– Всем спокойной ночи, – торопливо произнес Кларенс.
– Вот и замечательно, – похвалил Бельдегард. – Полагаю, мы прекрасно поладим.
16
![Неспящая красавица pic_18.png](https://litlife.club/books/242233/read/images/pic_18.png)
«Из всех наших странствий, – размышляла Анни, – эти последние несколько верст до Древогорья – самые тяжелые».
Хорошо, что им с Лиамом можно было больше не следить за Кларенсом, ведь за ним теперь присматривал Бельдегард. Правда принцу-медведю приходилось держаться сильно в стороне, ибо малейший его вид и запах приводили коней в ужас. Один раз Кларенс попробовал было воспользоваться этим и удрать. Анни не разобрала, что произошло; она лишь услышала рев Бельдегарда и встревоженное ржание лошади. Затем наступила тишина. На несколько минут Кларенс исчез из поля зрения, а когда появился, то выглядел присмиревшим. Больше попыток он не предпринимал.
Анни думала, что принцы будут ждать ее у ворот замка, но такой толпы не ожидала. Первыми ее приветствовали горожане. Увидав, что это и вправду их собственная любимая принцесса, они усеяли дорогу перед ней цветами. Здесь были и стражники – кто-то объезжал королевство, когда Гвендолин заснула, кто-то навещал семью в день отдыха, других же она не признала. Лиам шепнул, что на них цвета принцев, которые должны были приехать. Но все они, несмотря на то, чьими вассалами являлись, отдавали честь храброй принцессе, что отправилась в трудный путь ради спасения семьи и королевства.
Затем Анни углядела принцев. Конечно же, здесь был Дигби – нетрезвый, с расцарапанными руками и лицом, словно бы он пытался продраться сквозь розовые кусты. И он все повторял, что один имеет право поцеловать Гвендолин. Андреас чмокнул Анни в щеку и подарил букет из роз, что охраняли замок. Козвальд, держа Клару за ладошку, помахал рукой. Томас стоял рядом с отцом, принцем Эмилио. Обняв детей, Анни радостно поздоровалась с царственными братьями. Она была очень признательна, что все принцы приехали, но при этом тревожилась и надеялась, что их будет достаточно и среди приглашенных найдется истинная любовь сестры.
– Вы готовы, ваше высочество? – спросил Андреас, когда принцы сгрудились вокруг Аннабель.
Сделав глубокий вдох, Анни посмотрела в их полные нетерпеливого ожидания лица.
– Как никогда, – сказала она и взяла Лиама за руку. – Я проведу вас всех в замок одновременно. Пока вы держитесь друг за друга и кто-то из вас держится за меня, никто не уснет. Не должен.
– Она имеет в виду – держаться за руки, – прорычал Бельдегард, толкая Кларенса к принцам.
Дигби и Кларенс принялись жаловаться и канючить, но остальные не медля выстроились в линию и сцепили руки. Дигби, сообразив, что будет последним в ряду, быстро забежал вперед и оттолкнул Лиама в сторону. Ухватил ладонь Анни, посмотрел на принцессу свысока и ухмыльнулся:
– Хотела, чтобы первым пошел самый быстрый? Я тебе никогда не нравился, и ты мне тоже, но мы оба знаем, что именно мне суждено жениться на твоей сестре. Веди меня в замок сейчас же! Хочу побыстрее со всем этим покончить.
Стиснув зубы, Анни отвернулась. Если бы она могла прогнать кого-то из претендентов, она прогнала бы Дигби.
– На твоем месте я бы уважительнее обращался с принцессой Аннабель, – тихо бросил Лиам. Обернувшись, Анни с удивлением увидела, что ее друг рассматривает свой кинжал так, словно бы желает проверить его остроту. – Она мне очень дорога. Если ты понимаешь, о чем я говорю.
– Д-д-д-а, думаю, что понимаю, – пискнул Дигби. Откашлявшись, он прибавил: – А ваше имя, сударь…?
– Я принц Лиам, друг принцессы Аннабель. И всякий, кто не проявит должного почтения к ее высочеству, ответит передо мной.
– Эээ… и передо мной тоже, – пробормотал Дигби.
Приглядевшись, Анни заметила, что этот грубиян кажется совсем не таким прекрасным, каким был до того, как взял ее за руку. Он словно бы постарел, на носу появились красные прожилки, говорящие о пристрастии к вину, волосы повисли тусклыми коричневыми прядями. Он весь будто бы поистрепался. И пока ее антимагическое высочество смотрела, покрасневшие глаза Дигби сместились к переносице.
– Превосходно! – воскликнул Лиам. – Тогда бери меня за руку, и мы приступим. Анни, ты готова? – спросил он, глядя мимо Дигби на принцессу, замершую с разинутым ртом.
Анни резко закрыла рот.
– Да, только твой брат должен встать со всеми. Кларенс, ты идешь? Мы готовы начинать.
– Он идет, – прорычал Бельдегард. – Даже если мне придется тащить его самому.
Принцесса подождала, пока Кларенс присоединится к ним. Насколько она могла видеть, ее прикосновение в большей степени повлияло на Дигби, ведь его она касалась напрямую, и он принимал на себя все воздействие ее антимагического дара. Облик других принцев, казалось, менялся в зависимости от того, насколько близко они к ней находились – последние в линии почти не изменились, Бельдегард же вообще остался медведем. Интересно, так же выйдет и со сном? Те, кто от нее дальше всего, не сумеют ему противиться?
«Что же, если остальные заснут, – подумала Анни, – мне всего лишь нужно будет вывести их за пределы замка, а затем заводить по одному».
И наконец, с принцессой во главе, шеренга принцев тронулась с места. Уже издалека был слышен тихий перезвон ветряных колокольчиков. Подойдя к живой стене, Анни осторожно прикоснулась к одной из роз свободной рукой. Словно бы мгновенно пораженный болезнью, цветок увял, а куст, на котором он рос, почернел, ссохся и опустился на землю. Дотрагиваясь то до одного цветка, то до другого, Анни осторожно шла вперед, ведь кусты, раздвигаясь, освобождали им путь. Позади себя она слышала бормотание принцев, по напряжению в их голосах было понятно, что они испуганы.
Когда преграда из розовых кустов была преодолена почти наполовину, Анни оглянулась. В их цепочке последними шли Кларенс с Бельдегардом, и медведь постоянно подталкивал и подпихивал соседа, хотя у того и выбора-то не было, куда идти – только вперед. Сразу за ними вновь поднимались и разрастались розы.
Продвижение было медленным, и отряду потребовался почти час, чтобы достигнуть подъемного моста. Здесь розы образовывали одну сплошную, очень плотную стену – от деревянного настила и вверх, до острых зубьев поднятой решетки, что составляло почти два роста Анни. С каждым ее шагом шипастая ограда раздвигалась и подавалась назад, но все же самым высоким принцам пришлось нагнуться, чтобы пройти под кустами.
Наконец они преодолели заслон, и Анни, остановившись, обернулась. К ее вящему облегчению, все принцы бодрствовали.
– Вы ни в коем случае не должны отпускать друг друга, даже если вам почему-то захочется сделать это, – предупредила она их. – Нам нужно пройти через весь замок и подняться на верхний этаж. Теперь мы станем двигаться быстрее, потому держитесь крепко.
И они отправились дальше. Неуклюжая цепочка шириной в одного человека пересекла внутренний двор и уже подходила к лестнице, как вдруг сзади раздалось громкое ворчание, а затем глухой удар. Обернувшись, Анни увидела, что Кларенс стоит рядом с Эмилио, а не позади него. Бельдегард же лежал на земле и, положив голову на лапы, сладко сопел.
– Кажется, нам придется вернуться, – сказала Анни. – Мы никого не бросим. – И она, потянув всех за собой, пошла обратно. Принцы застонали.
– Но зачем? – воскликнул Кларенс. – Он всего лишь медведь!
– А тебе бы понравилось, если бы мы забыли тебя здесь? – рявкнула Анни. – Можешь остаться с ними. – И она указала на двух стражников, которые спали, прислонившись к стене. Было видно, что им не очень-то удобно.
Взглянув на рассерженные лица принцев, Кларенс побледнел.
– Нет, – выдохнул он так тихо, что Анни едва его услышала.
– Тогда не отпускай руку, и неважно, кого ты держишь.
Шеренга, преломившись, стала гусеницей возвращаться назад, а Анни заметила, что Кларенс избегает встречаться с кем-либо глазами. Он притих и когда подошел к Бельдегарду, то, не колеблясь, прикоснулся к нему. Принц-медведь тотчас же вскочил и, ворча и качая могучей головой, закосолапил вслед за Кларенсом.