У Пилота выступила испарина. Он искоса взглянул на Кибернетика. Тот почему-то включал и выключал нашлемный фонарь, видимо, не сознавая, что делает. Радиоастроном и Биоэлектроник взялись за руки, точно дети, и беспомощно оглядывались по сторонам. Только Секретарь Лунной секции, казалось, не потерял присутствия духа. Но может быть, он еще не успел осмыслить всего случившегося?
Люди тревожно всматривались в глубокие причудливые синие тени, подползавшие со всех сторон.
— А где Стюардесса? — вдруг спросил Пилот.
— Да вы же приказали ей остаться в лайнере, — услышал он в шлемофоне голос Кибернетика.
— Но я видел, как весь лайнер целиком втянуло в Пришельца. Значит… Нужно разыскать ее! Бедняжка осталась одна.
— А куда идти? — резонно заметил Радиоастроном. Вместо ответа Пилот двинулся в глубь зала, где сверкали какие-то огоньки. Постепенно обрисовались контуры вогнутой эллиптической панели, на которой горели разноцветные круги и спирали. В центре каждого круга — а их были сотни, — словно зрачки неведомого существа, вспыхивали яркие точки. Время от времени какая-нибудь точка выплескивалась за границу круга, и в этом месте возникал ослепительный пик, сопровождаемый странной мелодией. Десятки таких мелодий сливались в завораживающую симфонию, подобную той, что звучала тогда в динамике лайнера.
— Выражают ли что-нибудь эти мелодии? — прошептал Кибернетик. — И почему здесь нет никого?
— Просто нас изучают, — заговорщическим тоном произнес Радиоастроном.
Все поглядели на него осуждающе, но в душе согласились с таким предположением.
— Где Стюардесса? Надо найти ее, — твердил Пилот. Он повернулся и стал обходить пульт слева. Но его остановил панический возглас Радиоастронома:
— Кислород на исходе!
Пилот резко остановился и взглянул на манометр, вмонтированный в обшлаг скафандра:
— Не может быть. Так скоро?
— А разве мы следили за временем?
Пилот еще раз проверил показания прибора. Давление кислорода упало до минимума. Это значит, что через пять — десять минут… Неужели так глупо кончить? Он с тоской обвел взглядом тонущий в сумраке зал.
Планетолог прижал руки к груди и медленно сполз на пол, Пилот подскочил к нему, поддержал за плечи. Голова ученого упала на грудь. Пилот оцепенело посмотрел на скорчившуюся фигуру, потом выхватил аварийный шланг своего баллона и прикрепил к штуцеру кислородного ранца Планетолога. Открыл перепускной кран. И тут же начал задыхаться сам. Тускнеющее сознание Пилота успело отметить всю бесполезность собственных действий. Какая теперь разница, кто проживет на минуту дольше?
Медленно, словно проявляясь на фотобумаге, перед затуманенным взором Пилота возникли фигуры товарищей, лежащих в самых разнообразных позах. В его легкие живительной струей вливался ароматный воздух. Пилот удивленно осматривался, не замечая, что шлем лежит рядом, у ног. Зал из строго сферического стал овальным. Исчезли странные аппараты, заполнявшие все пространство перед пультом. Вдруг он осознал, что головы товарищей обнажены. Кто-то или что-то успело снять с задыхающихся людей шлемы.
— Что за черт! — воскликнул Пилот, обращаясь к Кибернетику, который пошевелился и тоже открыл глаза. — Вы же все без шлемов.
Кибернетик сел, судорожно схватил себя за голову. Потом взглянул на Пилота.
— Да, но и вы тоже.
Раздался глуховатый голос Планетолога:
— Похоже, что в последний момент кто-то позаботился о нас. Но кто?
— Идемте на розыски Стюардессы! — вставая на ноги, сказал Пилот. Он долго прикидывал в уме, бормоча вслух загадочные фразы: «Сначала втянуло по прямой… Потом швырнуло вверх. Два поворота… Удар. Падение направо… Спиральный туннель». Наконец не совсем уверенно ткнул пальцем в один из трех спиральных выходов из зала, смутно видневшихся вдали.
Едва они вошли в туннель, как погрузились в непроницаемую темноту. Нашлемные фонари вместе со шлемами остались в зале.
— Есть у кого-нибудь свет? — спросил Пилот. Биоэлектроник зажег карманный фонарик. Луч света выхватывал из тьмы опоры, балки, какие-то решетчатые конструкции. Они блуждали довольно долго, удивляясь тишине и безлюдью. Странные конструкции сменялись еще более удивительными аппаратами, которые работали совершенно беззвучно, и оттого тишина в корабле казалась еще более тягостной. Несколько раз им попадались отсеки, где за прозрачными стенками сосудов, напоминавших огромные груши, находились какие-то существа, похожие на растения, и растения, смахивающие на животных. Увидев первые «колбы» с шевелящимися телами, люди бросились к ним, решив, что это и есть разумные обитатели Пришельца, но быстро удостоверились в своей ошибке.
— Корабль это или зверинец? — спросил раздраженно Радиоастроном.
Но Планетолог подолгу задерживался у каждого «экспоната». Товарищи нетерпеливо тащили его за рукав.
— Где же хозяева ковчега? Почему они скрываются от нас? — все время возмущался Пилот. — Вот тебе и контакт с иной цивилизацией.
Все уж порядком устали, когда тьма впереди стала рассеиваться. Вскоре показалось ярко освещенное помещение. Они вошли в него. Здесь рядами стояли уже знакомые людям прозрачные сосуды, но пустые, будто приготовленные для новых «экспонатов». А дальше нечто вроде гигантских стеллажей. Внимательно осмотрев их, Пилот изумленно чертыхнулся.
— Да ведь это мой СЗЛ-27, разобранный на составные части! Вон моторная группа, а там…
Он замер с полуоткрытым ртом. В одной из «груш» он увидел Стюардессу, делавшую отчаянные знаки. Но ни единого звука не прорывалось сквозь стенки диковинного сосуда, хотя теперь, после того как люди пришли в себя в зале Эллиптического пульта, во всех помещениях корабля появился воздух — упругая среда, проводящая звуковые волны.
Пилот подбежал к сосуду и стал дубасить по его поверхности кулаками в наивной надежде, что ему удастся открыть «грушу».
— Антигуманоиды! Варвары!… Немедленно выпустите ее!
— Это противоречит всем правилам Первого Контакта! — крикнул Биоэлектроник. — Но почему заключили ее в такой сосуд, а нас нет? — спросил он Кибернетика. — Неужели ее приняли за животное? Ведь в подобных колбах мы видели только бессловесных существ?
Все эти недоуменные вопросы остались, разумеется, без ответа. Земляне обступили «колбу» со Стюардессой. Кибернетик буквально обнюхал и ощупал каждый выступ, наплыв, утолщение, надеясь обнаружить открывающий киберомеханизм. Через некоторое время он выпрямился и, отирая с лица пот, безнадежно махнул рукой:
— Абсолютно непостижимая конструкция. Больше смахивает на биоаппарат.
Он вопросительно взглянул на Биоэлектроника.
Тот придирчиво обследовал сосуд, но его познаний тоже оказалось недостаточно.
Потеряв самообладание, Секретарь стал выкрикивать в пустоту:
— Появитесь же кто-нибудь! Вы, скрывающиеся от нас существа! Выходите же! Мы требуем честного, открытого Контакта.
Словно в ответ на его призыв в зале померк свет. Их опять подхватила та же неведомая сила и помчала по бесконечным спиральным туннелям. Снова они очутились в зале Эллиптического пульта.
Но на этот раз с ними была и Стюардесса. Она растерянно глядела на своих спутников, и, потирая колени, совсем буднично пожаловалась, как будто и не с ней приключились столь удивительные события:
— Ох и затекли же у меня ноги.
![Континуум два зет (сб. из периодики) pic_41.png](https://litlife.club/books/227120/read/images/pic_41.png)
Непостижимое поведение гипотетических обитателей Пришельца обескураживало. Когда неизвестный противник делает с тобой все, что хочет, даже не показываясь на глаза, — это морально уничтожает. И хотя никто из пленников по существу не пострадал, настроение падало с каждой минутой. Они не нашли в корабле никаких разумных существ. Но тогда кто же взял их в плен? И зачем? Выходило, что вместо так давно ожидаемого людьми Контакта с инопланетными цивилизациями, который мыслился, как общение высокоинтеллектуальных особей, обмен научными и техническими идеями, на них просто-напросто напал какой-то космический пират.