- Что я пела? Не знаю... Не помню...

Ну все равно, что... Хотя бы ерунду какую-нибудь...

- Не знаю, право... Может быть, это?

- Ну, ну...

- "На заборе птичка сидела и такую песенку пела...".

- Вот, вот! Ну-ка еще раз погромче!

Через минуту мы выставили всех из павильона и вдвоем начали распевать эту смешную и незатейливую песенку. А потом нам и этого показалось мало, и мы пустились в пляс. Забыв обо всем на свете, мы лихо, на полном серьезе отплясывали лезгинку, когда вдруг в дальнем углу кто-то прыснул от еле сдерживаемого смеха и сдавленный голос смущенно спросил:

- Чего это вы? А?

Это оказалась наша уборщица тетя Клава, и Юра тотчас к ней подскочил и забросал вопросами:

- Ну как? Смешно? Да? Скажите, смешно? - И потом, уже успокоившись, добавил: - Да, да именно лезгинка! Вы

понимаете, Надя, ведь она же еще ребенок и просто ошалела от счастья...

На следующий день мы снимали придуманную сцену под скептические и недоверчивые взгляды всей группы. Пугала эксцентричность эпизода. Но ведь и эксцентрика может быть содержательной, остроумной, может вызывать сочувствие, жалость и негодование. Мы настояли на своем и оказались правы. Сцена удалась и органично вошла в ткань фильма.

Снимали мы на Северном Урале, в Пермской области. Морозы стояли немыслимые, не спасали ни ватники, ни унты. Мы жгли костры и через каждый час устраивали "перекур с обогревом". Снимали в леспромхозе и, конечно, изрядно мешали рабочим, но они относились к нам терпеливо и внимательно, помогали, учили актеров водить трактор, валить деревья. Все шутили, что Рыбников прекрасно вошел в образ и стал заправским лесорубом, в свободное от съемок время даже помогал валить деревья, выполнять план. Ну, не знаю, как там в действительности с планом, но для нашей печурки дрова он заготовлял собственноручно.

Надежда Румянцева image26.jpg
Надежда Румянцева и Сьюзен Страссберг на III Международном кинофестивале в Москве (1963 г.)

Снимали мы и под Москвой, в марте, неподалеку от "Мосфильма". Там посадили около трехсот деревьев и построили поселок с вывеской "Леспромхоз". Утром он оживал, звенели песни, гармонь, слышалась команда, гудели машины, шла съемка, а вечером опять пустел, и тогда во владение вступали мальчишки.

Оказывается, мы их здорово потревожили и нарушили сложную мальчишескую жизнь. Мы это поняли однажды утром, когда, придя на съемку, обнаружили за вывеской "Леспромхоз" огромный самодельный конверт. На вырванном из школьной тетради листке детским неровным почерком было написано: "Уважаемые товарищи киносъемщики! Ладно уж, пользуйтесь нашим оврагом, для кино не жалко. Только делайте хороший фильм, чтобы всем понравился и нам тоже". Мы тогда очень смеялись над этим дипломатическим посланием, но если бы знали, наши дорогие мальчишки, как мы хотели сделать хороший фильм, чтобы всем, всем понравился!"

Успех пришел сразу после выхода картины. В 1963 году фильм "Девчата" представлял советское киноискусство в Аргентине на Международном кинофестивале в Мар-дель-Плата.

Надежда Румянцева image27.jpg
Надежда Румянцева с призом за лучшее исполнение главной роли в фильме 'Девчата' (Мардель-Плато, Аргентина)

Его показали на третий день после открытия фестиваля, и зарубежная пресса писала: "Прежде всего следует отметить, что успех фильму обеспечила Надежда Румянцева. Бьющая через край радость, безграничная прелесть героини прекрасно переданы молодой русской актрисой, которая долгое время будет вспоминаться с симпатией. Румянцева создала образ с удивительной непринужденностью и экспрессией, что одновременно и удивляет и покоряет зрителя, который невольно становится соучастником произведения".

И дальше: "Надежда Румянцева несомненно продолжает традиции Чарли Чаплина и Джульетты Мазины в кино и заставляет зрителей то смеяться, то плакать".

Список высказываний о советской киноактрисе можно было бы продолжить и дальше. Но в этом нет необходимости, так как все они единодушны в оценке ее дарования.

Простота и искренность, приветливость в общении сделали Румянцеву любимицей аргентинских зрителей. Стоило ей

только появиться на улице, как ее окружало плотное кольцо почитателей, любителей киноискусства, журналистов,

фоторепортеров. Каждый стремился выразить свое восхищение, признательность, пожать руку, получить автограф. После просмотра фильма большим почитателем Румянцевой стал известный голландский режиссер, член жюри фестиваля Берт Хаанстра.

Фестиваль закрывался большим балом "звезд". На нем после просмотра лучших фильмов фестиваля - советской

кинокомедии "Девчата" и американского фильма "Игрок", в котором главную роль играл знаменитый голливудский актер Пол Ньюмен, - должны были вручать награды победителям.

Надя с волнением готовилась к первому международному балу. Берт Хаанстра попросил разрешения быть ее кавалером и сопровождать на этот вечер.

Бал начался в два часа ночи в великолепном отеле "Провенсиаль". Все здание горело и переливалось

разноцветными огнями, на улицах было светло как днем, толпы людей осаждали здание. Бальный зал находился наверху, окруженный огромной открытой террасой. Советскую делегацию на вечере представляли Николай Рыбников и Надежда Румянцева. Здесь могли присутствовать только актеры, "звезды" кинематографа.

Скромная изящная статуэтка - "за лучшее исполнение женской роли". На этот раз ее обладательницей единогласно была признана советская киноактриса Надежда Румянцева. Эта небольшая и неброская скульптурка стала для актрисы дороже самых ценных подарков, это - признание ее таланта.

Вместе с Румянцевой разделил успех американский актер Пол Ньюмен, который получил приз "за лучшее исполнение мужской роли". Они чувствовали себя героями дня.

В небо то и дело взвивались ракеты. Площадь была залита огнями, оркестры играли, не переставая, а внизу гремели аплодисменты любителей кино.

Внизу под террасой, на площади, не расходились зрители, криками и овациями они вызывали актеров, которых хотели увидеть и приветствовать. Актеры подходили к барьеру и раскланивались. Надю вызывали неоднократно, но особенно поразила она аргентинцев, когда поприветствовала их на испанском языке словами национального гимна Аргентины.

Надолго запомнились актрисе тепло и радость этих встреч, гостеприимство аргентинцев, черное южное небо, усеянное огромными звездами.

Глава IV

Особое место в творчестве Румянцевой занимают две роли -это Пепита в фильме Л. Трауберга "Вольный ветер" и Людмила Добрыйвечер в картине А. Мишурина и Н. Литуса "Королева бензоколонки". Работы Румянцевой в этих фильмах позволяют затронуть интересную и сложную проблему эксцентрики в кино.

Надежда Румянцева image28.jpg

'Вольный ветер'

Веселая и задорная служанка кабачка Пепита - "настоящий ветер и огонь". Смуглая, живая, с копной взъерошенных кудрявых волос, с острым языком - это подлинный чертенок в юбке. Кажется, будто Пепита - Румянцева ни минуты не может посидеть спокойно, не танцуя, не двигаясь, не напевая что-нибудь озорное. Роль действительно эксцентрична и по своему характеру и по тому, как играет ее актриса. Достаточно вспомнить сцену, когда Пепита в окружении своих многочисленных братишек и сестренок отправляется на рынок за покупками. Она идет, непринужденно распевая свою задорную песенку, идет от прилавка к прилавку, а ноги ее не могут у держаться от танца. И вот она уже в центре рынка лихо отплясывает с мясником под восторженные крики покупателей, и даже строгая, чопорная монахиня не может не присоединиться к танцу.