю отсек широким шагом.
– Готовь документы.
– Они готовы – исправления внесены.
– Тогда заканчивай со схемами. Пора. Выходим.
– Рано, S9.
– Сейчас патрули снимать будут быстро. Нужно успеть, пока идут бои.
– Рано.
Еще рано. Я не могу так рисковать. Я не подставлю под удар все, что осталось на нашей
несчастной планете. Там – будь что будет, но я буду знать, что сделал все, что мог.
– Крыс, выставляй связных по тоннелям. Как только пограничные посты снимут – мы выходим.
– Понял.
Так… “Носители” уже ждут. Я их проверяю, перепроверяю…
– D40, пошли в машинный отсек.
Крысы бегут за нами. В коридоре присоединяются новые – волны серых шкурок… они все
растекаются, собираются потоком… По холодному полу цокают когти и шуршат хвосты…
Люди из первого поколения встречают меня, прижав правую ладонь к левому плечу… Они
одели форму бойцов AVRG, которую я для них приготовил, и прямо перевоплотились. Я даже на
пару секунд забыл, что это не люди, что не мои бойцы… Они ведут себя как всегда сдержанно, но
непринужденно. Даже мне придраться не к чему – они убрали эти свои блеклые волосы с
фиолетовым отсветом под фуражки и перестали напоминать древних шаманов. По руке сержанта
бегает крыса, рядовой проверяет настройки излучателя, другой сидит на крыле транспорта и
просто ждет, как все они – спокойно, только в глазах перед боем еле заметное напряжение… Как
ножом по сердцу. Да, они все так же пристально на меня смотрят, но… Сейчас в этом
приглушенном свете они вдруг стали людьми – такими же, как все мы – худыми, измотанными
людьми, проводящими под землей чуть ли не по полжизни…
– Готовьтесь. Выходим, как только пограничные посты снимут. До Ивартэна за сорок минут
доберемся. Каждый из вас крысу-передатчика возьмет. Крыс в округе очень много, так что
ментальный контакт невозможен. Связь будет безмолвная – условные знаки вы знаете. Будьте
внимательны к “передатчикам” – они сообщат, если патрули перестроят. Схемы патрулей на
настоящее время, скорость и маршрут загружены в память транспортов – они сами все сделают, но
вы должны их контролировать. Дальше – самым сложным будет границу перейти и до штаба
добраться. Крысы не смогут попасть на подземные автономные объекты, и информации о постах и
патрулях в слепых зонах у нас не будет.
– Город под наблюдением…
– Да – постоянное наблюдение, но все камеры и сенсоры относятся непосредственно к мозгу
тех объектов, на которых установлены. Это автономные системы. Центр может получить к ним
прямой доступ только по распоряжению командования. Сейчас за городом наблюдают разведчики и
орбитальные спутники. Центральный компьютер может контролировать практически все только
под руководством людей или, получив на это указания. Его основная функция – ведение боевых
действий и контроль особо важных и секретных объектов. Именно в этой задаче и произошел
244
пересмотр, и именно этим он сейчас и занят. Во всем остальном для центрального мозга, как и для
боевых машин AVRG, – законы AVRG непреложны. С автономных объектов Центр может получать
информацию с постов, контролирующих эти системы. Но доступ ограничен. Объект докладывает
только о нарушениях и внедрениях в системные данные.
– На объектах, защищенных полосами контроля, установлены стандартные системы
наблюдения…
– Да, так. Полосы контроля не подключены к поиску – идентификацию они проводят при
запросе на допуск. Но при вхождении в зону восприятия нас опознают – с замедлением, но
опознают. Этого мы будем избегать, как и пересечений с постами. Первая идентификационная