Изменить стиль страницы

– Землян. Любых землян. Национальность не имеет значения.

– У вас большие планы. Вы были бы мне очень симпатичны, если б хоть раз в году ходили в баню. Вы анархист?

Рыжий упорно не желал выходить из себя, по-прежнему сохраняя невозмутимость.

– Меня не интересуют земные религии и всякие политические «измы». Я – уроженец Марса.

– Хе-хе! Оч-чень приятно! – пробурчал за его спиной Хансен.

Рыжий обернулся и оглядел его своими змеиными глазами. Хансен добавил:

– Я тоже так умею. Знаете, кто я? Мудрец из страны Оз?

– Весьма остроумно, – отчеканил рыжий ледяным тоном.

– А по-моему, ваши шарики как-то не так крутятся, – сказал Армстронг. – Вы сумасшедший?

– Видите ли, мистер Армстронг, психотрон объявил вас нормальным, а вот нас – к сожалению, нет. Вот почему мы торчим на этой паршивой планете? Вот почему мы хотим вырваться! – Он наклонился вперед. Глаза рыжего засверкали сильнее. – Никакая чертова машина не имеет права решать, где кому жить. И не сможет, если вы…

– Не загибайте! Ваша история не выдерживает критики сразу по нескольким пунктам. Во-первых, большая чистка завершена уйму лет назад, и поэтому…

– Завершена, – прервал рыжий, – но отдельные люди с дефектами мышления рождались в каждом следующем поколении. Их вышвыривали вон сразу, как только обнаруживали. Они появлялись здесь, у вас, раз за разом – принцесса Карибу, Каспар Хейзер… имя им легион?

– Второе, – спокойно продолжал Армстронг, – ни один человек, даже полный идиот, не стал бы хвастать своим идиотизмом, не имея на то причин. Какая же причина у вас?

– А как вы думаете?

– Я думаю, что вы пытаетесь меня надуть, заявляя, будто завоевание космоса послужит безумным целям патентованных идиотов. Зная мое отношение к теме, вы рассчитываете таким образом заставить меня отказаться от своих планов.

Именно этого добивался «Норман-клуб»! Я полагаю также, что вы – всего-навсего шестерка и работаете на «Норман-клуб», обрабатывая меня по принципу «от противного». Я не могу понять только одного – почему, черт бы вас всех побрал, почему вы придаете моей персоне такое значение?!

– Не мои, а ваши выводы, мистер Армстронг, не выдерживают никакой критики. Мы имеем такое же отношение к «Норман-клубу», какое вы имеете к индийским раджам. Что же касается вашей значимости – она определяется информацией, которую вам удалось откопать и которая затрагивает нас непосредственно. – Рыжий медленно покачивал ногой, ударяя каблуком по столу. Рука его твердо сжимала похожее на фонарь оружие, а раструб был направлен Армстронгу в грудь. – Я не могу заставить вас поверить в то, во что вы верить не желаете. Но если, отказываясь верить фактам, вы также отказываетесь подчиниться нашим требованиям… – Он многозначительно покачал «фонарем». – Мы добьемся этого любым путем.

– Ну-ну, полно! Вы же не герой телесериала о гангстерах, – напомнил Армстронг. – А чего вы добиваетесь?

– Информации.

– Какой информации?

– Не прикидывайтесь идиотом! – неожиданно вспылил рыжий. – Вы знаете, что нам нужна информация о ракетах девятнадцать и двадцать…

– А-а! – произнес Армстронг, изо всех сил скрывая изумление. – Ах, это! Ну, я ее закопал.

– Где?

– Под Статуей Свободы.

– Это не смешно. – Рыжий опустил ноги на пол и выпрямился во весь рост. Оба его приятеля, выйдя из полурасслабленного состояния, насторожились. – Честно говоря, я уже сыт по горло препирательством с таким упрямым мулом, как вы. Мы даем вам ровно минуту…

Слова его заглушил внезапный шум в приемной. Дверь распахнулась, послышался топот ног, пронзительный крик Мириам, и один за другим прогремели четыре выстрела. Стекло в двери треснуло, куски его разлетелись по сторонам, и крупнокалиберная пуля впилась в ножку стола. В тот же миг Армстронг ударом ноги вышиб из руки рыжего «фонарь», который со стуком упал на ковер.

Не теряя времени на то, чтобы выпрямиться, он выбросил вперед мускулистую ручищу и сгреб рыжего в охапку. Тот почти не сопротивлялся, это было бесполезно.

Армстронг рычал, как рассерженный медведь. Грохнул выстрел, струя пламени ударила со стороны внутренних помещений офиса, и Армстронг увидел, как темные, напряженные глаза детектива вперились в худощавого, сгибающегося в поклоне, как японский генерал. Еще два выстрела прозвучали со стороны задней двери. Армстронг не обратил на них никакого внимания и, игнорируя судорожные попытки рыжего освободиться, одной рукой надавил ему сверху на шею, другую завел под подбородок и дернул одновременно вверх и вбок. Послышался глухой треск, и тело рыжего безвольно свалилось на ковер.

Тяжело дыша, Армстронг поднялся на ноги и вытер руки о полы пиджака.

– Черт возьми! Я свернул ему шею! Как цыпленку! – Он с удивлением посмотрел по сторонам и заметил, что суровый Хансен все еще сжимает в правой руке пистолет.

Толстый помощник детектива по имени Пит заглядывал в дверь, а за его спиной маячила пара полицейских. Худощавый неподвижно лежал на полу, а третий налетчик сидел в углу с дыркой вместо левого глаза.

– Кажется, мы перестарались, – опечалился Пит. – Теперь эти ребята ничего уже не расскажут. – Войдя мелкими шажками в комнату, он ткнул ногой худощавого. – Мертвее пустой бутылки.

Спокойно положив пистолет на стол, Хансен посмотрел на полицейских и указал на телефон:

– Звоните, если хотите. Сообщите заодно и в ФБР – у них был какой-то интерес к этим парням. – С выражением усталого смирения он смотрел, как полицейский набирает номер участка. – Отличная работа, Пит, – медленно проговорил Хансен.

– Интересно, что это вы называете отличной работой? – осведомился Армстронг. Искоса поглядывая на полицейских, он незаметно толкнул «фонарь» рыжего под стол, с глаз долой. – Вы знали, что он собирается вмешаться?

– Не знал, но надеялся.

– Как же это случилось?

– У меня свои порядки и свои методы. Когда я получил ту вашу записку, я действительно ушел из кафе. Но мои обязанности взял на себя Пит. Его сменил еще один человек. Наблюдение велось вплоть до того момента, как вы появились здесь, и просто здорово, что я не упомянул об этом раньше. Агентам были даны инструкции дождаться вас, когда бы вы ни вышли, и следовать за вами, куда бы вы ни пошли. Они потеряли вас, когда замолк «комар».

– Ну и?..

– Я и сидел в забегаловке, – вмешался Пит, – когда позвонила Мириам и сообщила, что вы только что явились сюда. Я вернулся к нашей конторе и болтался поблизости, чтобы не пропустить, когда вы выйдете. Потом подъехали эти рожи, а парня с Сайпрес Хиллз я усек сразу. Для меня этого было достаточно – я вызвал полицию, и мы ворвались внутрь за ними следом. Вот и все.

– Вот и все, – как эхо повторил Армстронг. – Очень просто – несколько выстрелов, три трупа, и ответы на все вопросы у нас в кармане, так? Черта с два! Хотя нам и повезло. – Пройдясь взад-вперед по комнате, он столкнул со стола набитую бумагами папку, выругался, наклонился и принялся собирать разлетевшиеся листы. И только Хансен заметил, как Армстронг сунул в карман тот самый, похожий на фонарь, предмет. Впрочем, виду Хансен не подал.

– Они едут сюда, – сказал полицейский, положив трубку. Заметив в ногах худощавого второй «фонарь», полицейский подобрал его, повертел в руках и посмотрел на Пита:

– Вы насчет этой штуковины нас предупреждали? По-моему, ничего особенного. Обычный фонарь.

– Попробуйте его на себе, – предложил Пит. – Может, вы успеете получить удовольствие, прежде чем обнаружите, что играете в раю на арфе.

– Хм! – Полицейский, недоверчиво ухмыльнувшись, положил «фонарь» на стол. Склонившись над третьим телом в углу, он обыскал его, обнаружил еще один «фонарь» и положил рядом с первым. Поняв намек, его напарник вышел в приемную и через несколько секунд вернулся с третьим «фонарем». Оглянувшись через плечо, он проговорил:

– В самый глаз. Отличный выстрел, скажу я вам. Давно у меня так не получалось. Я сейчас в хорошей форме.

Хансен глубоко вздохнул и крикнул: