![Нечисть pic_1.png](https://litlife.club/books/231880/read/images/pic_1.png)
В один ужасный момент Аоту показалось, что он свалился со спины Яркокрылой, а затем он проснулся и обнаружил, что так оно и было. К счастью, сейчас он не парил высоко в небесах, а спал, положив на неё свою голову и плечи, как на подушку, и, когда она поднялась на ноги, он оказался на сырой холодной земле. Словно гончая на охоте, Яркокрылая стоя вглядывалась в царившую между деревьями темноту.
Аот чувствовал себя неловким, больным, а в его глаза словно песка насыпали, но он сгреб копье и тоже поднялся на ноги.
– Что там?
– Не знаю, – ответила грифониха. – Что-то ужасное.
Между двумя дубами возникла тень.
– Не слишком обнадеживает.
Аот воспользовался глазами Яркокрылой, чтобы тоже видеть в темноте, и затененный силуэт превратился в изможденного темноглазого человека. При себе у новоприбывшего был прямой эбонитовый посох без всяких украшений, а пальцы, видневшиеся из-под рукавов его магической мантии, выглядели сморщенными и шелушащимися.
В первое мгновение Аот мог только стоять и смотреть, застыв при мысли, что сейчас его жизнь оборвется. Затем он начал опускать копье и сделал вдох, чтобы создать заклинание. Он – воин и, по крайней мере, может погибнуть в бою.
– Нет! – завизжала Яркокрылая. – Он не нападает!
Сзасс Тэм улыбнулся.
– У твоего фамильяра хорошие инстинкты, капитан Фезим. Рискуя показаться нескромным, скажу, что я… чрезвычайно могущественен. Когда я убиваю собственными руками, то выбираю жертву не слабее архимага, полубога или целой армии. О том, что меньше, едва ли стоит беспокоиться, но это не значит, что ваша храбрая и находчивая компания не заслуживает некоторого внимания.
Аот сглотнул.
– Не понимаю.
– Я бы хотел переговорить с тобой и другими офицерами, – Сзасс Тэм жестом указал на центр рощи, где усталые наездники на грифонах разбили лагерь в напрасной надежде, что деревья скроют их от вражеских глаз. Его рукав соскользнул к запястью, открывая сморщенную кисть. – Ты гарантируешь мне безопасный прием?
– Да, – произнес Аот. Ответить иначе просто не представлялось возможным.
Ему казалось, словно он все ещё спит и видит сон. Боевой маг повел Сзасса Тэма к спящим и храпящим товарищам. Яркокрылая следовала за личем, чтобы при необходимости иметь возможность атаковать его со спины, хотя Аот чувствовал, что она разделяла его уверенность в том, что Сзасс Тэм может в любой момент раздавить их, как муравьев.
Лич обвел взглядом спящих людей и грифонов.
– Собираешься их разбудить сам или это сделать мне?
– Я сам, – ответил Аот. – Подъем всем! – эти обыденные слова только подчеркнули нереальность происходящего.
Заворочавшись с тяжелыми вздохами, люди принялись протирать глаза и откидывать покрывала, но, увидев, кто сумел их выследить, ошарашено замирали, как и сам Аот. Все, кроме одного. Взвившись в воздух, Барерис одним смазанным движением выхватил меч и рванулся к некроманту. Аот бросился наперерез ему, но понял, что не успеет.
Меч Барериса устремился к голове лича, но Сзасс Тэм перехватил его рукой. Зачарованное лезвие должно было прорезать его костяные пальцы, но вместо этого Аот увидел, как вверх по мечу устремилась какая-то злобная энергия. Клинок превратился в кучу обломков, а Барерис рухнул на землю.
Обнажив меч, Зеркало, очертаниями фигуры сейчас напоминавший Аота, понесся к личу. Сзасс Тэм просто кинул на призрака взгляд, и Зеркало застыл статуей из мерцающего мрака.
Воины схватились за оружие, а грифоны приготовились к прыжку. Все они испытывали ужас перед Сзассом Тэмом, но сейчас, когда бой уже начался, никто не намеревался праздно стоять и смотреть, как лич повергает их товарищей. И, коли на то пошло, Аот тоже. Он зарядил копье силой.
Сзасс Тэм взмахнул посохом. Вокруг его тела возникли световые узоры всех цветов радуги, которые тут же начали складываться в разнообразные фигуры. Несмотря на необходимость немедленно действовать, зрелище оказалось настолько увлекательным, что Аот не мог оторвать от них взгляда. Без сомнения, его товарищи тоже подпали под власть этих чар.
– Когда я вошел в ваш лагерь, мне было обещано перемирие, – произнес Сзасс Тэм. – У мечника и призрака не было никакого права нападать на меня. Но даже в этом случае я лишь ненадолго их обездвижил. Так вот – дадите ли вы мне поговорить с вами или я должен уничтожить всех вас, пока вы беспомощны?
Аоту, ошеломленному игрой огней, было трудно даже думать, не то, что говорить, но он все же сумел выдавить из себя несколько слов:
– Вы сможете поговорить. Больше никто не поднимет на вас руку.
– Хорошо, – произнес некромант, и ореол вокруг него пропал. – И кто же твои коллеги-офицеры?
Люди, о которых он спрашивал, выступили вперед, некоторые после секундной заминки. Сзасс Тэм жестом указал на прогалину в нескольких ярдах поодаль.
– Похоже, там достаточно места, чтобы мы могли сесть и побеседовать. Сделаем же так?
Офицеры обменялись взглядами, а затем двинулись в направлении, которое указал им зулкир. Аот предполагал, что эта ситуация и им казалась настолько нереальной и вышедшей из-под контроля, как и ему самому. Он пошел за ними.
– Помоги мне, – прохрипел Барерис.
Аот фыркнул.
– Ты уже использовал свой шанс на глупость.
– Если ты обещал Сзассу Тэму перемирие, я был неправ, нарушив его, и я извиняюсь за это, но мне необходимо услышать, что он хочет нам сказать.
– Постарайся, чтобы я об этом не пожалел, – Аот вздернул Барериса на ноги, закинул руку барда на свои плечи и практически дотащил его до свободного места. Насколько он мог судить, Барерис действительно не был ранен по-настоящему. Сзасс Тэм просто высосал из него всю силу.
Некромант сардонически улыбнулся при виде того, как Аот положил Барериса обратно на землю.
– Я верю, что присутствие этого джентльмена не помешает нам цивилизованно побеседовать.
– Он будет держать себя в руках, – заверил его Аот. Он сделал паузу, ожидая, что кто-нибудь из старших возьмет на себя роль главного представителя Грифоньего Легиона, но затем понял, что никто больше не намерен выдвигать свою кандидатуру. – Что вы хотите сказать нам, Ваше Всемогущество?
– Полагаю, – ответил лич, который уселся на траву, скрестив ноги, словно обычный человек, – что мне следует начать с поздравлений. Ваша тактика сработала. Вам действительно удалось задержать мою армию на достаточный срок, чтобы достигнуть своей цели.
Несмотря на страх перед личем, Аот почувствовал укол удовлетворения.
– Значит, вам не удастся взять Безантур без серьезного сражения.
– Увы, – произнес Сзасс Тэм, – мне это вообще не удастся, по крайней мере, в следующую пару месяцев. Мои коллеги собрали значительные войска, которые своими маневрами стремятся перерезать мне путь, и, как мне доложили, остальные зулкиры намереваются самолично принять участие в битве. Мне придется вступить с ними в бой, имея за спиной Лапендрар, воды которого отрежут мне путь к отступлению, если в нем возникнет необходимость. Даже если победа окажется на моей стороне, Самас Кул уже подготовил Безантур к осаде. Учитывая все эти факторы, я и мои тарчионы полагаем, что наилучшим решением будет отступить.
– Тогда мы выиграли, – произнес Маларк.
Из них всех он, казалось, наиболее свободно чувствует себя в присутствии лича. Возможно, служа помощником Дмитры Фласс, он видел его довольно часто и успел привыкнуть к его виду, а, возможно, в мире было не слишком много вещей, способных его напугать или удивить.
– В определенном смысле – да, – произнес Сзасс Тэм, – но сейчас самое время обсудить, что именно вы выиграли. Помешав мне, вы просто обрекли Тэй на долгую затяжную войну вместо короткой схватки, войну, которую будут сопровождать такие разрушения, на которые способно только волшебство архимагов. По мне, так это особой роли не играет. Все равно в конце концов победителем окажусь я, а, будучи бессмертным, я располагаю достаточным количеством времени, чтобы отстроить все заново. Но я бы предпочел избавить простых людей от бед и страданий, что им сейчас грозят.