— Я убью его, — сказал он. Его дыхание прерывалось, глаза потемнели. — Я убью его и остановлю это раз и навсегда. Он никому больше не причинит зла. Я должен убедиться в этом своими глазами.
Энн судорожно вздохнула. Она не хотела подталкивать его к такому решению. Во всяком случае — не так явно.
— Почему ты молчишь? Надеюсь, не потому, что все еще любишь этого подонка, а?
— Я его ненавижу! — Эти слова Энн произнесла с особой силой.
Он пристально взглянул на нее и подумал, что заразил ее своей ненавистью. Ник подошел к ней и обнял.
— Прости меня, Энни. Я совсем ошалел. Я так зол на него за все, что он сделал с тобой и с другими людьми...
— Я знаю. Но мы должны быть очень осторожными. Хладнокровными. И проницательным.
— Что ты имеешь в виду?
Энн подумала: если мы и в самом деле хотим убить его, нам нужно научиться владеть собой. А ему сказала:
— Он опасен, Ник. Он хитер и обязательно убьет нас обоих, если получит хоть половину шанса. Мы должны быть твердо уверены, что ему не представится такой возможности. — Про себя она подумала: мы должны быть уверены, что он умрет медленной, мучительной смертью.
— Какого черта, что ты имеешь в виду?
— Я думаю, ты знаешь.
Ник покачал головой.
— Я собираюсь поймать его, чтобы пресечь злодеяния.
— И ты на этом успокоишься? Главное, в чем мы нуждаемся, — это мужество.
— Конечно. — Ник подобрал с полу свое пальто и пошел к двери. — Я скоро вернусь.
Энн встала.
— Ник, в чем дело? Пожалуйста, не оставляй меня здесь одну.
Но он вышел, даже не оглянувшись на нее.
Спустившись в вестибюль, Ник вдруг остановился. Что же он делает? Как он мог оставить Энн одну? Самый дорогой для нее человек жестоко оскорбил ее, избил, изувечил, но она не потеряла мужества. А он вместо того, чтобы оказать ей поддержку, в которой она так нуждается, решил потешить свое уязвленное самолюбие. Им обоим сейчас необходима помощь, и Пит Мак-Грю единственный, кто может ее оказать. Будь Ник таким же дотошным, как Пит, он бы, возможно, сам нашел выход из создавшегося положения... Ник повернулся и быстро зашагал вверх по лестнице.
Энн сидела на кушетке, уткнувшись лицом в колени. Когда Ник вошел, она подняла голову, взглянула на него и снова приняла прежнюю позу.
Он сел на кушетку рядом с ней.
— Энн, извини меня. Я был настолько потрясен всем, что с тобой произошло, что не смог сдержаться. Извини.
Она накрыла его руку своей.
— Все в порядке!
— Может быть, прямо сейчас позвонить Мак-Грю? Я попытаюсь.
То, что она ответила, страшно удивило его.
— Нет. Мак-Грю не должен знать об этом.
— То есть как?
— Я думаю, мы должны заняться этим сами. У меня есть план.
— Энни, одни мы ничего не сделаем. Не сможем сделать.
— Мы уже делаем! И я думаю, что только мы сможем его остановить.
— Но каким образом?
— Я должна еще раз встретиться с Джо.
— Об этом забудь! — Ник вскочил с кушетки.
— Ник, я думаю, что только это сработает.
— Ты шутишь, Энни, ну признайся, что ты шутишь.
— Я не шучу.
— Речь идет о твоей жизни. Посмотри в зеркало.
— Я знаю. Но ведь ты защитишь меня, правда?
— Конечно, если только он не разделается с нами обоими.
— Он не должен знать, что ты будешь со мной. Мы обманем его. Я пойду к этой женщине, Пэт Янг. Скажу, что очень тревожусь за Джо. Скажу, что, хоть он и избил меня, я не испытываю к нему ненависти, потому что понимаю, как он болен. Скажу, что готова встретиться с ним еще раз... Я знаю, он согласится, потому что хочет убить меня.
— Нет и нет! Это слишком рискованно.
— Конечно! Но кто-то же должен остановить его, и я думаю, это — наилучший вариант.
— Ты глубоко заблуждаешься.
Энн откинулась назад и насупившись уставилась в потолок. Зазвонил телефон. Ник пошел в кухню, где находился аппарат. Энн прислушалась, но его голос звучал слишком тихо, и слов нельзя было разобрать.
Когда Ник вернулся в комнату, его лицо было белым как мел,
— Что случилось? — Энн встала и пошла ему навстречу, уловив в его глазах тревогу и даже страх.
— Еще одно убийство. Сегодня рано утром. Сисеро-авеню. Пятнадцатилетняя девочка перед школой выгуливала свою собаку. Убийца действовал тем же способом, что и раньше. Пятнадцать лет...
Они долго молчали. Стояли и смотрели друг на друга.
Наконец Ник сказал:
— Попробуем действовать по твоему плану. Надо же что-то делать.
Пэт Янг не знала женщину, которая шла по аллее к ее дому, но наблюдала за ней с интересом. Лицо незнакомки было разбито, а походка была неуверенной, как будто она чего-то боялась. «Какого черта? Что с ней случилось?» — прошептала Пэт и отодвинулась от окна, потому что женщина остановилась и взглянула в ее сторону.
Вскоре Пэт услышала звонок в дверь и удивилась, что ей тут понадобилось. Полицейский в юбке? Если эта сучка действительно работает в полиции, то уберется отсюда ни с чем. Сгорая от любопытства, Пэт подъехала к двери.
Когда раздался стук, Пэт подумала, что ей нечего бояться, и открыла дверь.
— Что вам» угодно? — спросила Пэт.
Женщина отвела с лица пряди темных волос и сняла солнцезащитные очки.
Пэт засмеялась и сказала:
— Ненавижу тех, кто похож на меня.
Энн даже не улыбнулась.
— Можно мне войти?
— Конечно, если вы объясните мне, кто вы и что вас сюда привело.
— Я — Энн Мак-Эри, жена Джо. — Энн замолчала, наблюдая за сменой выражения лица Пэт и ожидая, когда наконец она впустит ее в дом.
— Извините?..
— Я — миссис Джо Мак-Эри. Мы с вами недавно разговаривали по телефону.
— Что-то не припоминаю.
— Разрешите войти. И не валяйте дурака, пожалуйста.
— Я не понимаю, о чем вы говорите. — Пэт хотела закрыть дверь, но Энн придержала ее.
— Пожалуйста! — прошептала она в отчаянии. — Мне необходимо поговорить с вами о Джо. Неужели это вас не интересует?
Немного подумав, Пэт разрешила ей войти. Она распахнула дверь и отъехала от входа. Как только Энн села на край стула, Пэт сказала:
— Я ничем не могу помочь вам. Кое-кому кажется, что между мной и вашим мужем существует какая-то связь, но это неправда. Я случайно видела его, когда он выходил из квартиры Мэгги Мазурски в тот день, когда она была убита. Попыталась шантажировать его, но не получилось. Я и в самом деле больше ничего о нем не знаю.
Энн начала плакать. Она опустила голову и всхлипывала, но это были ненастоящие слезы.
— Я все еще люблю его, — вошла в роль Энн, — и думаю, что вы тоже его любите, только не признаетесь в этом. Я хочу помочь ему, очень хочу. Неужели вы этого не понимаете?
— Мэм, по-моему, это вы не можете меня понять. Я от души сочувствую вашим трудностям, но я действительно не знаю ничего, кроме того, о чем уже рассказала.
— Если бы я могла увидеть его еще хоть раз, я бы помогла ему, уговорила бы все начать заново... Мне бы только повидаться с ним... — всхлипывала Энн.
У Пэт было странное чувство. Она ведь хотела, чтобы Джо убил Энн, а сейчас пытается спасти ее.
— В самом деле, мэм, я ничем не могу вам помочь. Уходите, пожалуйста. Я жду гостей.
Энн встала.
— Я вам не верю. Если вы с ним встречаетесь, почему вы не хотите сказать ему? Я приду — пусть он только назначит время и место. И пожалуйста, передайте ему, что я все еще люблю его и понимаю, как он болен.
— Я не могу ничего передать ему, потому что не знаю его.
Энн быстро вышла из квартиры.
Пэт подъехала к окну и выглянула на улицу. Сейчас ей больше всего хотелось, чтобы Джо думал о ней, чтобы был с ней рядом. А с этой сукой нужно покончить раз и навсегда, и тогда Джо будет принадлежать только ей.
Во сне Пэт бежала... Она спала и сознавала, что ей снится сон, но явь преломлялась кошмарным образом, и страх не отпускал ее. Перед ней стоял Джо Мак-Эри. В одной руке он держал гигантский нож, в другой — свой напряженный, отделенный от тела пенис. Она закричала, но с ее губ не сорвалось ни звука. Единственным звуком было громкое сердцебиение. Чем быстрее она бежала, тем громче стучало ее сердце...