Изменить стиль страницы

Она поспешно открыла его и принялась резать веревку. Наконец руки Ника освободились от пут.

— Отличная работа. Дай мне нож. — Ник протянул руку, и она бросила ключи ему в руку.

Он молниеносно перерезал веревки у себя на ногах, вскочил и схватил Сьюзен за руку.

— Бежим! Нам нужно выбраться отсюда!

Они кинулись к лестнице. Дым стоял сплошной стеной.

— Я ничего не вижу, Ник! — выкрикнула Сьюзен, глотая ртом воздух.

— Ничего. Просто обопрись на меня, — задыхаясь, ответил он.

Они начали подниматься, передвигаясь медленно из-за сильного дыма. Одна ступенька, две ступеньки. У Сьюзен от усилий ломило грудь. Три ступеньки. Четыре…

Вдруг Сьюзен услышала на палубе сильный шум, потом на них сверху стеной хлынула вода.

— Держись! — выкрикнул Ник.

Сьюзен пошатнулась. Что происходит? Она прислушалась. Треск пламени стих. К ее удивлению, ей стало легче дышать.

— Пожарная команда прибыла! — ликуя воскликнул Ник.

Он схватил ее и оттащил в сторону, поплотнее прижав к себе, когда вода стекала мимо них по ступенькам.

— Мы спасены, любовь моя. — Он погрузил руки в ее мокрые волосы и начал целовать ее глаза, нос, щеки, губы.

Ник не мог сказать, сколько прошло времени, прежде чем вода перестала литься по ступенькам и они услышали звуки голосов на палубе.

Это не имело значения. Энни спасена. Они живы.

Она дрожала в его руках. Ее нужно срочно отнести в теплое, сухое место. Он нежно отстранил ее от себя.

— Пожар закончился, родная моя. Мы теперь можем подняться на палубу.

Медленно, осторожно он вел ее вверх по ступенькам, поддерживая за талию. Она не могла унять дрожь, и он боялся, что она упадет в обморок от треволнений и усталости.

С верхней палубы послышались голоса.

— Ты проверь наверху, Фрэнк. А я осмотрю машинное отделение.

Сверху ударил мощный луч света. Ник заботливо прикрыл рукой глаза Сьюзен.

В мертвой тишине послышался чей-то громкий вздох.

— О Боже! Фрэнк, возвращайся обратно! Здесь есть живые!

* * *

Следующие часы прошли для Сьюзен как в тумане. Их с Ником увели с борта «Красы островов» на пожарный катер. Она запомнила только, что ее завернули в теплые сухие одеяла и усиленно потчевали горячим сладким кофе со сливками.

Офицеры береговой охраны и пожарные толпились около них, задавая вопросы. Сьюзен едва шевелила губами, выдавливая из себя ответы. Единственное, что врезалось в ее память, — это то, что береговая охрана задержала трех человек, отплывавших от «Красы» на катере. Они находились под стражей.

Ей хотелось только спать.

Сьюзен проснулась в собственной постели. Она сонно потянулась, наслаждаясь ощущением душистых простыней и теплого, мягкого одеяла. Ощущение комфорта разлилось по ее телу от кончиков ног до макушки.

Вдруг события прошедшей ночи пронеслись у нее в голове.

Как она попала сюда?

Сьюзен открыла глаза. В углу комнаты на кресле раскинулся Ник. Судя по дыханию, он спал. Под взглядом Сьюзен он нахмурился и перевернулся на другой бок.

На нее нахлынул прилив нежности. О, как она его любит! И как они были близки к тому, чтобы потерять друг друга.

Она медленно выбралась из постели и отправилась в ванную. Только тут она осознала, что на ней ночная рубашка, которую она уложила в сумку. Она припомнила также, что простыни и одеяла находились в багажнике ее машины.

Ник, должно быть, занес их обратно. Она почувствовала угрызения совести. Это она должна была ухаживать за ним, а не наоборот. Они избили его. Из-за нее его могли убить.

Она вернулась в спальню. О, как она любит его!

Под ее пристальным взглядом Ник зашевелился и открыл глаза.

— Как ты себя чувствуешь? — Сьюзен подошла поближе.

— Я — прекрасно. — Он со стоном сел. — А ты?

Сьюзен кивнула, скользя озабоченным взглядом по его телу в поисках синяков и ран. Но, кроме темно-багрового синяка на плече, она ничего не заметила.

Одеяло соскользнуло вниз, обнажив его грудь. При виде упругой массы золотистых волос у Сьюзен пересохло во рту. Сколько раз она ощущала эти завитки под своими пальцами. При этой мысли ее сердце пустилось вскачь.

Она поспешно отвела взгляд и посмотрела ему в лицо. Прядь волос на лбу слиплась от запекшейся крови.

Он потрогал рану.

— Они меня немножко достали. — Он попытался рассмеяться, но тут же сморщился от боли.

— Тебе нужно к доктору. Лежи пока тут. Я только оденусь и отвезу тебя. — Она снова отправилась в ванную.

— Эй, постой, — окликнул ее Ник. — Доктор уже осматривал это прошлой ночью. Ты что, не помнишь?

Помнит ли она? Последнее, что она запомнила, — это блаженное тепло пожарного катера и ощущение уюта и безопасности.

Ник снова попытался улыбнуться.

— Думаю, ты к тому времени уже ничего не воспринимала. Они тащили тебя с берега домой, а ты спала как ребенок. Ты даже не шелохнулась, когда я снял с тебя мокрую одежду и уложил в постель.

Их взгляды встретились. В его глазах Сьюзен увидела нежность и заботу.

О, как ей хотелось обнять его, облегчить боль! Но чувство вины сковывало ее.

— Милая, мы должны поговорить.

Она медленно кивнула.

— Дай мне принять душ и одеться. — Голос Сьюзен звучал печально. — Потом я сварю кофе.

Через час они сидели за кухонным столом с дымящимися чашками кофе. По ее нервным движениям он понял, что она страшится предстоящего разговора не меньше его.

Он отхлебнул кофе, оттягивая начало разговора. Наконец он распрямил плечи и посмотрел ей в лицо.

— Энни, я…

— Сьюзен, — тихо поправила она. — Теперь ты можешь называть меня моим настоящим именем.

Он удивленно на нее взглянул.

— Ты что, ни с кем не разговаривал в Сан-Франциско? Ты наверняка связывался с ними, чтобы побольше разузнать обо мне.

Ник почувствовал, что его лицо вспыхнуло. Ну конечно, она догадалась об этом.

— Да, я туда звонил, — признался он.

Глядя на свою чашку, она провела пальцем по ободку.

— Они тебе не сказали, кто я? — Сьюзен подняла глаза, и их взгляды встретились.

Ник чувствовал себя неловко под ее холодным взглядом.

— Энни… Сьюзен, пожалуйста, попытайся понять. Я хотел выяснить о тебе все что можно. Я должен был знать, действительно ли опасность существует.

Сьюзен коротко засмеялись.

— Единственное, что Джудит Барроу не захотела мне сказать, — это твое настоящее имя. Она сказала, чтобы я спросил у тебя, — пояснил он. Ник понимал, что оправдания прозвучали неубедительно.

— Значит, она мне тоже не верила, — тихо заметила Сьюзен. В ее глазах промелькнула боль. — Даже зная все мои страдания.

— Это не так, Сьюзен. Она сомневалась. Все ее проверки показали, что Бак и его компания раскололись, а троица, выдававшая себя за рабочих, давно исчезла вместе с деньгами. — Ник помолчал и затем добавил: — Вина за все то, что произошло прошлой ночью, целиком лежит на мне. Теперь я знаю, что должен был поверить тебе и защитить. Не могу выразить, как я виноват перед тобой. Я даже не надеюсь на твое прощение.

Сьюзен тряхнула головой:

— Нет, Ник, даже если ты и не верил мне, я-то знала правду. — Она глубоко вздохнула. — Я знала, что они начнут преследовать и тебя тоже, если мы станем близки. Но все же я тебя не прогнала.

Крупные слезы потекли по ее щекам.

Ник не мог вынести этого. Он оттолкнул стул и стремительно бросился к ней и подхватил на руки.

— О, моя дорогая, ты не права. Если бы я всерьез воспринял твои слова, я мог бы уберечь тебя. — Он гладил ее шелковистые волосы, чувствуя, как его рубашка становится мокрой от ее слез. — Я знаю, ты никогда не сможешь меня простить, но я хочу, чтобы ты знала: тебе не нужно уезжать с острова и убегать от меня. Этих людей взяли под стражу, и против них столько всего, что они никогда больше не выйдут из тюрьмы. Ты наконец-то в безопасности.