Здравствуйте, Повелитель Ветров! Известно ли вам, что вытворяет у нас суховей? Он сжигает
хлеб, сады, сушит землю. Неужели нельзя его обуздать?
Можно! — послышался старческий голос издалека. Я уже сообщил людям в степях. Ещё весною посадили они большие заслоны — полосы лесов. Но суховей вырвал с корнями первые, вторые, третьи ряды деревьев и только на сотых полосах устал. А ещё не везде выросли такие лесные полосы. Коварный суховей пробрался южнее, разогнал всех своих братьев — морские ветры — и с засухой полетел к вам. Но мы справимся с ним. Надо, чтобы полил дождь. Суховей разгоняет дождевые тучи. Так пусть сами люди сделают дождь. Уже есть люди, умеющие управлять дождями. Настоящие дождевые инженеры. Помогите им отвести каналы из рек, устроить фонтаны, напоить вашу землю живой водой. И уйдёт суховей!
Вот как! Хорошо! Так скорее же за работу!
Татьянка помчалась к дождевым инженерам, которые отводили воду из рек и поили истомившуюся от жажды землю.
— Нам надо, чтобы вы пустили живую воду и на наше поле,— сказала она, поздоровавшись.— И мы, и все люди, которые работают на полях, будем вам помогать как сумеем.
Через некоторое время стало поле неузнаваемо. Оно будто высокими грибами укрылось, и из-под шапочек этих грибов, когда надо было, лил дождь, настоящий дождь. И струи его можно было направлять куда угодно. Оксанка, ни на минуту не забывавшая о своих обязанностях, быстро сообразила, что это может помочь звену. Когда кто-нибудь из ребят начинал потягиваться, зевать, она незаметно направляла на него струйку воды, и тот сейчас же веселел.
Да, это была действительно живая вода. Ожили и земли, и нивы, и люди.
— Смотрите,— радовалась Татьянка,— сколько
у нас теперь новых интересных знакомых! И все они — верные наши друзья: и тракторист, и лётчик Галя, и дедушка — Повелитель Ветров, и дождевые инженеры. Очень интересно жить на свете!
Вот уже заколосилась нива, и была она как сплошное золотое море. Не было заметно ни единой сорной травинки, ни единого василька или вьюнка, красивых на вид, но мешающих пшенице расти и жить на свете. Выходили дети своё поле.
И снова загрохотали машины. На поле выехал важный, величественный комбайн. Он сразу и косил, и молотил.
Вы и представить себе не можете, как волновались дети! Ведь сейчас, вот-вот они узнают, где же волшебное зерно! Они приготовили по огромному мешку на каждый участок. И каково же было их удивление, когда во все мешки со всех участков посыпалось совершенно одинаковое крупное золотое зерно! Куда крупнее того, которое дал им посеять доктор!
Но где же волшебное?..
— Что нам теперь делать? — вздохнула Марь- янка.— Неужели мы сделали что-то не так? Ведь мы не поссорились ни разу...
— И за работой никто никогда не хныкал,— кивнула головою Оксанка.
— И помогали нам только друзья,— добавила Татьянка.
— А врагов и близко не подпускали,— сказали Ивасик и Панасик.
— Нужно опять написать доктору,— решил Юрко.
Телеграмма готова,— сказал Сашко и помчался к телеграфисту.
Телеграмма снова была для постороннего глаза непонятная: «Мы отчаянии тчк зерно всё чудесное тчк врагов не было тчк земля дружба тчк волшебное не знаем где тчк привет от всех тчк».
Телеграфист пожал плечами, но на этот раз уже без возражений отстукал телеграмму. Ответ был и на этот раз краткий и простой: «Привет всем тчк смелите понемногу зерна с каждого участка тчк предупредите на мельнице и хлебозаводе».
Вся страна собирала урожай. Урожай был замечательный, потому что все работали дружно — и тот, кто пахал, и тот, кто сеял, и тот, кто воевал с вредителями, и тот, кто управлял ветрами и дождями.
По дорогам без конца мчались машины, переполненные мешками с зерном. Нужно было теперь всё зерно перемолоть, и вот заработали все мельницы. И большие паровые, и шумные водяные на плотинах рек и озёр, и даже древние старички-ветряч- ки тоже замахали своими руками-крыльями.
«А как же, а как же,— шумели они,— и мы пригодились! Столько зерна! Вот и мы, старики, поможем».
А мешки с трёх детских участков ехали к новой большой мельнице-элеватору с новейшими и наилучшими машинами, потому что ребята боялись, как бы в конце концов чего не случилось с зерном и не погибло бы волшебное. Они ждали, они уверены были, что в одном из мешков будет необыкновенная волшебная мука.
С зерном ехала Татьянка и везла подробное письмо, написанное Сашком. Это письмо было обращено к самым молодым рабочим мельницы, ещё ученикам, почти ровесникам наших друзей. Ребята очень просили особенно внимательно отнестись к их зерну.
Но какой ужас! И мука оказалась вся совершенно одинаковая!
Оставался ещё хлебозавод, где пекли из муки разные хлебы, булки, крендели, калачи. Всё своё искусство вложил Сашко в последнее письмо — последнюю надежду ребят. И все они, волнуясь, помогали ему писать.
Мальчики и девочки в белых халатах и белых колпаках получили странное письмо и растерялись.
Незнакомые дети писали им о каких-то волшебных зёрнах, из которых должна была выйти волшебная мука и волшебный хлеб. В письме ребята просили, чтобы этот хлеб испекли как можно лучше и чтобы все были при этом весёлые.
К юным булочникам подошёл Главный Мастер Самых Сладких Булок. Он был толстый, с весёлыми пышными усами и со щеками, как большие сдобные булки. Он прочитал письмо и — представьте себе! — ни капельки не удивился.
— Что же здесь удивительного? — спросил он своих юных помощников.
— Они пишут, чтобы мы были весёлые, когда будем замешивать и сажать хлебы в печь.
— Ха-ха-ха! — засмеялся Мастер Самых Сладких Булок.— Это же ещё моя прабабушка знала, что хлеб у весёлой хозяйки всегда самый лучший. Разве вы видели, чтобы я когда-нибудь грустил или скучал? Потому-то я и премию получил за самую сладкую, самую вкусную булку. И вас хочу тому же научить! А как же! Для людей делать самое главное — хлеб — и при этом ворчать и сердиться?! Э, нет! Письмо написали, я вижу, разумные ребята.
— Они ещё пишут о волшебной муке и волшебном хлебе,— несмело пропищал самый маленький пекарёнок.
Но и это не обескуражило весёлого толстяка.
— Интересно знать, когда это мой хлеб не был волшебным?
Он просто не понял, в чём дело, решил, что это очередная похвала его работе, и принялся замешивать тесто, как всегда весело напевая и подбадривая учеников. Первую муку нового урожая он взял из трёх волшебных мешков и выпек из неё круглые хлебы.
Но на этот раз и он был удивлён. Никогда в жизни не видел Мастер таких хлебов. Они поднимались на его глазах, достигали невероятной высоты, не помещались в формы и еле влезали в печь.
А когда их вынули, они были лёгкие, пышные и такие пахучие, что даже на улице люди останавливались.
Только были они все одинаковые!..
Главный Мастер Самых Сладких Булок отрезал по кусочку на пробу, дал помощникам, сам откусил и развёл руками.
— Это что-то необыкновенное! Такого даже я никогда ещё не едал. Словно мне силы от этого кусочка прибыло и словно я не работал сегодня совсем. Это на самом деле какой-то волшебный хлеб.
Острый доктор наконец приехал. Взволнованные ребята — все семеро — пришли к нему, неся три чудесных хлеба.
![Сандалики, полная скорость! _17.jpg](https://litlife.club/books/226829/read/images/_17.jpg)
Никогда в жизни не видел Мастер таких хлебов.
— Мы делали всё, как вы нам говорили,—сказал Юрко,— а они всё равно все вышли одинаковые.
— Одинаково волшебные? — хитро улыбнулся доктор.
— Они действительно необыкновенные,— ответили ребята.— Все, кто пробовал хлеб из нашей муки, всё равно из какого мешка, говорят, что он просто волшебный.
— А каким бы он ещё мог быть,— сказал доктор,— если вы все с одинаковым жаром работали над каждым зёрнышком, если столько любви вы и ваши друзья вложили в свой труд!
Он хотел ещё что-то сказать, но тут зазвонил телефон. Доктор взял трубку.