Он присел перед ней на колени, приблизив свое лицо к ее. Его дыхание было омерзительным — оно отдавало съеденной человеческой плотью.
Он провел рукой по ее волосам.
— Как жаль, как жаль, — заговорил он, что твой рыцарь в блестящих доспехах оказался не таким бравым воином, как он о себе думал. Теперь нам с тобой остается только... поближе познакомиться.
— Маловероятно, — за спиной Люцифера раздался голос.
Гигант обернулся.
В дверном проходе, ведущем в декомпрессионную зону, стоял Шейн Шофилд, с него стекала вода.
— Тебе придется избавиться от меня, — жестко сказал он, — прежде чем ты дотронешься до нее.
Люцифер заревел, схватил Р-90 Шофилда и открыл огонь.
Шофилд сделал шаг назад и спрятался за дверным косяком — разделительную стену у двери изрешетил град пуль.
Через несколько секунд обойма кончилась, и Люцифер отбросил оружие и бросился через обзорную зону в декомпрессионную камеру.
Горизонтальная дверь теперь была открыта, волны бились о стены. Огромные силуэты комодских варанов все еще были видны под рябью воды.
Но почему-то они не разорвали Шофилда.
Люцифер увидел его, стоящего у декомпрессионной камеры, на правой стороне бассейна.
Он ринулся к Шофилда.
Шофилд пригнулся, избежав удара кулаком. Теперь он чувствовал себя спокойнее, собраннее. Теперь он был готов к неожиданностям. Он успел оценить своего противника.
Люцифер обернулся и снова замахнулся. Опять промах. Шофилд наказал его за эту ошибку ударом в лицо.
Звук сломанного носа.
Люцифер, казалось, был больше удивлен, чем ранен. Он дотронулся до крови, текшей из носа так, как будто это было чужеродное вещество, как будто бы никто и никогда раньше не причинял ему боли.
Затем Шофилд снова ударил его — мощный удар — и гигант слегка пошатнулся.
Снова, на этот раз еще сильнее, и Люцифер сделал робкий шаг назад.
Снова — и еще шаг назад.
Снова — сильнейший удар — и нога Люцифера шагнула к краю бассейна. Он слегка повернулся, и в этот момент Шофилд ткнул кулаком ему в нос. Гигант потерял равновесие и упал назад...
...в бассейн с комодскими варанами.
Раздался сильный всплеск, когда Люцифер упал в воду, вараны бросились к нему, начали кружить вокруг его тела, превратившись в массу из черной кожи, когтей и хвостов. В центре этого водоворота в агонии кричал Люцифер, дергая ногами и вырываясь.
Вдруг бассейн окрасился в багрово-красный цвет, и ноги Люцифера перестали двигаться. Вараны продолжали поедать его.
Шофилд отшатнулся от отвращения. Но, в конце концов, если кто и заслуживал такой ужасной и болезненной смерти, то это был Люцифер Лири.
Затем Шофилд нажал на кнопку, закрывающую дверь, скрыв отвратительное зрелище, и поспешил назад к Гант.
10:59
Через минуту Гант, освобожденная, стояла рядом с Шофилдом, пока тот развязывал изможденного Службиста Хагерти.
— Знаешь, этот день рождения оказался полным дерьмом, — сказала Гант. Она кивнула в сторону декомпрессионной зоны. — Что там случилось? Я думала, Лири...
— Так и было, — сказал Шофилд. — Ублюдок бросил меня в бассейн с комодскими варанами.
— И как же ты выбрался?
Шофилд вынул свой «Мэгхук».
— Похоже, что рептилии действительно необычайно чувствительны к магнитным импульсам. Я узнал это только сегодня, от маленького мальчика по имени Кевин. Поэтому я активировал «Мэгхук», и они не приближались ко мне. Затем я открыл дверь снизу и пришел за тобой. К сожалению, у Люцифера не было с собой магнитного захватного крюка, когда он упал туда.
— Прекрасно, — сказала Гант. — Просто прекрасно. А где президент и Кевин?
— Они в безопасности. Снаружи комплекса.
— А зачем ты вернулся сюда?
Шофилд посмотрел на часы.
Ровно 11 утра.
— По двум причинам. Первая — потому что ровно через пять минут активируется механизм самоуничтожения этого комплекса. Через десять минут после этого все взлетит на воздух, но мы не можем этого допустить, пока Цезарь Расселл находится здесь. Поэтому мы должны, либо остановить этот механизм, либо, если мы не можем этого сделать, вывезти Цезаря Расселла отсюда до взрыва.
— Подожди секунду, — сказал Гант, — мы должны спасать Цезаря?
— Похоже, что он решил установить радиочип себе на сердце, как он сделал это президенту. Поэтому если он умрет, умрет вся страна.
— Сукин сын, — сказала Гант. — А вторая причина?
Шофилд слегка покраснел:
— Я хотел найти тебя.
Лицо Гант засияло, но она сухо проговорила:
— Знаешь, мы можем поговорить об этом позже.
— Думаю, это прекрасная идея, — сказал Шофилд, когда Харпер освободился от ленты, приходя в себя. — Что скажешь, если мы сделаем это во время еще одного свидания?
Гант усмехнулась.
— Конечно!
11:01
Шофилд и Гант ехали на отделяемой платформе мини-лифта по главной шахте, вооруженные теперь только пистолетами Шофилда: у Гант был М-9, у Шофилда — Desert Eagle.
Шофилд послал Хагерти вниз, на Уровень 6, чтобы тот ушел через аварийный выход. Увидев обрубленную половину тела полковника Харпера, Хагерти не возражал. Он хотел выбраться с Зоны 7 как можно скорее.
— Не знаю, сможем ли мы нейтрализовать систему самоуничтожения, — сказала Гант, в то время как Шофилд делал ей укол вакцины от Сино-вируса, чтобы она могла свободно находиться в зараженном ангаре. — Чтобы отключить систему, необходимо ввести код до 11:05, а у нас нет никаких кодов.
— Я уже занялся этим, — сказала Шофилд, доставая мобильный телефон. Он нажал на повтор, и на линии сразу же появился голос Фейрфакса.
— Мистер Фейрфакс, как продвигаются дела?
— Код отмены изоляции — 10502, — сказал Фейрфакс. — Залез в систему изнутри, с помощью исходного числа. Так и получил этот код. Похоже, это номер оператора, который принадлежит главному парню там, полковнику ВВС Харперу.
— Не думаю, что он ему еще пригодится, — сказал Шофилд. — Спасибо, мистер Фейрфакс. Если я останусь в живых, я как-нибудь угощу вас пивком.
Он повесил трубку и повернулся к Гант.
— Отлично. Пришло время отключить таймер у этой ядерной бомбы. После этого нам останется только захватить Цезаря живым.
Они поднимались по темной шахте.
Ее квадратное отверстие на наземном уровне зияло над ними, освещенное снизу светом фонарей.
Выяснилось, что Люцифер Лири действительно спустил платформу лифта вниз на Уровень 4. Когда они подошли к шахте из обзорной зоны Уровня 4, Шофилд и Гант увидели, что находящаяся перед ними огромная платформа завалена телами, их там было не меньше 15-ти — заключенные, десантники 7-го эскадрона, морские пехотинцы и люди из Белого Дома — которых Лири, без сомнения, собирался расчленить самыми изысканными и необычными способами.
Шахта теперь простиралась над Шофилдом и Гант — открытая и свободная.
Пока они быстро поднимались по ней, Гант перегнулась через край платформы. Она вылезла вместе со своим «Мэгхуком», который заранее прикрепила к нижней части мини-лифта.
— Приготовься, — сказал Шофилд.
Они прибыли к главному ангару.
Ангар был похож на ад.
В буквальном смысле слова.
Везде горел огонь, освещая огромное пространство призрачным оранжевым светом. Повсюду лежали тела.
Все было завалено обломками — останками взорванных вертолетов, смятыми тягачами, остатками баррикад отряда «Браво» рядом с внутренним зданием.
Наклонные окна диспетчерской, выходящие в ангар, были полностью разбиты. В один из огромных деревянных ящиков, свисавших с подъемной системы, даже врезался перекореженный обломок хвостового винта «Совы-2».
Однако, удивительным образом, один объект остался неповрежденным.
«Пехотинец-1».
Он все еще стоял у западной стены шахты авиационного лифта, чудом не тронутый.
Когда лифт остановился внутри ангара, Шофилд и Гант с тревогой оглянулись вокруг.