Глава 13
Фрэнси позвонила Брэнту Ньюкому два дня спустя. Стояло субботнее утро, и Дэвид своим звонком уже поставил семейство в известность, что страшно занят и на этот уик-энд вырваться в Олбени не сможет. Для Фрэнси звонок Дэвида означал, что ей придется еще одну субботу и воскресенье провести с младшими братом и сестрой. Особенно Фрэнси ненавидела субботы, когда экономка, миссис Лэмберт, отдыхала и ей приходилось, хотела она этого или нет, взваливать на себя все заботы по дому и выступать в качестве няньки Рика и Лайзы. Но сегодня они этого от нее не дождутся. Сколько можно, в конце концов! Разве Дэвид не понимает, что ей уже исполнилось семнадцать и она имеет право на собственную личную жизнь? Дэйв совершенно невыносим — он такой ужасный эгоист! Зато она может положиться на Рика, который обладалмягким характером и был добрым и покладистым мальчуганом. Ко всему прочему, Рик и Лайза любят ее и никогда ничего не расскажут старшему брату. Она позволит им остаться дома и смотреть телевизор до посинения, а сама наготовит разной еды и бутербродов, чтобы детишки не голодали, пока ее не будет. Они даже не успеют соскучиться, она же вернется через какое-то недолгое время…
Когда Фрэнси набирала номер Брэнта, ее руки тряслись — так сильно она боялась, что не застанет того дома. Довольно долго никто не поднимал трубку; наконец, Брэнт ответил хриплым со сна голосом, явно недовольный, что его разбудили. Фрэнси с замирающим сердцем сообщила ему, кто звонит, на мгновение испугавшись, что он просто-напросто позабыл о ней. Некоторое время Брэнт молчал, ничего не отвечая Фрэнси, зато когда заговорил снова, его голос как по мановению волшебной палочки изменился и зазвучал вполне любезно, хотя в нем проскальзывали нотки неприкрытого веселого удивления. Они договорились встретиться во второй половине дня, когда Брэнт, по его словам, окончательно придет в себя и сможет уделить Фрэнси побольше внимания. Он продиктовал ей адрес и повесил трубку без лишних слов, Фрэнси же еще с минуту простояла у телефона, вцепившись в аппарат с такой силой, что костяшки пальцев побелели — она не могла прийти в себя от охватившего ее возбуждения.
Оказалось, что дезертировать из дома не так-то просто, как показалось Фрэнси сначала. Прежде всего, Рик осведомился, куда это она направляется, причем вопросы он задавал весьма мрачным тоном, поскольку Фрэнси неосмотрительно обещала поиграть с ним в бейсбол.
— Мне тоже осточертело сидеть целыми днями в нашей старой развалюхе, — пожаловался он. — Если ты не в состоянии сыграть со мной, то, возможно, отец Боба Филдса составит мне компанию. Он как-то сказал, что и сам не против перекинуться мячом после того, как я поплакался ему в жилетку, что мне не с кем играть.
Фрэнси постаралась отделаться от Рика, придав своему голосу начальственные модуляции старшей сестры, но Лайза, обладавшая способностью чуять скандал в самом зародыше, принялась молча рыдать, закрыв личико руками.
— Послушайте, нет, только послушайте, ребятки, для меня чрезвычайно важно вырваться сегодня из дома. Чрезвычайно! Я вам клянусь. Разве я покинула бы моих славных братика и сестричку, если б это не было так важно для меня? Вы только посмотрите на других девчонок моего возраста. У них у всех уже есть собственные автомобили, и они разъезжают себе спокойненько на свидания, словно какие-нибудь леди. А Дэвид хочет, чтобы я вечно здесь торчала. В один прекрасный день у меня от всего этого поедет крыша!
Фрэнси заметила, что Рик заколебался, поэтому она в прямом смысле этого слова пала перед ним на колени и, обняв мальчика за плечи, взмолилась: — Рик, ну пожалуйста, я подарю тебе пять долларов. Или нет, подожди минутку, я прямо сейчас схожу за Черил и позову ее к нам — пусть сидит тут и развлекает вас, пока я не вернусь. Что вы на это скажете? У нее нет постоянного парня, поэтому она все равно околачивается дома. Она мне жаловалась, что у нее в холодильнике пусто, вот пусть заодно и поест у нас…
Обычно Фрэнси добивалась своего тем или иным образом. Даже общалась с Черил. Вот и сейчас ее удалось уговорить. На все про все ушло двенадцать долларов из денег, которые Брэнт и Джерри дали Фрэнси «за хорошее поведение». Остальные деньги она решила припрятать и на их основе создать «фонд помощи беженцам» — так Фрэнси окрестила сумму, которую ей было необходимо собрать, чтобы начать самостоятельную жизнь. Правда, к двенадцати долларам пришлось приплюсовать расходы на автобус до города и на такси от автобусной станции до того места, где жил Брэнт.
Фрэнси порадовалась, что взяла такси, — расстояние от автовокзала, расположенного в грязном перенаселенном районе, до жилища ее кумира оказалось довольно велико. В районе, где жил Брэнт, даже воздух, казалось, имел другой аромат, кругом цвели сады, простирались хорошо ухоженные лужайки, цветочные клумбы, пестревшие роскошными цветами. Девушка окинула взглядом высокий белоснежный дом и подумала, что именно в подобном строении должен проживать миллиардер Брэнт Ньюком. Что-то похожее на дворец, располагавшийся перед ней, Фрэнси видела на страницах модных журналов «Лучший дом» или «Американское жилище». Как и в журналах, здание находилось на вершине холма, сплошь застроенного виллами, принадлежавшими людям с самыми громкими фамилиями в Сан-Франциско. С холма открывался вид на залив и прочие красоты города.
Да, подумала Фрэнси, этот пижон действительно в состоянии заполучить все, что его душеньке угодно при его огромных доходах и фантастической внешности. И вот он хочет заполучить теперь ее, и здесь не может быть сомнений, поскольку в противном случае она бы здесь не стояла. Она вдруг пожалела, что на ней не надето ничего стоящего и по-настоящему шикарного. Но размышляя по этому поводу, она непроизвольно захихикала. Какая чушь! Разве Брэнта могли заинтересовать хоть на йоту шмотки Фрэнси? Ее тело — вот что представляло ценность для Ньюкома. Продолжая улыбаться, Фрэнси нажала на кнопку звонка у входа в особняк. Звонок пропел несколько тактов в стиле «диско», и она протанцевала два или три па в подобном стиле в ожидании, когда дверь откроется и ее впустят в волшебный замок.