Айседор Розенфельд
Симптомы. Больны ли Вы? Насколько серьезно?
Isadore Rosenfeid Symptoms. Am I sick? Is it serious? Should I call my doctor?
Самым дорогим женщинам в моей жизни:
моей жене Камилле, моей матери Викки,
моей дочери Хильди и моему другу Мэри Ласкер
ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ
![Симптомы. Больны ли Вы? Насколько серьезно? Нужно ли Вам идти к врачу _000.jpg](https://litlife.club/books/229755/read/images/_000.jpg)
Книга, которую вы держите в руках, претендует на то, чтобы стать настольной в каждом доме и в каждой семье. Ее автор — врач профессор А.Розенфельд, великолепный специалист, через руки которого прошли многие представители американского истеблишмента, предлагает вниманию читателя весьма необычную медицинскую экциклопедию... Не пугайтесь, это не та, рассчитанная сугубо на профессионала, энциклопедия, прочитав которую один из героев Джерома К.Джерома к своему ужасу обнаружил у себя признаки всех описанных в ней заболеваний, кажется, за исключением только родильной горячки.
Эта книга не для врачей, она для больных, а точнее для потенциальных пациентов, коими все мы, к сожалению, являемся. И в этом, пожалуй, ее главная и самая ценная особенность.
Появление "Симптомов" на российском книжном рынке — явление само по себе весьма симптоматичное. Рухнул железный занавес духовного изоляционизма, и свободный поток информации несет в российское культурное пространство непривычные, а зачастую и не всегда понятные представления, взгляды, идеи. Многие из них в той или иной степени отражают суть происходящих в мире перемен, в том числе и в гуманитарной сфере, в отношении человека к окружающей среде, к себе самому и своей жизни, наконец, к своему здоровью. И здесь можно смело говорить о существовании некой отличной от привычных нам норм и понятий "западной психологии здоровья". В ее основе лежит установка на отношение к собственному здоровью как к главной человеческой ценности, сохранение и приумножение которой становится ныне не только правом, но и первейшей обязанностью человека и гражданина.
Конечно, здоровье — дело не только личное, но и общественное. Но дело не столько в том, что западное общество организовало оптимальную систему здравоохранения, сколько в том, что оно постепенно создало атмосферу неприятия и осуждения всего того, что мы называем "нездоровым образом жизни". Курение, употребление (заметьте, не злоупотребление, а употребление) алкоголя, ожирение да просто нездоровый внешний вид расцениваются как пороки и вызывают сугубо отрицательную реакцию не только в общественном мнении, но, что еще более существенно, и в работодательных структурах. В таком обществе даже перспективному армейскому офицеру за несколько килограммов лишнего веса может грозить отставка. Только из-за пристрастия к пиву там можно лишиться поста министра обороны, а из-за невинной привычки "подымить" — места главного врача в престижной клинике.
Можно сколь угодно долго рассуждать о плюсах и минусах этого явления "буржуазной действительности", однако необходимо признать, что именно установка на отношение к здоровью как к главной человеческой ценности принесла немалую пользу и человеку и обществу, средняя продолжительность жизни в котором приближается к 80 годам. Можно подробно обсуждать причины и корни этого феномена, но следует понять, что определяющим здесь является один только фактор — фактор отношения человека к своему здоровью как к частной собственности, от сбережения которой зависит все его благополучие и сама жизнь.
В этом, пожалуй, и состоит основное отличие "западной психологии здоровья" от психологии, так сказать, отечественной. Система тоталитарного государственного планирования, незыблемый приоритет общественного в ущерб личному, навязчивая, но иллюзорная "забота о человеке" — все это породило некий особый менталитет "советского человека", как огня боящегося личной инициативы и ответственности во всем, даже в том, что касается его собственного здоровья. Человека безразличного и нетребовательного к самому себе и, напротив, до агрессивности требовательного к другим, в том числе и к обществу, иждивенцем которого он себя вполне законно считает.
Трудно сказать, что это — наша вина или наша беда? Скорее всего, здесь и то, и другое. Так или иначе, обществу в целом и каждому человеку в отдельности приходится дорого платить за неоправданную жестокость первых и "утешающий обман" последних десятилетий советской действительности. Речь, однако, идет не о дне ушедшем, а о дне сегодняшнем и о дне завтрашнем. Возвращаясь на столбовую дорогу человеческой цивилизации, мы должны в первую очередь изменить эту ущербную пассивно- иждивенческую психологию, осознать себя свободными гражданами, научиться активно и самостоятельно планировать свою трудовую, семейную и личную жизнь, нести личную ответственность за все, включая собственное здоровье и благополучие. Может быть, впервые за долгие годы нам предоставляется возможность начать все заново. И если это так, то неужели мы вновь начнем с грандиозных планов и свершений, а не с самих себя, со своих детей, со своей семьи, с малого? Ведь, как говорит древняя мудрость, все великое — в малом.
Конечно, многим может показаться, что именно в наши "окаянные дни" ценность здорового образа жизни становится все более эфемерной. Да, нам предстоит тяжкий и наверняка долгий путь, но это — путь выживания, а не вымирания. И если смерть, как утверждает пословица, красна на миру, то выживать в условиях рыночной экономики, хотим мы этого или не хотим, придется каждому в отдельности. А это означает, что каждый сам должен преодолеть в себе коллективистский психологический стереотип и начать заботиться о себе, о своем, именно о своем, а не об абстрактном социальном организме, ибо здоровье, как и богатство общества, в конечном итоге зависит от здоровья и богатства его граждан. Каждый должен понять, наконец, что в условиях платной медицины гораздо выгоднее научиться самому беречь свое здоровье и предотвращать болезни, чем платить немалые деньги за их лечение.
Но что значит "беречь здоровье", а главное, как его беречь? Как научиться разговаривать со своим организмом, понимать его, внимать его просьбам и требованиям,своевременно реагировать на них? На эти важные вопросы просто и доходчиво отвечает профессор А.Розенфельд в своей книге "Симптомы". И здесь социальный аспект "психологии здоровья" уступает место ее эмоциональному аспекту. Действительно, по отношению к своему здоровью всех людей, независимо от их принадлежности к той или иной социальной системе, можно разделить на сверхпессимистов и сверхоптимистов. При относительных плюсах и те и другие имеют один явный минус. И страстное желание лечиться, лечиться и лечиться, и полное пренебрежение к своему здоровью чреваты серьезными проблемами не только медицинского, но и финансового свойства.
Книга А.Розенфельда адресована и тем и другим. Она успокоит пессимиста, научив его отличать мнимое от явного, и озаботит оптимиста, показав ему те пределы легкомыслия, за которыми кончается эпикриз и начинается эпитафия. Наконец, и это, может быть, самое главное, и тому и другому она подскажет, как ясно и грамотно объяснить свои ощущения и переживания лечащему врачу. "Первое мнение толкового пациента, — говорит профессор Розенфельд, — обычно оказывается правильным".
Итак, если уж нам самой судьбой суждено рано или поздно стать пациентами, то выгоднее быть пациентами толковыми. Для этого следует научиться, во- первых, принимать подаваемые организмом сигналы, во-вторых, своевременно расшифровывать их и, в-третьих, адекватно реагировать на поступающую в виде болевых или иных необычных ощущений информацию. Этим мы обеспечим себе ту самую обратную связь, без которой, по Норберту Виннеру, не может функционировать ни одна сложная система.