Это событие послужило поводом для веселья на все ближайшие дни…
Глава двенадцатая. Приезд в Екимауцы. Юрины знакомые
В Екимауцах колхозники, узнав о цели нашего приезда, радушно предложили нам остановиться у них в домах. Мы с удовольствием приняли это предложение. Но не все.
Павел, Юра и Володя стали просить разрешения у Гэбэ поставить палатки на опушке леса, недалеко от городища.
— Мы не сможем спать в доме. Мы так привыкли спать на свежем воздухе! — убеждали они его. — Вы все ещё сами к нам на костёр будете приходить…
Георгий Борисович разрешил.
Тогда и Лёва загорелся:
— И я с ними буду, мы поместимся!
— Ты будешь со мной и Ростиславом, — тоном, не допускающим возражения, ответил Гэбэ.
Они втроём остановились в доме пожилого молдаванина.
Меня с Мультиком пригласила молодая, вся бронзовая от загара женщина с большим узлом блестящих чёрных волос на затылке.
Александр Степанович, как всегда, остался в машине.
— Меня зовут Анной, — сказала моя хозяйка, с трудом выговаривая русские слова. — Вам скучно не будет: у меня две дочки, и ему товарка найдётся, — засмеялась она, указывая на Мультика…
Мы переступили порог большой светлой комнаты. На окнах были спущены весёлые ситцевые занавески. В углу на столике стоял большой радиоприёмник. Почти половину комнаты занимала огромная печь, вернее, лежанка. Она была свежевыбелена и покрыта яркими домоткаными коврами и плахтами. Как я узнала позднее, зимой на этой жарко натопленной печи помещалась вся семья. Сейчас на коврах на расстеленном пёстром одеяльце спала маленькая пухлая девочка с белыми кудряшками. А на полу возле лежанки сидела рыжая собачонка с острой мордочкой.
При виде нас она залилась визгливым, тонким голосом. Мультик обрадованно замахал хвостом и подбежал к ней. В одну секунду собачонка вцепилась ему в ухо. Мультик взвизгнул. Хозяйка схватила собачонку и выставила её за дверь.
Этот шум разбудил девочку. Она подняла длиннющие чёрные ресницы, увидела чужих и испустила отчаянный вопль.
Из соседней комнаты — поменьше и потемнее первой — выбежала худенькая девочка лет семи с двумя чёрными косичками. В одной руке она держала нож, в другой — наполовину очищенную картофелину.
Сначала, увидев меня, девочка в смущении остановилась. Потом заметила Мультика и засмеялась.
Анна подошла к плачущей девочке, взяла её на руки и, прижимая к себе, стала что-то быстро говорить по-молдавски, указывая на Мультика. Девочка перестала плакать, всунула пухлый пальчик в рот и удивлённо уставилась на моего пса. Он обиженно смотрел в неприкрытую дверь, откуда выглядывала узенькая мордочка рыжей собачонки.
![На поиски исчезнувшего племени i_014.png](https://litlife.club/books/238457/read/images/i_014.png)
Анна с девочкой на руках вышла за дверь, отогнала собаку и через несколько минут вернулась, неся свободной рукой большой таз. В нём лежали блестящие тёмно-красные яблоки.
— Кушайте, пожалуйста, — певучим голосом сказала она. — Это свои.
Я уже обратила внимание, что по всей улице тянулись фруктовые сады. А у домика Анны росли три огромные яблони с такими же тёмно-красными яблоками.
Через несколько минут на улице послышался шум. Мультик вскочил, заворчал и вместе со мной выглянул из окна. Перед домом по узкой тенистой улице медленно проходил пожилой коренастый пастух в погнутой соломенной шляпе. Несмотря на жаркий день, на плечах у него был накинут выгоревший от солнца брезентовый плащ.
А за ним, поднимая облако пыли, возвращались с пастбища жирные, покрытые густой серо-жёлтой шерстью колхозные овцы. Они прижимались друг к другу, толкались и блеяли. За овцами, высунув длинный красный язык и опустив хвост, шла большущая лохматая чёрная собака. Сквозь нависшую на морде длинную шерсть сверкали умные злые глаза.
Мультик при виде собаки радостно заскулил, но она даже ухом не повела в его сторону. Она ведь находилась при исполнении служебных обязанностей!
Зато сидевшая подле дома хозяйская рыжая собачонка визгливо залаяла на Мультика. Он презрительно фыркнул на неё и отошёл от окна.
Вскоре собачонка за дверьми радостно завизжала.
— Хозяин, верно, обедать приехал! — сказала Анна, опуская девочку на пол и распахивая дверь на улицу.
Молодой широкоплечий молдаванин спрыгнул с велосипеда и прислонил его к стене домика. Анна сказала ему несколько фраз по-молдавски.
Он зашёл в комнату. Волосы у него были такие же светлые, как у маленькой девочки, а глаза чёрные. Собачонка прошмыгнула в открытую дверь и уселась в углу.
— Добро пожаловать! — сказал мне хозяин. — Простите, руки грязные — я с работы…
К вечеру Мультик и рыжая собачонка стали друзьями. Вместе со старшей девочкой они с шумом носились по комнате, не давая нам с хозяином слушать последние известия. Анна в соседней комнате укладывала спать маленькую дочку…
Наутро начали копать городище. Но в первый день ничего не нашли и немного опечалились.
Вечером ребята пригласили нас в гости. И мы снова собрались все у костра. Они угостили нас вкуснейшим блюдом из свинины, картофеля и помидоров. Хозяйка-молдаванка, у которой мы здесь столовались, толстая, симпатичная тётя Марианна изготовила это блюдо по просьбе ребят. Они его принесли сюда прямо в кастрюле и разогрели на костре.
Лёва притащил с собой наши миски и кружки.
На огонёк к нам пришли из села ребята. У Юры и здесь оказались знакомые. Молоденькая, тоненькая Ленуца с пушистой косой в этом году окончила десятилетку. Её брат Виктор, вихрастый весёлый парень лет шестнадцати, и его товарищ, долговязый, молчаливый подросток с пытливыми глазами, — он приехал в гости из соседнего села. Они принесли с собой ведро больших лиловых слив, аккордеон и гитару.
После долгих расспросов о Москве и об археологии ребята принялись петь, аккомпанируя на гитаре и аккордеоне. К ним присоединилась гитара Павла. Долго звучали на опушке леса их песни на молдавском и русском языках.
В одиннадцать часов неумолимый Гэбэ и Ростислав поднялись.
— Ну, ребята, пора спать. Заливайте костёр. Спасибо вам за прекрасный концерт. А ваши гости нас проводят — нам по пути! — тоном, не допускающим возражений, сказал Гэбэ.
Глава тринадцатая. Охота на волков
На следующее утро мы все встретились за завтраком у тёти Марианны. И ребята, перебивая друг друга, рассказали нам о ночном происшествии.
После нашего ухода они залили костёр, но, вопреки неизменному лагерному правилу не оставлять на утро грязной посуды, поленились её вымыть.
До трёх часов ночи они спали спокойно. Внезапно Володя проснулся.
Его разбудил звук, похожий на звяканье металлической посуды.
«Неужели кто-то мог польститься на наше хозяйство?! — промелькнуло у него в голове. — Надо выйти посмотреть».
Чтобы не будить спавших крепким сном Павла и Юру, он осторожно переступил через их ноги и чуть приоткрыл брезент палатки.
Уже начинал брезжить рассвет. В его призрачном освещении, разбросав собранные с вечера металлические миски, рылись в опрокинутой кастрюле с остатками жаркого, противно ворча и отталкивая друг друга, три длинные собачьи тени, похожие на овчарок, только на высоких ногах, с опущенными хвостами.
— Ах вы подлые твари! — завопил Володя, пустил в них первым попавшимся ботинком и выбежал из палатки.
Павел и Юра, разбуженные этим криком, протирая глаза, выскочили вслед за ним.
— Товарищи, да это же волки! — не своим голосом закричал Юра.
Башмак, брошенный Володей, попал по кастрюле. Волки, вытащив из неё длинные узкие морды, сначала разбежались в разные стороны, а потом один за другим, пригнувшись к земле, умчались в лес.
— Чёрт возьми!.. — продолжал кричать Юра. — Как нарочно, ружьё в машине оставил! Да их всех сейчас перестрелять можно было!
— Нет, наглость какая! К самой палатке подошли! Ведь чувствовали, что здесь люди? — не переставал возмущаться Павел.