Осуществляемая по правильной методике, она, как я уже ранее говорил, приводит к открытию микрокосмической орбиты и, в своём конечном пределе, — к переходу на эндогенное (внутреннее) дыхание с полным прекращением внешнего дыхания. Остановка (неподвижность) дыхания означает одновременную полную телесную неподвижность, недвижимость взгляда (немигающий взгляд) и, что крайне важно -остановку ума. Таким образом, при достижении остановки дыхания, практикующий автоматически попадает в состояние глубочайшей медитации (самадхи). В этом состоянии он может находиться очень долгое время, фактически — сколько пожелает. Однако при выходе из медитативного состояния, он тут же возвращается к обычному режиму внешнего дыхания.
В качестве иллюстрации развивающих возможностей дыхательной энергомедитативной практики, приведу воспоминания современного японского мастера Айкидо, Мицуги Саотомэ (из книги «Принципы Айкидо», СПб, 1996 г.) о событии, которое, по его словам, изменило всю его жизнь.
«Я сидел в сейдза, выполняя сынкокью[64] ранним утром 7 апреля 1964 года, когда услышал, как часы пробили четыре раза. Сильные и глубокие удары курантов, казалось, отдавались внутри меня. Звук болезненно вибрировал во мне, проходя через мою шею и взрываясь в моей голове. Меня стало ужасно трясти, и всё вокруг исчезло в темноте. Силы покинули моё тело. Мои бёдра стали очень горячими, и у меня появилось невероятное ощущение, как будто огонь поднимается от самого копчика к голове. Затем появилось ощущение, что огонь, пройдя через мою голову, распространился по комнате. Казалось, будто сам воздух был сделан из золотого света и комнату окутал золотой туман. В тот момент я решил, что умираю. Я упал лицом вперёд и потерял сознание…
Что бы ни случилось со мной, это вызвало невероятное изменение в моём сознании. Я чувствовал, что тело моё наполнено светом и дух мой радостен. Чувство расстройства и бесконтрольной агрессии покинуло меня. Фактически, расстройство и печаль, которые я испытывал, были доказательством того, что я живу, и я понял, что жизнь — это большая ценность, несмотря ни на какую боль. Я почувствовал жизненную силу, текущую, как река, между мной и моим окружением — как если бы я и весь остальной мир питались из одного вселенского источника энергии. Прошло некоторое время, и я обнаружил, что это изменение в моём сознании бесповоротно и оно изменило мой характер. Моё чувство ненависти и злобы к другим людям исчезло. Вместо них я чувствовал радость, открытость, оптимизм и благодарность за то, что я живу…
Когда я пришёл на занятия утром после произошедшего, я был изумлён. Я стал выполнять приёмы плавно, не прилагая никаких усилий. Мне казалось, что мои партнёры двигаются очень медленно. Многие в додзё говорили мне: «Я не знаю, что с тобою случилось, Саотомэ, но сегодня ты кажешься абсолютно другим человеком».
Как видим, практика дыхательного цигун со временем превращается в полноценную дыхательную медитацию и вполне способна привести практикующего к духовному преображению. Воспоминания Мицути Саотомэ свидетельствуют о достижении глубоких и благотворных изменений на всех уровнях — энергетическом, психоэмоциональном и мировоззренческом только за счёт дыхательной практики.
Итак, дыхательный цигун коренным образом отличается от практики осознания самого процесса дыхания. Отличие заключается именно в наличии метода, в наличии определённой дыхательной техники, которая и даёт весьма сильное воздействие на энергосистему человека. Такого энергетического воздействия простое осознание обыденного дыхания дать не может. С другой стороны, пранаяма или дыхательный цигун, будучи энергомедитативной практикой, отличаются и от дыхательной лечебно-оздоровительной гимнастики (гимнастика Стрельниковой, оздоровительное дыхание по Бутейко, «рыдающее» дыхание Вилюнаса и тому подобные методы). Такая дыхательная гимнастика всегда остаётся на самом грубом физиологическом уровне, на уровне физического тела, и никогда не выходит за его пределы. Дыхательный цигун тоже начинается с уровня физического тела, но не останавливается на нём. Он сильно отличается от многочисленных разновидностей оздоровительной дыхательной гимнастики, прежде всего, своим скрытым потенциалом развития. Начинаясь как чисто физическая практика, со временем он её перерастает и превращается в полноценный цигун, то есть в осознанную работу с энергиями собственного тела. Это означает переход практики с уровня физического на уровень энергетический. Однако этим развивающий потенциал дыхательного цигун не исчерпывается. Далее практика переходит на медитативный уровень, что, в конечном счёте, приводит к качественному изменению сознания практикующего.
Это не значит, что «работает» только дыхательный цигун, а все прочие виды дыхательных упражнений бесполезны. Конечно же, все эти разновидности дыхательной гимнастики (по Стрельниковой, по Бутейко, по Фролову) могут дать и часто действительно дают хорошие терапевтические эффекты. Хотя все методики разные, тем не менее, все они имеют своих последователей, которым это «хорошо помогает». Всё это так, однако это вовсе не означает оптимальности самих методик. Дело в том, что дыхание это столь могучий инструмент, что терапевтического успеха можно добиться, используя самые разные методики. Разумеется, при условии соблюдения принципа постепенности в наращивании нагрузки, принципов регулярности и посильности занятий, и вообще, при наличии здравого смысла и умения прислушиваться к реакциям собственного тела.
Но что же именно создаёт столь разительное отличие дыхательного цигун, дыхательной энергомедитативной практики — от оздоровительной дыхательной гимнастики? Это происходит вследствие того, что в дыхательном цигун, уже с самого начала заложены правила и принципы, которые и превращают обычную дыхательную гимнастику в энергомедитативную практику. Это следующие три принципа:
1. Правильная поза. Этот принцип исключительно важен для занятий пранаямой и медитацией. В оздоровительной дыхательной гимнастике ему не придаётся должного значения. Между тем, правильная позиция тела, включая надлежащее расположение рук, имеет огромное значение, поскольку создаёт благоприятные условия для энергетической циркуляции, а также для минимизации помех (сигналов, идущих от тела), отвлекающих внимание практикующего.
2. Установка на увеличение продолжительности дыхательного цикла, которая и создаёт качественное отличие дыхательного цигун от созерцания обычного дыхания (от буддийского метода счёта дыханий).
3. Принцип осознанности, вносящий в дыхательную практику медитативное измерение.
Главным и имеющим фундаментальное значение, отличием дыхания как энергомедитативной практики от всех прочих видов дыхательной гимнастики, является принцип постепенного увеличения общей продолжительности дыхательного цикла. По причине особой важности этого принципа, рассмотрим его более подробно. В классическом и весьма авторитетном трактате «Хатха-Иога Прадипика» йогин Сватмарама пишет:
«Йог должен постепенно наращивать вдох, постепенно наращивать выдох, постепенно наращивать задержку дыхания, — так он обретёт сверхспособности-сиддхи»
Это принципиальный момент в практике Пранаямы, который, к сожалению, недооценивается многими современными последователями йоги. Между тем, его следует рассматривать как главнейший стратегический принцип дыхательной практики. В том же самом трактате, в главе второй, посвящённой искусству Пранаямы, Сватмарама пишет, что Пранаяма бывает двух типов — Сахита Пранаяма (с вдохом и выдохом) и Кевала Кумбхака (без вдоха и выдоха). Далее в трактате говорится:
«Йогин должен практиковать Сахита Пранаяму до тех пор, пока Кевала Кумбхака (полная остановка дыхания) не возникнет сама собою»
64
Син кокью — метод глубокого дыхания, который он получил от своего учителя, знаменитого Морихея Уешибы. Сейдза — традиционная японская поза сидя на пятках. — В.К.