Кийбитс был так поражен, что приказал десятому отряду записать сразу десять плюсов.
Но когда нужны минусы — Туртс незаменимая личность. Камарику до Туртса далеко. Камарик умеет только стрелять бобами. Положит боб в стеклянную трубку, заткнет ватой, а на перемене пустит кому-нибудь в затылок. Больше Камарик ничего придумать не может.
Зато у Туртса найдется сто выдумок, чтобы заработать минусы. Теперь он мечтает сплюнуть вниз со второго этажа на голову Пайкре. За что могут дать по крайней мере двадцать минусов.
День проходит за днем. Чем больше соревнование надоедает ребятам из других классов, тем больше растет увлечение десятого отряда. Юхан все прибавляет зигзаги на диаграмме, а Ильмар Кийбитс останавливается перед ними уже два раза в день.
— Упорные, — говорит Кийбитс. — Молодцы, стараются!
Иногда он спешит сообщить об этом учительнице Кедрик.
В таких случаях Юхан Салу и Эймар Ринда обмениваются взглядом как заговорщики. У них теперь накопился опыт. Они сами по своему желанию делают культуру. Они придумали еще один очень удачный способ для получения плюсов. Во время урока Туртс просит разрешения выйти и выливает в коридоре под радиатор полстакана воды. А на перемене Таммекянд приносит на виду у всех тряпку и вытирает пол.
И вот наконец наступает день, о котором упоминала учительница Кедрик. Прибывают учителя со всего района. Собираются пионервожатые. Учительница Кедрик берет их под свою опеку и ведет осматривать школу.
В честь такого важного дня Ильмар Кийбитс надел белую рубашку с накрахмаленным воротничком. Разумеется, он должен сопровождать гостей и рассказывать новости дружины.
Самая большая новость — это соревнование за культурное поведение. Пять плюсов за благородный поступок, в противном же случае пять минусов.
Учительница Кедрик была права, считая, что это начинание заинтересует коллег. Гости оживлены.
— Так, значит, если ребенок скажет «здравствуйте», вы дадите ему конфетку? — спрашивает одна пионервожатая. — Интересно, кто же это придумал?
Ильмар Кийбитс теперь скромен. Он опускает ресницы. Но зато учительница Кедрик не столь скромна, она указывает на Кийбитса.
Юхан, который стоит в коридоре у окна, не слышит, о чем переговариваются гости. Он ждет, когда все подойдут к их диаграмме. Ему одному разрешено стоять напротив дверей их класса.
Остальные заговорщики стоят поодаль.
Делегацию ведет теперь председатель совета дружины.
— Отряд, который соревновался усерднее всех, — говорит он и указывает на таблицу, где усердие десятого отряда отражено в зигзаге диаграммы.
Гости заинтересованно подходят поближе.
Юхан Салу исчезает на цыпочках.
— О, — слышит он голос одной гостьи. — Кто это придумал, у того голова на плечах!
Гости посмеиваются.
Ильмар Кийбитс польщен. От скромности он поднимает глаза только тогда, когда развеселившаяся группа гостей уже отошла.
На таблице что-то изменилось. Появились три лишние черточки.
И лишь после того, как его любящая точность память зафиксировала это, он замечает, что зигзаги графика образуют слово. На таблице соревнования за культурное поведение стоит громадными буквами: «ЧУШЬ».
Юхан Салу прыгает в длину
Юхан Салу и Пауль Таммекянд живут теперь спортивной жизнью. Отряд Криймвярта вызвал их на соревнование по легкой атлетике. В программе много видов спорта. И условие: все пионеры отряда должны принимать участие в соревнованиях.
— Этим самым мы высоко поднимем знамя массовости спорта, — сказал Криймвярт, передавая вызов, и украдкой посмотрел вокруг, замечают ли все, как сознательно он говорит.
Да, да, теперь Юхан Салу и его друзья живут под спортивной звездой. Юхан Салу и Пауль Таммекянд так усердно взялись за дело, что вскопали землю для прыжков в длину даже у себя дома. В этом виде спорта они вдвоем отстаивают честь отряда.
Юхан устроил себе площадку на выгоне, за домом. Он снял лопатой дерн и перекопал землю. Теперь ноги при приземлении по колено увязают в мягком торфе.
Там, где живет Таммекянд, такой рыхлой земли нет. Чтобы было мягче прыгать, Таммекянду пришлось сходить на колхозную лесопилку и мешком натаскать оттуда опилок. Но зато дорожка для разбега у Таммекянда много глаже.
Каждый день по возвращении из школы Юхан убегает на выгон. Первые дни он тренировался так — возьмет и прыгнет. А если разбежится изо всех сил, то прыгнет на четыре метра и семьдесят сантиметров. Дальше не получается никак. А меньше — сколько угодно. Запросто.
С результатом четыре метра и семьдесят сантиметров идти состязаться с прыгунами Криймвярта, конечно, нет никакого смысла.
Как доносит разведка, они прыгают до пяти метров. И Юхан принимает чрезвычайные меры.
Во-первых, Юхан вешает над своим столом плакат для поднятия спортивного духа. Юхан где-то читал, что в спорте очень важно иметь боевой дух.
«Умру, но пяти метров достигну!» — пишет Юхан на плакате. Теперь эти слова у него все время перед глазами. Во-вторых, Юхан берется за изучение теории прыжков. В нынешние времена без науки и на ферме не обойдешься, не то что в прыжках в длину. Юхан перелистывает старые учебники по физике, чтобы освежить память, и начинает обдумывать, какие же движущие силы управляют прыгуном.
Очень важный элемент — скорость разбега. В этом нет ни малейшего сомнения. Но как бежать быстрее, Юхан не знает. Он и так бежит изо всех сил. Надо придумать что-то еще.
Через некоторое время Юхан находит выход. Ведь высота прыжка тоже немаловажный элемент. Чем выше подпрыгнешь, тем дольше продержишься в воздухе, и сила разбега унесет тебя дальше. В воздухе-то держит сила разбега.
Поразмыслив еще немного, Юхан делает величайшее открытие: одновременно нужно прыгать и в длину, и в высоту.
На следующей тренировке Юхан прыгает одновременно и в длину, и в высоту. То есть он хочет это сделать.
— Поднимайся, поднимайся, вверх, вверх, — бормочет он до тех пор, пока до толчковой доски остается всего несколько метров. Но тут ему кажется, что он просчитался и оттолкнется не там, где нужно. Он быстро делает несколько мелких шажков и притом совершенно забывает, что надо прыгать также вверх.
Шлеп! И торфянистая земля разлетается во все стороны. Опять четыре с половиной метра!
Во время следующей попытки Юхан осторожнее. Он сосредоточен на том, чтобы прыгать именно в высоту. Но из-за этого не получается разбега. Юхан взлетает довольно высоко, но тут же шлепается наземь.
Свежеиспеченный любитель легкой атлетики не знает, что же предпринять. Ясно лишь одно: думать во время прыжка почти бесполезно. Совершенно бесполезно. Нечего гоняться за двумя зайцами. Он должен быстро бегать и не прозевать толчковую доску. Не может же он еще думать о том, что надо прыгать высоко.
Юхан садится на камень, чтобы хорошенько все обмозговать.
Через некоторое время он поднимает палец и многозначительно произносит:
— Ясно. Рефлекс! Условный рефлекс!
Юхан вспомнил прочитанную когда-то в журнале «Физкультура» статью о мастерах спорта. В ней было сказало, что у спортсменов движения становятся рефлекторными. Что бегун во время бега с препятствиями не думает: сейчас будет препятствие, давай-ка подниму ногу. Нога поднимается сама, об этом и думать не надо. Юхан даже знает, что все это научно обосновано учением Павлова. Хороший рефлекс может даже от смерти спасти. С колхозным шофером был как раз такой случай. Ему пересек дорогу лесовоз. Если бы шофер стал думать, что вот теперь он должен тормозить, было бы поздно. А у него нога сама автоматически нажала на тормозную педаль.
Такой автоматизм и нужен Юхану. Во время разбега некогда думать. Тут-то условный рефлекс и должен заставить Юхана подпрыгнуть высоко-высоко.
К следующей тренировке Юхан придумывает способ, как воспитать в себе условный рефлекс. Он ставит к площадке для прыжков восьмилетнего соседского мальчика Во́лли. Когда Юхан левой ногой встает на доску, Волли должен вскрикнуть и выстрелить из игрушечного пистолета. Это и будет внешний раздражитель, необходимый для выработки условного рефлекса. Испуг, если выразиться точнее.