И тут до меня дошло, что это племенной знак, и я ступила в запретное место.
Меня охватило смятение, и я побежала прочь из этого места. А вдруг весь лес – частное владение, и я нарушила границы. Стараясь найти дорогу, я убегала все дальше и дальше в лес. Когда я смотрела на него с утеса, он казался мне небольшим, но сейчас он превратился в лабиринт, в котором я не могла найти выход. Исхоженные тропинки разбегались в разные стороны. Выбрав одну из них, я пошла вперед, за поворотом появился дом. Типичный местный дом из ила и веток на сваях с крышей из веток и соломы. Дом был одноэтажным, но по местным стандартам очень длинным и большим.
Мне было очень жарко, главным образом, от страха. Я четко понимала, что нарушила границы необычным способом, и мое присутствие может оказаться нежеланным. Недаром там стояла грозная фигура в кольце из камней и раковин.
Я быстро пошла обратно. Я вздрагивала от каждого шороха. Но на сей раз я боялась не змей и не насекомых. Постепенно я стала впадать в панику.
Вернувшись на огороженное место, я попыталась вспомнить, какая тропа привела меня сюда, но тропинок было очень много, и все они вели в разные стороны. Я прошла по некоторым из них. Вообразив, что я попала в ловушку, я вдруг увидела, как вдали блеснуло море, я и ринулась по направлению к нему. Деревья редели. Свобода! Я почувствовала такое облегчение, что даже стала уверять себя, что ничего страшного не произошло. Я ругала себя за то, что впала в панику из-за фигуры в окружении камней и мысли о том, что сунула нос, куда не следует.
Я стала быстро обмахиваться шляпой. Мне было очень жарко, намного жарче, чем если бы я просто гуляла на солнце.
Становилось поздно. Я взглянула на часы, приколотые к платью. Мне всегда казалось, что они не подходят к этому платью, но так было удобно. Пять часов. Я находилась в огороженном месте двадцать пять минут. А мне казалось, что прошла вечность.
Я стала подниматься по склону. Добравшись до верху, я увидела знакомую фигуру, глядевшую на море.
Это была Сула. Я поняла, что она следила за мной.
– Сула, – я надеялась, что говорю суровым тоном.
Она перевела взгляд на меня.
– Я вас видела, мисс Бретт, – сообщила она.
– Вы давно здесь сидите? Она пожала плечами.
– У меня нет… – она ткнула пальцем в свое платье, имея в виду часы.
– Я решила, что заблудилась, – объяснила я.
– Вы пошли туда, куда вам нельзя.
– Боюсь, что виновата в том, что нарушила чужие владения, но я совсем нечаянно.
Она бросила на меня непонимающий взгляд. Нам с Чантел часто приходилось говорить проще.
– Вы ходили на землю Та'луи.
– Она так называется?
– Земля Огненных Людей.
– Да? Я слышала о них.
– Они очень умные.
Я села рядом с ней. Я сильно устала от страха, жары и восхождения.
– Они танцуют в огне. Огонь не делает им зло. Они могут то, чего не могут другие.
– Я видела фигуру… наверное, идола… с камнями вокруг.
У нее был такой непроницаемый вид, словно она не слышала меня.
– Они танцуют. Вы увидите, как они танцуют. Огонь ничего им не делает. Они прибыли из Страны Огня… давным-давно, когда на Коралле еще не было белых людей.
– А где находится Страна Огня? – поинтересовалась я. Она снова проигнорировала меня.
– Огонь не делает им зло, как другим.
Теперь мне стало понятно, что это местное суеверие.
– Буду с нетерпением ждать их огненного танца.
– Они умные. Они мудрые, – у меня возникло впечатление, что таким образом она пытается задобрить их. – Вот, что я вам скажу. Когда был пожар… сильный ужасный пожар… горели двадцать домов, пылала земля, и никто не смог остановить пожар, только Огненные Люди смогли.
– Интересно.
– Они борются с огнем с помощью огня. Они вывели людей из домов и взорвали дома. Они знают толк в пожаре и в пламени. И взлетели дома, и огню нечего было жечь. Он не мог добраться до пространства между домами после того, как сгорели дома между ними.
– Понятно, – сказала я.
– Та'луи сделали большой взрыв, и пожар кончился. Огонь делает то, чего от него хотят Огненные Люди. Они очень умные.
Сидя рядом с ней, я размышляла, насколько она примитивна и как часто можно найти логическое объяснение чудесам мудрых людей.
Я взглянула на скалу в море, Сула улыбнулась и произнесла: «Вам она нравится».
– Не могу на нее наглядеться. Раньше я ее не видела.
– Ка'калота стоит здесь с начала мира.
– Пожалуй, – заметила я. – Ка'калота. Какое странное название. Глупое замечание, все названия на острове звучали необычно для меня.
– Это значит – Женщина Тайн.
– Да? – встрепенулась я.
– Был корабль, – продолжала она. – «Загадочная женщина». Однажды ночью он пропал. Он взорвался…
– Так же как и дома, которые взорвали Огненные Люди? – спросила я.
– Две загадочные женщины в бухте к несчастью.
Я заволновалась. Может быть в этом ответ? Может быть, эти странные Огненные Люди, явно умеющие обращаться с порохом, и взорвали «Загадочную женщину»? Но мне хотелось знать больше.
Я попросила:
– Расскажите мне о той ночи…
– Какой ночи?
– Когда корабль… пропал.
– Я ничего не знаю. Он был, а потом его не стало.
– Но вы сказали, что она… – я указала на фигуру, – не потерпит другой загадочной женщины в бухте. Как она могла сделать, чтобы корабль пропал?
– Не знаю. Я не умная.
– Вероятно, Огненные Люди знают, – проговорила я. Она молчала. Потом заявила:
– Она видит все…
– Что?
Она показала головой на фигуру.
– Она сейчас следит за нами.
– Неужто? – спокойно ответила я.
– Она следит за мной… за вами. Она знает, что мы сидим здесь и говорим о ней.
– Но это всего лишь камень.
Сула зажала себе рот и стала сильно качать головой.
– Дух вошел в нее пятнадцать лет назад.
– Всего лишь пятнадцать. Я думала, что она стоит здесь века.
– Этому духу пятнадцать лет. Раньше были другие. Она нетерпеливая. Хочет расстаться. Сейчас она дух Каро'ка.
– Да?
– Она захотела чужого мужа и пошла собрала траву, которая растет в лесу. Она знала, как ее варить, и положила ее в чашку своей хозяйки. Она убила ее, и ее убили. Мы повесили ее высоко на дереве лицом к Ка'калоте. И так оставили, а утром, когда мы ее сняли, ее дух попал в камень и будет там, пока его место не займет другой.
– Странная легенда.
– Это загадочная женщина… женщина, которая тайно любит и хочет, и тайно замышляет, и идет и собирает ядовитую траву, и тайно делает варево. Такие женщины были всегда… они живут везде. Они хотят чужого мужа и убивают. Когда убивают, их тайну раскрывают, и их вешают на дереве вон там… около статуи, и их души попадают в камень и находятся там до тех пор, пока другие не займут их место.
Словно задул холодный ветер, хотя, как обычно, стояла жара.
Неужели она шла за мной, чтобы рассказать это?
Я пристально глядела на каменную фигуру, она все больше и больше напоминала женщину. Казалось, что она простирает ко мне руки… ко мне! Я хотела чужого мужа. Идиотизм. Сначала я пережила панику, теперь жара, неподвижный воздух и эта женщина рядом – злобное существо, ненавидящее меня.
Может она хотела меня загипнотизировать?
Этого допустить нельзя.
Я зевнула.
– Я так устала от жары. Я к ней не привыкла. Придется медленно идти домой.
Она кивнула.
Я встала и пошла. Мне хотелось обернуться и посмотреть, идет ли она за мной, мне хотелось бросить последний взгляд на выступающую из моря скалу.
Но, чем дальше я уходила от Сулы и ее женщины тайн, тем больше я успокаивалась.
Легенды острова! Неужели я верю в них?
Не могла удержаться, чтобы не рассказать обо всем Чантел.
– Старая вампирша старалась напугать тебя.
– Но, должна признаться, мне было не по себе. Сперва заблудилась, потом наткнулась на нее, сидящую на скале. Она сама выглядела, как каменная статуя мщения.