- Он дышит, Дар? - Найнер знал ответ. Дарман видел достаточно много раненых. Если он замер - то это потому, что делать что-то ещё смысла уже не было. - Только не говори что он сделал какую-то глупость...
Дарман молча спрыгнул вниз, и ударил плечом возле замка. На этот раз дверь не выдержала.
Эннен, должно быть, вовсе не считал, что он делает что-то глупое. Для него это было совершенно верным. Он сидел, невидяще уставившись в потолок, шлем стоял на полу. На его лице не было никаких заметных следов, но он, несомненно, был мертв. Его пистолет, ДС-15, валялся на полу, завалившись под разделительную перегородку.
- Реде вызови меддроидов. - приказал Найнер. Очевидно это или нет, но констатировать смерть должен был кто-то, сведущий в медицине. - Скажи им прихватить носилки.
Дарман не сказал ничего. Суицид в рядах коммандо был очень необычным делом. Найнер не мог припомнить ни одного, но с другой стороны он не думал, что стал бы про такое рассказывать. Он не знал и того, насколько часто консервы решали что с них довольно. Всё что он знал - это то, что он потерял одного из своих людей, и что он никогда не простит себе того, что оставил Эннена наедине со своими мыслями, не понимая - насколько тот был близок к грани.
Что его подтолкнуло? То что он пристрелил гражданского? Или что не пристрелил джедая?
Появилось ещё несколько коммандос. В казармах сложно палить из оружия и не привлечь внимания.
- Расходитесь. - скомандовал Найнер. - Всё закончилось. Эннен вышиб себе мозги, бедный шабуир. А теперь возвращайтесь делать, что делали. Тут не криффово представление.
Реде, похоже, не был уверен входит он в категорию тех, кому надо проваливать или нет, и колебался, пока Найнер не поманил его, махнув рукой. Двое меддроидов, жужжа, влетели в уборную с репульсорными носилками, и несколько минут спустя появились с телом Эннена, укрытым куском ткани.
- Что ж, он больше не страдает. - проговорил Найнер, не до конца уверенный, что это подходящие к моменту слова. - Это жестоко, но по крайней мере - для него всё закончилось.
- Не знал, что он так далеко зайдет. - Дарман, судя по голосу, был ошеломлен. Он разглядывал свои руки. - Я собирался вытащить его, и обо всём поговорить...
- Да уж; хотя мне всегда казалось, что он не из говорливых. - Теперь Найнер должен был доложить об инциденте Мелузару. Что делают в таких случаях? Он никогда раньше не сталкивался с самоубийством, и не мог даже припомнить никаких правил на такой случай. Впрочем, у них был командующий офицер, который мог бы устроить Эннену погребальный обряд, который того устроил бы. - Я должен был понять его намного раньше. Шаб, я должен был...
Дарман снова и снова стягивал и надевал обратно одну перчатку. Он явно не обращал внимания на Найнера.
- Это последний раз. - проговорил он. - когда я откладывал что-то на потом. "Потом" - никогда не бывает.
Он подхватил свой шлем и направился к дверям. Найнер решил что Дар успокоился и оправился от самого тяжелого отчаяния, но сейчас всё что угодно могло снова подтолкнуть его к краю. Там много было случаев, когда ты мог потерять близких прежде, чем успеешь спохватиться. И пусть даже с Энненом было тяжело - он всё равно был одним из команды.
- Дар, ты куда? - Найнер двинулся за ним. - Эй, подожди...
Дарман помедлил и оглянулся.
- Всё в порядке, нер вод. Я не собираюсь вышибать себе мозги. У меня есть ради чего жить. - Он поднял шлем, чтобы надеть его. - И я собираюсь поговорить с ним как можно быстрее.
Кириморут, Мандалор, десять часов после появления Зея.
Вэу вернулся, и он был в бешенстве.
Ордо наблюдал, как спор между ним и Кэл'буиром набирает обороты, словно он летел без тормозов под гору. Выражение довольства и иронии на лице Вэу исчезло после пары шагов по трапу из кабины гиламаровского челнока, и Ордо был совершено уверен что новость о том, что Зей жив была как-то с этим связана. Гиламар и Атин спокойно возились с разгрузкой лабораторного оборудования, словно они видели такое и раньше. Так оно и было. Шоу "Скирата и Вэу" было для них привычным развлечением в свободное время на Камино.
- Ты из ума выжил? - взорвался Вэу. Он никогда не орал. Он был аристократом с Ирмену, наследником Графа Гесла, до того как отец от него отрекся, а дворяне не вопят словно простолюдины. Хотя громко выражать неудовольствие они могут. И перебранку двух старых сержантов могло слышать всё поместье. - На кой нам сдался Зей? Ты понимаешь, какой это риск? Ты свихнулся.
- Думаешь, я приглашал шабуира заглянуть на каф с печеньками? - А вот у Скираты трудностей с рыком во весь голос не было. - Он здесь. И мне это нравится не больше чем тебе. Но он есть, так что уймись, пока мы не разберемся с проблемой.
Скирата решительно зашагал прочь. Ордо дал ему пару минут, чтобы остыть от состояния "прыгает крышка" до простого "слегка кипит", а затем направился за ним.
Насколько было известно Ордо - нельзя было сказать, что Вэу недолюбливал Зея. Он, судя по всему, почти что наслаждался словесными пикировками с генералом, даже зная о том, что Зей понимал, что его каким-то образом дурачат.
Но у джедаев было свое место. И было оно не в Кириморуте.
Я согласен. Мы все согласны. Но мы, похоже, не в силах от них скрыться.
Скирата опирался о забор загона с робами, и примеривался метнуть свой трехгранный нож в толстый вешоковый воротной столб в нескольких метрах от него. Один из роб, старый боров со внушительной рыжеватой щетинистой бородой, покрывающей многочисленные подбородки, перестал валяться в грязи вместе с остальными, и встал на задние ноги, упираясь передними в забор, чтобы посмотреть что происходит.
- Всё в порядке, нер вод. - сказал Скирата животному. Он метнул клинок, вонзившийся с глухим стуком в отметину, оставленную им же чуть раньше, и сделал три шага чтобы забрать его. - Время мясника ещё не пришло. Просто спускаю пар.
- Вэу поймет. - У Ордо появилось неприятное чувство, что роба следит за разговором.
- Посмотрим на это логически - Зей теряет столько же, сколько и мы, если он выдаст наше расположение.
Скирата выдернул нож и потрогал острие пальцем.
- Больше. Но я смотрю на это очень лично.
- Джайнг прав. Из таких ситуаций всегда можно извлечь выгоду.
- Только по необходимости. Я хотел в жизни никогда больше не видеть джедаев. Но я, похоже, не могу от них спрятаться. - Скирата вздохнул, задержал дыхание и снова метнул нож. Ордо часто задумывался о том, что творится в голове у Скираты во время таких упражнений. - И если ты думаешь что сейчас Вэу в бешенстве - посмотри, что будет, когда я скажу ему что мы думаем о сделке с Алтисом.
Скирата похлопал его по плечу и направился к дому, оставив Ордо стоять у загона. Дилемма была болезненной. Общий принцип положить конец влиянию джедаев в галактике (или же джедайскому господству, в зависимости от того, насколько серьезным считали это мандалорианцы) всегда относился к безликому джедаю, или, по крайней мере, джедаю, который им не нравился. Но имея дело с бедной маленькой Скаут, почтенной Киной Ха, или вполне достойным и хорошо знакомым им человеком - становилось крайне трудно решиться с ними покончить.
Это, разумеется, не значило, что Ордо этого не сделал бы. Он просто не знал, насколько скверно он чувствовал бы себя потом. Но его выучили убивать бесстрастно, потому что угрозы должны быть ликвидированы, и он не видел существенной разницы между угрозой, которую ты не знал, и угрозой со знакомым лицом.
И то что было им известно - местоположение Кириморута - не могло быть стерто никаким иным способом. Если только Джусик не вытащит из рукава какой-нибудь Силовой фокус.
Ордо внезапно заметил, что сейчас он стоит почти что нос к носу с боровом. Животное заглянуло ему в лицо и хрюкнуло. В этот момент встречи взглядов, он подумал о том, что привязанность к животному не так уж отличается от привязанности к человеку, и о том - что он будет чувствовать, когда в конце концов он его съест.