В контексте же рассматриваемой темы нас интересует лишь констатация факта: несмотря на безумный террор, подавивший всякое сопротивление режиму «шоковой терапии», а затем и «неолиберальной нормализации», «чилийское экономическое чудо» есть миф - в реальности ничего хорошего 15-летнее засилье чикагских мальчиков чилийцам не принесло. Это лишний раз подчеркнуло начало постпиночетовской эры: в 1990-93 годах, при власти президента Эйлвина, отказавшегося от «невмешательства» государства в экономику, средние темпы роста ВВП Чили составили 6.3%. И это во время американской рецессии 1990-91 годов - а ведь «фридмановцы» получали подобные результаты лишь на пике роста мировой экономики. И это далеко не все: администрация Эйлвина уполовинила инфляцию и снизила уровень безработицы до двадцатилетнего минимума, а кроме того, вопреки воплям неолибералов установила гарантированный минимум социальных пособий - что, как видите, вовсе не помешало росту экономики{90}. Таким образом, единственный образец, представляемый в качестве доказательства торжества неолиберализма, оказался банальным враньем. Стало быть, теперь уже сделать вполне определенный вывод: везде, где это шарлатанское учение было принято на вооружение, оно привело к резкому замедлению экономического роста и ухудшению социальной обстановки.
И здесь у здравомыслящего человека возникает резонный вопрос. Получается странная картина: ресурсы потребляются все активнее, производительность труда растет все быстрее за счет стремительной разработки новых технологий - но при этом рост ВВП замедляется, уровень жизни людей вообще почти не растет, а уж доходы государств и вовсе сжимаются подобно шагреневой коже. Так куда же все девается-то!? При всей безумной жадности топ-менеджеров крупных корпораций, давно утерявших остатки стыда и получающих доходы, которые сравнимы с бюджетами иных стран - при всем при этом не могли же они сожрать ресурсы огромных стран и целых континентов. Верно, не могли - впрочем, похоже, только пока. Но есть один показатель, который мы пока особо не затрагивали. Рассмотрим следующую картинку (рис. 2.8).
![Тупики Глобализации. Торжество Прогресса или Игры Сатанистов? _34.jpg](https://litlife.club/books/239828/read/images/_34.jpg)
Рис. 2.8. Динамика ВВП, корпоративных прибылей и оплаты труда в США в 1947-1997 годах{91}.
Похоже, комментарии излишни: взметнувшаяся ввысь красная стрела корпоративных прибылей на фоне сиротливо замершей внизу зеленой линии оплаты труда красноречиво свидетельствует о том, кто и ради чего на самом деле совершил «экономическую революцию» 1980-2000 годов. И совсем не надо быть марксистом, чтобы на основании вышесказанного согласиться с ехидным комментарием сего процесса от экономиста Массачусетского технологического института Лестера Тароу: «Капиталисты объявили своим рабочим войну и выиграли ее»{92}.
В заключение этой главы приведу только один пример из самых последних времен. К концу 2002 года дела у крупнейших американских инвестиционных банков пошли плохо: финансовые рынки уверенно падали, из-за чего объем спекулятивных операций банков падал, клиенты не хотели нести в них свои деньги - словом, все было мрачно. Как вы думаете, что было тем единственным показателем работы этих компаний, который вырос? Правильно - чистая прибыль. О цене, которую пришлось заплатить за это персоналу инвестиционных банков, судите сами: скажем, банк Голдман Сакс уволил 13% своих сотрудников, а оставшимся только за первые девять месяцев 2002 года понизил зарплату в среднем на 41%. И это вовсе не рекорд, ибо банк Меррилл Линч урезал оплату труда персонала на 51%, то есть более чем вдвое{93}.
Таким образом, истинными вдохновителями мондиалистской вакханалии являются именно вожди крупных корпораций - которые уже давно сбросили с себя всякие признаки национальной принадлежности и превратились в ТНК. Именно для них слом всяческих торговых и финансовых барьеров означает резкий рост объемов продаж при той же самой себестоимости - вот они и добились своего. В то же время ТНК - это всего лишь предприятия, но за ними стоят вполне конкретные люди, в умах которых и созрел план экономического завоевания мира. Кто же эти люди? Как давно они стремятся к реализации своих мондиалистских замыслов и насколько преуспели на этом пути? О, это отдельная история - к ней-то мы и обратимся сейчас.
Бизнесмены с большой дороги{94}
Дайте мне право выпускать и контролировать деньги страны - и мне будет совершенно все равно, кто издает законы
А.Ротшильд
Англия, XVII век. Быстро разворачивавшаяся промышленная революция потребовала развития частного кредита. Поэтому властями были ослаблены многовековые суровые ограничения на ростовщичество. Тогдашние «банкиры» (ростовщики-менялы, как правило, ювелиры) быстро укрепили свое положение, приобретя большой вес и влияние. И попытки пресечь их деятельность, нередко пагубную для экономики и общества, уже не удавались - в отличие от всей эпохи средневековья. Во всяком случае, король Чарлз (Карл) I Стюарт заплатил за свою наивность головой, ибо противостоявшая ему коалиция Оливера Кромвеля щедро финансировалась «протобанкирами». Это была их первая серьезная победа - но не последняя в том веке: через некоторое время после реставрации Стюартов банкиры Англии и Голландии презрели национальное разделение и совместными усилиями профинансировали в 1688 году успешную военную кампанию Вильгельма Оранского.
Дела банкиров к тому времени уже шли прекрасно - они даже отхватили себе изрядный кусок земли в центре Лондона (ныне известный как Сити). Но английская корона постоянно с кем-нибудь воевала, для чего требовались деньги. После очередной бессмысленной и беспощадной войны с французским «королем-солнцем» Луи XIV казна была, как обычно пуста - но банкиры не очень-то стремились давать деньги властям, которые тратили их самым безрассудным образом. В средние века такая проблема решалась просто: имущество ростовщиков конфисковывалось, а их самих либо выселяли, либо казнили - так поступил, к примеру, французский король Филипп IV Красивый в начале XIV века. Но те времена канули в лету, однако и на сей раз нашелся выход: в 1694 году как черт из табакерки возник некий банк, который немедленно получил гордое наименование Банк Англии. Банк этот был частным - но создали его специально для финансирования государственных программ. Система была простой: «Вы хочите денег? - их есть у меня! Только налоги повысьте на всю сумму ссужаемых вам денег - ну или хотя бы выпустите облигации».
Уже первые плоды деятельности Банка Англии были печальны: всего лишь через 4 года после его возникновения государственный долг вырос в 13 раз. Правительство вдруг обнаружило, что ему дают сколько угодно денег - лишь бы оно выполнило вышеперечисленные условия. И началось беспорядочное финансирование огромного количества идиотских программ: чего стоит, к примеру, идея осушить Красное море, дабы достать с его дна золото, якобы брошенное египтянами, когда они преследовали Моисея (см. Библию, книгу Исход)! Впрочем, пагубность такой политики выявилась достаточно быстро - а заплатить за нее пришлось всем жителям империи (особенно ее колоний) увеличением налогов. В конце концов очередной виток этой порочной спирали привел к американской революции - но это уже было в последней четверти XVIII века. А в его середине случилось еще одно примечательное событие.
В 1743 году ювелир Амшель Мозес Бауэр открыл свою мастерскую во Франкфурте. Дела у него шли хорошо, поэтому его сын Майер Амшель Бауэр решил не ограничиваться ювелирным делом, а стать банкиром. Для респектабельного кредитора фамилия «Бауэр» (в переводе на русский она означает «крестьянин», «бедняк» или даже «пешка») выглядит не очень-то подходящей, поэтому он решил взять новую. Способ нашелся быстро: еще его отец по традиции вывесил над дверью своей мастерской эмблему - красный щит, а по-немецки Roten Schild, или сокращенно Rotschild (Ротшильд). Майер Амшель Бауэр назвался Ротшильдом и быстро преуспел в качестве банкира - особенно в деле выдачи ссуд властям. Будучи дальновидным человеком, он распределил пятерых своих сыновей по пяти европейским финансовым столицам - Франкфурту, Вене, Лондону, Неаполю и Парижу. Сам же Майер Амшель вместе с оставшимся при нем старшим сыном Амшелем переехал в роскошный пятиэтажный франкфуртский особняк, который разделил с семьей другого банкира - Шиффа (эту фамилию мы еще услышим).