В ноль часов пять минут еще ничего не произошло.
— Ах, чтоб вы все сдохли! — то и дело бормотал себе под нос на римском диалекте один из двух водолазов, мокнущих в воде уже почти целый час.
Его товарищ, худощавый и светловолосый венецианец, который терпеть не мог римского диалекта, хотел было уже послать его подальше, как вдруг что-то заметил.
Небо было совершенно чистое — ветер разогнал все облака. Вдруг меж бледно-голубых звезд мелькнули, как молния, огоньки какого-то другого цвета. Они все приближались. Так прошло несколько секунд, потом водолаз неожиданно понял, что это такое: совершенно случайно именно он, погруженный по пояс в воду, заметил и понял то, чего никто другой не заметил и не понял.
— Вертолет! — во все горло закричал он, указывая рукой на уже совсем теперь близкие огни.
Люди на берегу, где им не мешал громкий плеск течения, наверно, уже услышали и шум мотора.
— Проклятие, вертолет! — прорычал начальник полиции со своего наблюдательного поста.
Вертолет уже перпендикулярно опускался на мост, и, немного приглядевшись, можно было различить темный силуэт человека, болтавшегося в двух — трех метрах под кабиной.
![Следствие ведет Россана i_012.png](https://litlife.club/books/242354/read/images/i_012.png)
Комиссар Да Валле первым пришел в себя от удивления. Он приказал радисту соединиться с оперативным центром карабинеров и с финансовой гвардией[9]. Сам же он не отрывал взгляда от развертывающейся перед ним сцены. Человек, свешивающийся с веревочной лесенки, поддел сверток крюком и прикрепил его к лесенке, а затем подал знак пилоту, держащему вертолет на высоте всего нескольких метров над мостом.
В то же мгновение человек в зеркальных очках последним отчаянным прыжком достиг парапета набережной. Он опустил ствол ружья на каменный барьер и тщательно прицелился, стремясь не угодить в кабину пилота, так как плексиглас наверняка бы разлетелся от удара пули.
— Глядите, этот человек выстрелил, — сказал агент Стефано Тальябуэ, следящий за происходящим из кабины голубого пикапа «фиат» с надписью «Стелла» — «Промышленные холодильники».
А сержант Педрин, командующий отрядом, увидел с крыши, где он сидел в засаде, высокого мужчину в очках, который бежал во весь дух к автомобилю «феррари», стоящему с распахнутой дверцей.
— Предупредить отряды номер два и номер три! — приказал он своим тонким, истерическим голоском. При этом он подумал, что отряды номер два и номер три, то есть две машины «альфетта» карабинеров, черта с два угонятся за таким мощным автомобилем, как этот «феррари».
— Давай жми в сторону моря! — крикнул человек в зеркальных очках, доставая из ящичка на приборной доске какой-то квадратный аппаратик.
Мигающий красный свет в прорези аппарата успокоил его — он с удовольствием отметил, что несколько минут назад не промахнулся. Конечно, следовать за вертолетом очень трудно, однако, если он полетит по прямой и не слишком удалится, радиопередатчик сможет сигнализировать о его местонахождении. Те же проблемы волновали и двоих на мотоцикле «кавасаки», выскочивших на скорости в восемьдесят километров с моста Принчипе Амедео на набережную Джаниколензе, в том месте, где только что пронеслась машина «феррари», дающая сто шестьдесят километров в час. Они пригнулись так низко, что чуть не касались асфальта. Отряд номер два, только что вызванный агентом Тальябуэ, видя, что они несутся прямо на его машину, был вынужден затормозить.
— Проклятые идиоты! — выругался старшина Бранда, командир отряда; ему даже не пришла в голову мысль, что двое сумасшедших мотоциклистов могут иметь какое-то отношение к вертолету или к автомобилю «феррари», который ему приказали задержать.
Начальник полиции первым показался из ворот Башни Адриана[10], выкатившись, как шарик, на своих коротких ножках. Прежде чем сесть в ожидавшую его машину, синюю «1750», он резко повернулся, оказавшись лицом к лицу с подоспевшими следом подчиненными — всем своим «главным штабом».
— Вертолет — это вам не автомобиль. К двенадцати часам завтрашнего дня я хочу знать, кому он принадлежит и кто в нем находится. Понятно?
— Так точно, — отозвалось пять или шесть голосов.
Когда все уже кончилось и редкие прохожие, привлеченные необычным в этот час оживлением на улице, начали расходиться по домам, у въезда на мост Святого Ангела, со стороны замка, встретились двое на мопедах.
— Конец фильма, — прокомментировал еще бледный от волнения Фабрицио, но Руджеро отрицательно покачал головой.
— А я думаю, что нет! У меня перед самым носом остановилась машина марки «феррари», из нее выскочил мужчина и выстрелил из ружья в вертолет. Потом автомобиль газанул и умчался. И знаешь, кто был этот человек?
— Нет.
Тогда Руджеро рассказал другу, кого он узнал в стрелявшем.
13
Россана увидела их, когда уже решила больше не ждать и собиралась войти в помещение школы. Они бежали рысцой и тяжело дышали. Уже дважды сторож Джанфранко, как обычно, наблюдавший, пока все ребята не войдут в школу, просил ее поторопиться. Тем более что в это время обычно приходит директор, а он не любит, когда опаздывают.
Впрочем, уговаривал Джанфранко не слишком настойчиво. Он был простужен, и, судя по всему, у него был сильный жар. Россана, хорошо знавшая его привычку вечно отлынивать от работы, даже удивилась, что он не остался дома и не улегся в постель. Да и день был пасмурный, и в довершение к простуде можно было подхватить еще и воспаление легких.
— Долг превыше всего, моя милая, — добродушно усмехаясь, пошутил сторож.
В эту-то минуту и показались Микеле с Фабрицио.
— А где же Руджеро? — сразу выпалила Россана, не дожидаясь, пока они поднимутся по лестнице.
— У него тридцать девять и пять, — лаконично ответил Фабрицио, сопровождая сообщение трагическим жестом.
Оглушительное чихание Джанфранко заставило обернуться всех троих.
— Будьте здоровы!
— Здоровье из меня уходит.
Смеясь, они начали подниматься по лестнице, но времени было в обрез, и Россана сгорала от любопытства.
— Ну говори же! — накинулась она на Фабрицио, который вынул платок и не спеша вытирал нос. — Хорошенькая была ночка? Трамонтана[11] вас здорово прохватила?
— Ничего себе. Единственное, что нам удалось поймать, это насморк. А Руджеро повезло еще больше — у него к тому же сильный жар.
— Ну а кроме этого?
В нескольких словах Фабрицио рассказал Россане и Микеле о случившемся ночью. И хоть лестница была не слишком длинной, он успел поведать обо всем, начиная с засады и кончая вертолетом.
— Ну а ты что узнала? Что сказал тебе отец?
Россана пожала плечами. Она была чуточку раздосадована тем, что ей придется разочаровать друзей.
— Да разве его увидишь? Когда он вернулся этой ночью, я уже спала. Я хотела его дождаться, но в час уснула как убитая. Ничего не поделаешь.
— А утром?
— То же самое. Когда я проснулась, его уже не было.
— Черт возьми!
— Да, вот что. Кажется, в Фьюмичино была сильная перестрелка. Возможно, двое убито.
— Ай-яй! — заметил Микеле, притворно передернувшись от ужаса. — С недавних пор в этих краях выпадает больше свинца, чем дождей.
— Эту фразу ты взял из журнала «Криминаль», — поддразнил его Фабрицио, но сообщение произвело на него впечатление.
— Однако в газетах об этом ни слова, — возразил он, кусая губы. Он успел, по обыкновению, просмотреть первые полосы газет, проходя мимо газетного киоска.
— Это произошло, наверно, где-то около шести утра. Поэтому газеты еще не успели дать сообщение, но мама сказала, что стычка, видимо, была серьезная.
— Ну, здесь наши пути расходятся! — провозгласил Фабрицио, останавливаясь у поворота коридора. — Встретимся на перемене?
9
Корпус карабинеров — жандармерия, военная полиция. Финансовая гвардия — разновидность полиции с функциями пограничной, таможенной службы, в ведение которой входит также взимание налогов, борьба с контрабандой и т. д.
10
Другое название римского замка Святого Ангела.
11
Холодный северный и северо-восточный ветер.