— Ага! — воскликнул вдруг король. — Безбожный это Шургец, вернувшийся смеяться надо мной! И нацепив украденную бороду мою, могу поклясться! Сейчас воздам я по заслугам беспутному нахалу!
Двигавшиеся сзади придворные тут же подступили к королю, пытаясь его успокоить. Кир, не обращая на них внимания, взялся за посох обеими руками и потянул. Оказалось, что это не посох, а замаскированный меч. Клинок выскользнул из ножен, и доур Балхиба ринулся на Фредро, целя ему в грудь.
— Беги! — крикнул Феллон, поступая соответственно и не задерживаясь, чтобы проверить, хватило ли у Фредро здравого смысла послушаться совета.
У первого поворота Феллон рискнул оглянуться. Фредро был в нескольких шагах от него. По пятам за ученым гнался Кир, за ним флейтисты, барабанщик, гвардейцы, служители зоопарка и придворные. Все кричали, давая другдругу советы, как задержать сумасшедшего короля, не совершив при этом lese majeste[15].
Феллон побежал дальше. За время своего проживания в Заниде он был в зоопарке всего два раза и не очень хорошо представлял себе его географию, поэтому, добежав до перекрестка и увидев, что дорожка, по которой он бежал, ведет дальше между двумя клетками, он не стал сворачивать.
Когда уже было поздно, он понял, что это служебная дорожка, ведущая к задним запертым дверям клеток и заканчивающаяся тупиком. Точнее, она упиралась в скалу, служившую внешней стеной для обеих клеток. Влезть по скале можно было всего на несколько метров, а дальше подъем становился слишком крутым. Даже решетка клетки, сделанная из дерева квонг, на этом уровне была всего двухметровой высоты, потому что обитатели клеток все равно не могли туда добраться.
Феллон оглянулся. Несмотря на свой почтенный возраст, Фредро почти не отстал. Король Кир как раз вбегал в проход между клетками, размахивая сверкающим клинком. Все пути к отступлению были отрезаны, и оставалось только лезть наверх.
Что Феллон и сделал, сначала удерживаясь на ногах, а потом и на четвереньках, цепляясь руками. Оказавшись на крохотной площадке, на которой даже не умещались обе его ступни целиком, он посмотрел вниз. Фредро был совсем рядом, а король уже начинал восхождение, в то время как его свита только вбегала в проход. И со всех сторон сбегались орущие зрители. Феллон, конечно, мог бы сам вынуть меч и без труда отбить атаку короля, но в этом случае гвардейцы, увидев, что их полоумному монарху угрожают оружием, подстрелили бы злоумышленника без всяких колебаний — из принципиальных соображений.
Единственное, как показалось Феллону, что ему оставалось, это перелезть через ограждение в одну из клеток. Пробегая мимо, он не успел прочесть надписи на табличках, укрепленных на прутьях, а отсюда ему были видны только их обратные стороны. В правой клетке бродили две герки, хищные животные среднего размера, родственные йеки. Они могли быть опасными, когда в их дом вторгались чужаки. Обитателя — или обитателей — левой клетки видно не было: по-видимому, он прятался в пещере, которая имелась в скале, служившей задней стеной.
Феллон схватился за прутья решетки левой клетки и подтянулся. Хотя годы его были уже не те, меньшая, чем на Земле, сила тяготения — плюс страх смерти — позволили ему без особого труда оседлать вершину ограды. Оттуда он протянул руку вниз Фредро, который тяжело пыхтел, но, как заметил Феллон, все еще прижимал к груди сверток с жреческими рясами. Фредро передал сверток Феллону, который сбросил его внутрь клетки. Сверток упал на почти горизонтальную площадку у основания ограды, но не удержался и соскользнул вниз.
С помощью Феллона Фредро тоже влез на ограду, и оба они слезли с другой стороны как раз в тот момент, когда появился король Кир. Вцепившись в решетку, чтобы не оступиться, доур просунул клинок между прутьями.
Но удар пришелся в пустоту — земляне уже съезжали вниз по склону.
Вслед им донеслись вопли сумасшедшего монарха:
— Назад, преступные канальи, повелеваю я вернуться и получить свое!
Свита, выделившись из толпы зрителей, полезла на скалу за своим королем. Феллон увидел, как Кира окружили, успокаивая и стараясь отвлечь, и вскоре вся компания слезла обратно и удалилась по дорожке между двумя клетками. Гвардейцы разогнали любопытных, и процессия построилась в том же порядке, что и до инцидента: впереди надрывались флейтисты и бил по своим кастрюлям барабанщик; а за ними шел король, плотно окруженный гвардейцами и придворными.
— Теперь бы только выбраться отсюда… — сказал Феллон, оглядывая скалу.
Она была слишком крутой и гладкой, чтобы они могли вылезти тем же путем, каким скатились вниз. Но немного поодаль было место, где можно было спуститься еще ниже, а оттуда уже ничего не стоило перепрыгнуть на дно клетки.
Перед клеткой собралась небольшая группа служителей зоопарка, которые, как будто, спорили, пытаясь решить, как им избавиться от непрошеных гостей, и жестикулировали с итальянской горячностью. После того, как королевская процессия скрылась из вида, возле клетки вновь начала собираться толпа зевак.
Придя в себя от непривычных усилий и немного отдышавшись, Фредро поднялся, подобрал сверток с одеждой и пошел вдоль края площадки, сказав:
— Нехорошо… Нехорошо, если это найдут, нет? — он стал дышать ровнее и немного позже спросил: — Что — э-е — означает «шургец», мистер Феллон? Король снова и снова кричал мне это слово вслед.
— Шургец — это майкардандский рыцарь, который отрезал бороду у Кира, и с тех пор наш сумасшедший король имеет пунктик относительно бород. Я совсем забыл, что эта твоя козлиная бородка может… Эй, посмотри, кто тут!
Раздался громовой рев, и земляне прижались спинами к скале. Из пещеры в дальнем конце клетки показался самый большой шан из всех, когда-либо виданных Феллоном. Он двигался пружинистым шагом, переставляя ящериные лапы по часовой стрелке.
Фредро воскликнул:
— Ты не мог выбрать клетку побезопасней?
— Откуда мне было знать, Квокдьор тебя забери? Если бы ты побрился, как тебе было сказано…
— Он может достать сюда. Что теперь?
— Приготовься умереть, как мужчина, я полагаю, — ответил Феллон, обнажая меч.
— Но у меня нет оружия!
— Несколько неприятно, не правда ли?
Кришнаиты, столпившиеся перед клеткой, вопили и визжали, хотя и нельзя было понять, пытаются ли они отвлечь шана или, наоборот, подбадривают его. Шан не стал обращать внимания на крики, а прошел туда, где находились земляне, оперся двумя передними лапами на скалу, и его голова оказалась на одном уровне с людьми.
Феллон приготовился отразить атаку, насколько это было возможно в его неустойчивой позе. Служители зоопарка, стоявшие перед клеткой, что-то кричали ему, но он не осмелился отвести взгляд от хищника.
Клыкастая пасть раскрылась и приблизилась к ним. Феллон сделал выпад. Шан захлопнул челюсти, сдавив ими клинок, дернул головой, и рапира вырвалась из руки Феллона, описала дугу в воздухе и упала на дно клетки. Тварь страшно зарычала. Когда шан снова открыл пасть, Феллон увидел, что клинок слегка поранил его нижнюю Челюсть, с которой закапала кровь.
Чудовище отвело голову назад, раздвинуло челюсти пошире и приготовилось покончить с обидчиком — и в этот момент сверху на Феллона выплеснули ведро какой-то жидкости. Часто заморгав и отплевываясь, он услышал, как такой же процедуре был подвергнут стоявший рядом Фредро, и одновременно почувствовал страшную вонь, напоминавшую запах овечьего помета.
Шан, отдернувший от неожиданности голову, снова приблизил ее, принюхался, а затем опустился на все шесть своих лап, с отвращением фыркнув. И удалился обратно в свою пещеру.
Феллон огляделся. Над их головами двое служителей приставили к ограде лестницу, по которой влез третий служитель, поливавший из ведер Феллона и Фредро. Сейчас он как раз отдавал пустое ведро и готовился слезть на землю. Еще один кришнаит, стоявший немного поодаль, крикнул:
15
lese majeste — оскорбление величества (франц.).