Изменить стиль страницы
  • Григорий Поженян

    Стихи и песни [WEB]

    pozhenyan.ouc.ru

    Стихи и песни  _1.jpg

    Стихотворения 1941 г.

    "Небо осенью выше…"

    Небо осенью выше,
                                печальней
                                              светлее.
    Лес — красивей,
                          особенно ясностью
                                                     просек.
    Так я вижу его
                         и ничуть не жалею,
    что приходит пора,
                               уносящая росы,
    что кружится листва,
                                  что последняя стая
    журавлей
    отлетает, тревогой объята.
    В этот час,
                  в сыроватой земле прорастая,
    начинают свой путь молодые опята.
    И не жаль
                  журавлиных протяжных известий.
    Если осень,
                    пусть осень.
                                     Но только б не рано.
    Пусть, как в жизни людей,
                                         необычно, не вместе
    оголяются ветви берез и каштанов.
    Но бывает…
                    орешник зеленый-зеленый,
    а негнущийся дуб —
                               облетевший и черный…
    Что мне гнущихся прутьев
                                          земные поклоны?
    Мне б дубы да дубы
                                в вышине непокорной,
    мне б сурового кедра янтарные соки,
    вот того,
                с побуревшим стволом в два обхвата.
    Осень!
             Час листопада под небом высоким.
    Осень!
             Первое острое чувство утраты.
    Дай мне, сердце, бескрайний полет
                                                        голубиный,
    собери все опавшие листья у веток.
    Облетают рябины, облетают рябины…
    А к чему мне рябины?
    Я не про это…[1]

    1941

    Стихотворения 1954 г

    Два главных цвета

    Есть у моря свои законы,
    есть у моря свои повадки.
    Море может быть то зеленым
    с белым гребнем на резкой складке,
    то без гребня — свинцово-сизым,
    с мелкой рябью волны гусиной,
    то задумчивым, светло-синим,
    просто светлым и просто синим,
    чуть колышемым легким бризом.
    Море может быть в час заката
    то лиловым, то красноватым,
    то молчащим, то говорливым,
    с гордой гривой в часы прилива.
    Море может быть голубое.
    И порою в ночном дозоре
    глянешь за борт — и под тобою
    то ли небо, а то ли море.
    Но бывает оно и черным,
    черным, мечущимся, покатым,
    неумолчным и непокорным,
    поднимающимся, горбатым,
    в белых ямах, в ползучих кручах,
    переливчатых, неминучих,
    распадающихся на глыбы,
    в светлых полосах мертвой рыбы.
    А какое бывает море,
    если взор застилает горе?
    А бывает ли голубое
    море в самом разгаре боя,
    в час, когда, накренившись косо,
    мачты низко гудят над ухом
    и натянутой ниткой тросы
    перескрипываются глухо,
    в час, когда у наклонных палуб
    ломит кости стальных распорок
    и, уже догорев, запалы
    поджигают зарядный порох?
    Кто из нас в этот час рассвета
    смел бы спутать два главных цвета?!
    И пока просыпались горны
    утром пасмурным и суровым,
    море виделось мне
    то черным,
    то — от красных огней —
    багровым.

    1954

    "Думал так…"

    Думал так:
    не в тюрьме,
    не во рву,
    не в плену —
    без друзей проживу.
    В тишине проживу,
    не спеша.
    Как с нездешней душою
    душа.
    На пороге теченья веков.
    Без упреков,
    без клятв,
    без звонков.
    Надоели финты
    да финты.
    А куда они делись,
    мосты?!
    Не в бою,
    без мостов проживу.
    Не в тюрьме,
    не в плену,
    не во рву.
    …Рано смерклось,
    намыло пески.
    Тишина
    заломила виски,
    хоть качай половицы
    в дому.
    Тень заката
    не смять одному.
    …То ли сам себя
    не угадал.
    То ли позднюю скатку
    скатал.
    С ними — горько.
    Без них — со двора.
    Выйдешь — завтра.
    Вернешься — вчера.

    1954

    "Если был бы я богатым…"

    Если был бы я богатым,
    я б купил жене три платья,
    три пальто, три пары туфель
    и корзину помидоров.
    В дождь пускай она не мокнет,
    в снег пускай она не стынет,
    в день весенний пусть выходит
    в легком платьице веселом.
    Если был бы я богатым,
    я купил ей сок брусничный,
    завалил бы подоконник
    фиолетовой сиренью.
    Пусть она остудит губы,
    пусть она поднимет брови
    и, зарывшись в гроздьях влажных,
    пусть отыщет семь семерок.
    Если был бы я богатым,
    сапоги купил бы Юрке,
    сапоги купил Тимуру,
    сапоги купил Игнату.
    Нож вручил им, и двустволки,
    и билет плацкартный жесткий
    и сказал бы:
    — за Тайшетом
    по дорогам бродят волки.
    Если был бы я богатым,
    я повез бы Степку к морю:
    не в Одессу и не в Сочи,
    а к причалам Балаклавы.
    Там три цвета торжествуют:
    синий, белый и зеленый.
    Бухта, сахарные сопки
    и деревья — пояс бухты.
    Пусть он, сын мой, не увидит
    цвет четвертый, цвет особый.
    Там его я пролил в травы,
    Не мечтая о богатстве.
    вернуться

    1

    На http://grustno.hobby.ru/ пометка к стихотворению: Из поэмы "Одесская хроника (сентябрь 1941 г.)