Как вы знаете, этот необходимый поворот должен был произойти еще в 1996 году, когда кандидат от КПРФ, казалось, должен был выиграть президентские выборы.
В конце концов, власть Бориса Ельцина все же смогла удержаться, мобилизовав все ресурсы. Что нанесло колоссальный урон процессу демократизации в стране.
Но это только вопрос времени. Сегодняшняя экономическая политика Кремля неизбежно усиливает левые настроения в обществе. Как я уже говорил, эта политика проводится совершенно без всякого учета интересов и надежд российского народа. Неудивительно, что недовольство растет!
— В чем конкретно народ упрекает власть?
— У этого недовольства несколько различных причин. Пенсионная система, здравоохранение, образование. Во всех этих областях власти слишком мало делают для населения.
Никто не может и никогда не сможет объяснить людям, почему при наличии бюджетного профицита, огромных золотовалютных запасов и многомиллиардного стабилизационного фонда минимальная пенсия должна быть ниже прожиточного минимума!
Невозможно понять и поверить, что бесплатное качественное здравоохранение, новое оборудование больниц и бесплатные лекарства для неимущих подстегнут инфляцию в условиях рекордно высоких мировых цен на нефть!
Невозможно понять, почему государство не считает приоритетом для себя сделать высшее образование доступным как можно большему количеству людей? Почему оно не инвестирует в улучшение преподавания в высшей и средней школе? Почему не поставляет в учебные заведения современное оборудование?
Коротко говоря, почему ассигнования на социальную сферу столь малы, почему общественные учреждения в столь ветхом состоянии, почему так сложно получить качественное бесплатное образование?
Меры, которые могли бы разрешить эти проблемы, могут ли они нарушить макроэкономические параметры в стране, которая собирает колоссальную нефтяную ренту? У левых, в отличие от нынешнего правительства, есть на это убедительные ответы.
Поэтому для создания влиятельной оппозиционной партии практически ничего делать не нужно — Кремль сам поможет ей сформироваться своей бестолковой и непопулярной политикой, подняв против себя всех людей доброй воли, как с «левого», так и с «правого» флангов.
— Вы упомянули о нефтяной ренте. Российская экономика почти полностью основана на природных ресурсах. Не слишком ли это рискованно?
— Это не просто «рискованно», это самоубийственно! Если Россия продолжит основывать свое экономическое развитие исключительно на эксплуатации природных ресурсов и тяжелой промышленности, она прямым ходом зайдет в тупик. Она не только никогда не достигнет среднеевропейского уровня, но даже не сможет реально удвоить объемы производства. О чем честно, хотя и без объяснения реальных причин, говорят некоторые члены правительства.
— Каковы причины этого?
— Главная причина, как я уже говорил ранее, наша система государственного управления. «Вертикаль власти», которой так гордится Кремль, лишь призрак того, каким должно быть настоящее управление, направленное на общее благо. Эта «вертикаль» состоит из безответственных и коррумпированных чиновников. Нужно понять: речь идет о людях, которые знают только одно — «кормиться у кого-то на загривке». Это паразиты, которые широко тратят на себя те ресурсы, которыми они должны управлять, исходя из интересов общества. Их вездесущность блокирует любое развитие, любую активность; она приводит к косности и вырождению. Если мы не сможем освободиться от этой «вертикали власти», страна продолжит свое неотвратимое движение к пропасти.
— Вы очень мрачно обрисовали ситуацию… Тем не менее, российские экономические показатели выглядят неплохо. Разве за последние годы темпы роста не были высокими?
— На мой взгляд, это просто видимость. Со своей стороны, я укажу четыре проблемы нашей политико-экономической системы, которые очень важны в средне- и долгосрочной перспективах.
1) Несмотря на общественный консенсус по поводу необходимости скорейшего развития малого и среднего бизнеса — мотора современной постиндустриальной экономики, — малый бизнес находится в состоянии, близком к агонии.
2) Экономический рост (в 2004 году он составил 7 %, но, я уверен, он мог бы быть в 2–2,5 раза выше, если бы страна управлялась эффективнее) обеспечивается не созданием современных производств и научных разработок, а приростом цен на сырье, к чему правительство не имеет никакого отношения.
3) Несмотря на избыток благих пожеланий и теоретических возможностей в России, деньги и, главное, способные молодые люди в массовом порядке покидают страну. На родине у них нет никаких перспектив, поскольку свой потенциал они могут реализовать только в высокотехнологичных областях. Ничего удивительного, что они уезжают за границу, а Россия продолжает отставать в области инноваций.
4) Несмотря на излишний профицит бюджета, молодежи становится все труднее получить качественное высшее образование. Более того, количество научных вакансий все время уменьшается. Многие таланты остаются невостребованными…
— Несмотря на это, сырьевые ресурсы и тяжелая промышленность обеспечивают России неплохой доход…
— Не согласен. Даже если цены на нефть останутся заоблачными, сырьевая экономика, то есть та, которая основана на продаже нефти и газа, не сможет принести стране более 300 млрд. долларов ВВП в год.
Индустриальное производство, сохраняющее конкурентность с китайским за счет затрат, а не новых научных разработок, в самом лучшем случае не принесет нам более 700 млрд. долларов ВВП.
Таким образом, наш «индустриальный» предел — 1 триллион долларов ВВП в год. При снижении цен на сырье и дальнейшем — весьма вероятном — росте чиновничье-бюрократической прослойки наш максимальный ВВП не превысит 600–700 млрд. долларов в год.
Это чуть выше сегодняшнего уровня, который и составляет 600 млрд. долларов в ценах 2004 года.
То есть 4000 долларов на человека в год с ненадежной перспективой роста до 7000 долларов в год. ВВП маленькой Финляндии, для сравнения, составил в 2004 году 30 000 долларов на человека.
А ведь еще не стоит забывать о транспортных издержках, которые пожирают 20 % нашего ВВП: перевозка природных ресурсов из Сибири, где они добываются, на Запад стоит очень дорого.
Государству также требуются непропорциональные военные расходы, чтобы защищать нестабильные границы. Когда думаешь обо всем этом, перспективы значительного роста экономики кажутся совершенно неубедительными.
— Что мешает России развивать постиндустриальную экономику, о которой Вы мечтаете, экономику высоких технологий, инноваций мелкого и среднего бизнеса?
— Постиндустриальная экономика конца XX — начала XXI века базируется на малых коллективах, творческих личностях, международном сотрудничестве и разделении труда.
Для того чтобы такой тип экономики однажды заработал в России, требуется соответствующая система государственного управления. Эта система должна обеспечивать быстрое принятие решений в каждой отдельной точке государства. Эти решения должны базироваться на общих правилах игры, одновременно адаптированных для данной территории и типа взаимодействующих субъектов. Одним словом, это совсем просто: власть должна согласовывать реальные интересы личности, правительства и общества. Я подчеркиваю, реальные: невозможно продолжать довольствоваться общими заявлениями!
При этом решения должны быть приемлемыми и контролируемыми на месте, ответственными и справедливыми по мнению большинства, но учитывающими интересы меньшинства.
Вы можете себе представить, чтобы так работал бюрократ в составе милой сердцу президента «вертикали власти»? Я — нет, и никто в мире не знает такой модели для большой страны с современной, то есть сложной, экономикой.
— Значит, именно из-за системы управления российская экономика функционирует по старинке?
— Именно так. Как функционирует «вертикаль»? Это очень просто. Представитель власти неизбежно решает вопрос либо на базе корыстной мотивации, либо любым способом снимает с себя ответственность, прикрываясь инструкцией. Но инновации — это всегда риск, всегда противоречие инструкции.