12. Лев Троцкий
![Левые психопаты. От якобинцев до движения «Оккупай» img9078.jpg](https://litlife.club/books/233087/read/images/img9078.jpg)
Некрофильская драма Маркса была сыграна в России в 1917 году. Одним из первоначальных лидеров и теоретиков ее был Лев Троцкий, энтузиазм которого по поводу террора делает его Маратом большевизма, несмотря на то, что вину за это широкая публика обычно возлагает на его Немезиду, Сталина. Именно Троцкий, как Марат, заложил идеологическую основу для Красного террора, и как Марата (которого называли «другом народа»), Троцкого тоже многие рассматривают как фигуру доброго дедушки, который смог бы избежать тех эксцессов, ответственным за которые считается Сталин.
Из характера Троцкого «холодность» была чертой, отмеченной его ранними марксистскими товарищами, «холодная вспышка его глаз… холодный тембр его голоса; холодная правильность и точность его голоса». Он говорил не в диалоговой манере, но как будто провозглашал декларации. Его манера отчуждала; она придавала «пафос дистанции». Его высокомерие не давало простора для самоанализа или признания собственной ошибки. «Он был сильно убежден в своей правоте. И он спокойно обходился без людей, как только они переставали быть полезными для него или его дела». Он не проявлял сентиментальности или сочувствия, и когда один его товарищ был заключен в тюрьму, он сказал, что никогда не мог чувствовать душевных страданий. Григорий Зив, его ранний товарищ, заметил, что любовь Троцкого к его друзьям не выходила за рамки любви крестьянина к своей лошади. Он может любить свою лошадь и заботиться о ней, но как только она больше не может работать, «он без промедления и без каких-либо угрызений совести отправит ее на скотобойню».
Недостаточное межличностное сочувствие Троцкого, что, как мы уже видели, является общей чертой среди социалистов, «человечество» которых полностью абстрактно, распространилось и на его собственную семью. Действительно, учитывая веру Троцкого, что одна из основных целей коммунизма — устранение семьи, его идеология и его личная жизнь совпадали. Узнав об ухудшении психического состояния его дочери Зины, и о диагнозе «шизофрения», он угрожал ей «полным и заключительным разрывом», пока она лечилась в Германии. Зина боготворила своего отца и стремилась быть его товарищем в борьбе. Когда она совершила самоубийство в 1933 году, отравившись газом, Троцкий возложил ответственность за все на Сталина и пытался политизировать ее смерть. Зина писала своей матери, первой жене Троцкого Александре, которую он оставил в Сибири в 1902 году, обвиняя в своей психической болезни отчуждение ее от отца, которого она «обожала». По мнению Александры, Троцкий писал в попытке отвести внимание от его собственной вины. У такого человека не будет никакого раскаяния, когда он пошлет на смерть любого, кто мешает его делу.
Психологические черты Троцкого были чертами нарциссического расстройства личности: высокомерие, тщеславие, надменность, и вера, что критика — личное нападение, эксплуатация других для личной выгоды, представление о самом себе, как о человеке, превосходящим всех остальных.
Уже находясь в изгнании в Мексике с немногими последователями в мире, не говоря уже о СССР, Троцкий стремился изобразить себя как спасителя СССР, без которого советское здание ожидает сокрушительное падение. Когда американские интеллектуалы профессор Джон Дьюи и Сидни Хук придумали кажущуюся официальной «Комиссию», чтобы изучить обвинения Сталина против Троцкого, с намерением реабилитации Троцкого, один из членов комиссии, Карлтон Билс, который не разделял рвения и симпатии к Троцкому других членов комиссии, наблюдал за ним в Мексике:
«…прежде всего, его умственные способности запятнаны всепоглощающей ненавистью к Сталину, яд ярости, не поддающийся контролю, находящий свой аналог в чем-то граничащем с комплексом преследования — всех, кто не согласен с ним, он связывает в простую формулу об агентах ГПУ, людях, «развращенных золотом Сталина»».
Показательно для бредовой мании величия Троцкого и его подавляющей самовлюбленности то, что когда он уже был лишен власти и сохранил лишь немногих сторонников, он в 1933 году поставил советскому Политбюро ультиматум, требуя, чтобы он и его последователи были восстановлены в партии большевиков как отдельное «течение»:
«Я считаю своей обязанностью сделать еще одну попытку обратиться к чувству ответственности тех, кто руководит в настоящее время советским государством. Обстановка в стране и в партии вам видна ближе, чем мне. Если внутреннее развитие пойдет дальше по тем же рельсам, по которым оно движется сейчас, катастрофа неизбежна…»
Троцкизм, невзирая на немногочисленность своих последователей, пройдя через идеологические завихрения и повороты, продолжил свое существование в среде как Старых, так и Новых левых. На Западе он часто существует рядом с анархизмом как доминирующая фракция левых. Однако из-за распространенного нарциссизма его лидеров, троцкизм представляет собой наиболее расколотое их всех левых движений, что мы увидим в главе о британском троцкисте Джерри Хили.
13. Владимир Ленин
![Левые психопаты. От якобинцев до движения «Оккупай» imgE936.jpg](https://litlife.club/books/233087/read/images/imgE936.jpg)
Физиология человеческого мозга представляла существенный интерес для ранних советских лидеров. Была создана и сохранена коллекция мозгов, с основным вниманием на выдающихся русских людей, отличившихся в искусствах и науках. Институт мозга, основной целью создания которого было изучение мозга Ленина, сравнивал его мозг с мозгами русских гениев, с намерением объявить, что Ленин был самым великим гением из их всех. Мозг Ленина сравнивали не с мозгами представителей обычного народа, таких как пролетарии или крестьяне, но с выдающимися людьми из мира культуры и науки.
Задача доказать врожденную гениальность Ленина столкнулась с большими трудностями, потому что возглавить экспертизу вначале попросили немца Оскара Фогта, ученого мирового масштаба, и поэтому экспертиза нетипичным образам оказалась не в советских руках.
Предварительным шагом вскоре после смерти Ленина в 1924 году стало создание Института В.И. Ленина. Институт должен был собрать материал для превращения Ленина в советское божество, что должно было символизироваться бальзамированием его тела и его демонстрацией в Мавзолее, ступенчатой пирамиде на Красной площади.
Так как руководство исследованиями было вверено некоммунистическому немецкому ученому, возникли проблемы, поскольку советский аппарат не мог управлять его результатами и заставить их соответствовать своим политическим требованиям. Отчет о мозге, выпущенный под покровительством Института мозга, не был передан Политбюро до 1936 года, и в нем приводились данные, показывавшие, предположительно, замечательную нейрофизиологию Ленина за его гением. Однако за год до этого Фогт приводил совсем другие выводы.
Первой ошибкой в этом вопросе было то, что Николай Семашко, советский министр здравоохранения, и Иван Товстуха, заместитель директора Института Ленина, вместе предложили отправить мозг Ленина в Берлин для исследований, чтобы доказать гениальность Ленина. Фогт работал с Институтом нейробиологии Института Кайзера Вильгельма в Берлине, и был описан Семашко и Товстухой как «единственный мировой эксперт по этому вопросу». Фогт, который встретился с советскими учеными в феврале 1924 года, заявил, что для таких исследований было возможно «обеспечить материальное основание для того, чтобы оно определило гения Ленина». Но Фогту прислали не весь мозг, а только один вырезанный из него сегмент. Два «коммунистических врача» (!) были отобраны, чтобы учиться под руководством Фогта. Итак, в 1926 году исследования также проходили под руководством обученных Фогтом коммунистических ученых из Института мозга. За несколько лет преобладающая роль в исследованиях медленно переместилась от Фогта к советским ученым, и в 1932 году советский режим заявил о своем антагонизме к Фогту. Стецкий, не ученый или врач, а один из руководителей советской пропаганды, по поручению Центрального комитета коммунистической партии возглавил критику Фогта. В своем докладе от 10 апреля 1932 года Стецкий осудил Фогта, заявив: