Так же, как и он, пусть и по иной причине.
Были джедаи, которые ему нравились, и джедаи, которых он презирал, и был Орден Джедай, который, на его взгляд, был ничуть не лучше Сената. Он существовал ради самого себя, как и все прочие организации. После этого всё стало становиться туманней. В галактике, как оказалось, были несогласные, Алтисы и К'Круксы, и были всякого рода владеющие Силой секты, о которых Ордо и не догадывался. И, похоже, все они не были единой пользующейся Силой семейкой.
Коммандер Мелузар рассматривал их всех, как опасность. Ордо не мог ответить на вопрос - прав ли он, и неуверенность раздражала его, как зуд в спине. Аргументы были убедительными. Но он попытался различить явно несправедливое превосходство владения Силой, от его собственного превосходства - в том, что он много умнее любого другого, за исключением его братьев.
Мысль была интересной. Он отложил её, когда Най внезапно заложила незапланированный вираж влево, заставив навигационный компьютер свистнуть ей о том, что она сбилась с пути. Ордо огляделся вокруг, ожидая неприятностей.
- Расслабьтесь, ад'ике. - сказала она. Она уже выучила несколько слов на Мэндо. - Просто обхожу место, где мне бы не хотелось пролетать ещё раз. Пока что. Может, когда-нибудь...
- Что за место? - спросил Мереель.
- Шинарканский мост. - Най плотнее прижала к уху гарнитуру, прислушиваясь к новостям. - Так, а Палпатин только что сделал заявление - почему он был вынужден умиротворить Гибад... смертоносным вирусом.
Кириморут, Мандалор, десять часов после применения прототипа вируса FG36.
- Я их убила. - проговорила Утан. - Это моих рук дело.
Она сидела, обхватив голову руками и упершись локтями в кухонный стол. Джусик не знал как её успокаивать. Он просто сидел на страже рядом с ней, за тем же столом сидели Скирата и Гиламар; все остальные домочадцы спали. Прошло пять часов с того момента, как Гиламар решил, что Утан уже достаточно насмотрелась на разрушение её цивилизации, любезно продемонстрированное ей Сетью Галактических Новостей, щедро субсидированных Верфями Куат Драйв.
Мало что можно было сказать ученой, чье биооружие только что использовали для уничтожения её же собственного народа. Джусик хотел бы, чтобы Скирата не сделал замечания насчет того, что у тех, кто живет мечом, тоже есть шанс от него же и умереть, и у них нет права возмущаться, если так случается. А потом он почувствовал укол мимолетного испуга, когда понял что он был близок к тому, чтобы не раздумывая повлиять на разум Кэл'буира.
Это неправильно. Ты знаешь, что это худшее, что ты мог бы сделать. И ты знаешь что он невосприимчивый.
Но в этот момент Скирата был восприимчив; его защита не действовала. Он взглянул на Джусика, словно что-то почувствовав. Где была грань между непозволительным влиянием на других, и просто способностью тихо удержать их от неверных слов, потому что они хорошо тебя знают, и могут распознать незаметные жесты? Джусик не знал - стал бы он пользоваться Силой или нет. Он поймал себя на том, что погружается в болото вины - вины за то, что у него есть эта способность, за то, что он думает об этом, когда погибли миллионы, за всё, что было связано с Утан. И он выругал себя за то, что недостаточно проникся горем Утан, и вместе с тем - за то, что он закрывает глаза на её работу, которая как раз и была, частью своей, связана с быстрым, массовым убийством.
Моральная устойчивость. Отличная шутка. После всех моих высокоумных споров с Мастером Зеем насчет использования клонов, я здесь и старательно придерживаю свою мораль - потому что хочу, чтобы Утан спасла моих братьев.
Но что он мог сделать с ученой вроде Утан, кроме как выразить неодобрение? Чего требовал долг-этика-обязанности, когда он встречал кого-то подобного лицом к лицу?
Не знаю. Просто не знаю. Я должен был отдать её правосудию? Сейчас я не знаю даже, что такое правосудие.
Влияние Джусика, каким бы оно ни было, не заставило Скирату замолчать надолго. Он постучал по деке, с уверенным видом отвлекая Утан от своих мыслей.
- Ты уверена, что это твой вирус? - спросил он Утан. - На том рынке, куда ходит Палпи, выбор богатый.
Утан, наконец, подняла голову. Её лицо было серым, совершенно лишившимся крови.
- С чего бы ещё ему про это говорить?
- А откуда ты знаешь, что это именно твое творение? Он так отлично умеет пудрить мозги, что мы сами начинаем додумывать за него. - Скирата сунул деку в карман. - Что из увиденного заставило тебя думать, что это твой вирус?
Утан несколько долгих секунд смотрела на пустой экран голоприемника.
- Это мой, можешь поверить.
Она поднялась и медленно отодвинула свой стул от стола. Гиламар коротко кивнул Скирате, показывая что он обо всём позаботится, и вышел из комнаты вслед за ней.
Джусик подождал, пока не затихнут их шаги, и снова включили новости. Гибад сейчас был даже не на первых строчках ежечасных сводок. Внимание галактических новостных служб было таким же непостоянным, как и при Республике, и пропагандистской машине Палпатина не приходилось особо напрягаться.
Единственный человек - единственный сит, не может сделать всего в одиночку. Ему нужна помощь ленивых и равнодушных.
- Файрфек. - Скирата покачал головой. - Старый шабуир любуется своим творением.
Джусик старательно вгляделся в мелкие детали голоснимков городов Гибада. Признаки катастрофы везде были одинаковы - городской ландшафт выглядел почти как обычно, почти нормально, пока мусор на улицах не превращался при увеличении в мертвые тела, и тогда вся сцена выглядела совершенно иначе. У нижней грани экрана всплывали и пропадали короткие заголовки. Некоторые относились к самим снимкам, некоторые говорили совершенно про другие события. Всё равно, больше никто не задерживается и ни к чему внимательно не приглядывается. Джусик, тем не менее, внимательно и напряженно следил за прокручивавшимися заголовками.
"ИСТОЧНИКИ СООБЩАЮТ ЧТО ЗА БИООРУЖИЕМ СТОИТ БЕГЛЫЙ ГИБАДАНСКИЙ УЧЕНЫЙ - ВИРУС МОГ БЫТЬ ИСПОЛЬЗОВАН ПРОТИВ ИМПЕРИИ."
- Её вирус, всё верно. - проговорил Джусик. - Смотри. Палпи её показывает.
Скирата с отсутствующим видом взглянул на экран.
- Какой он милашка, верно?
- С чего бы он решил про неё рассказывать? - спросил Джусик. - Ему нет нужды оправдываться перед собой, да и гибаданцев, которые захотели бы её крови осталось немного.
- Ну, эмигрантов по миру должно остаться немало. Он мог решить, что они начнут за ней охотиться и сэкономят ему время.
- А сам он уже получил от неё то, чего хотел.
- Хм... он не получил вирус, избирательно работающий по клонам, или продление жизни... и он не умеет проигрывать. - Скирата потер глаза. - Но как мы собираемся сконцентрировать её ум на исследованиях по старению, когда она только что увидела, как её мир спустили в унитаз при помощи одного из её рецептов?
У Скираты были свои приоритеты, и они явно не включали в себя траур по Гибаду. Джусик понимал, почему Кэл не принимал это близко к сердцу. Это был не первый мир, почувствовавший кулак Палпатина, и он не будет последним; важно было лишь то, чтобы следующим не был Мандалор. Но всё равно Джусик чувствовал где-то глубоко внутри неприятие мысли о том, чтобы залечь на дно, он хотел бы сделать хоть что-то, пусть даже он не знал что, даже если это и было бесполезно.
- Это риторический вопрос, Кэл'буир? - поинтересовался он.
- Нет. Мне нужно, чтобы она оставалась мотивированной; а лучшее, что я могу придумать, это напомнить ей, что мы можем оказаться единственным инструментом для её мести.
- Считаешь, она захочет отомстить?
- Она человек. Ты бы не захотел? Ах да, может ты-то и нет...
- От этого чувства было бы сложно избавиться, несмотря на мое воспитание.
Джусику пришлось свыкнуться с его темной, неприятной стороной. Она была у каждого. Отвергать её было опасным заблуждением. Любой, кто считал что от неё можно избавиться усилием воли и медитацией, просто лишался способности распознать злые умыслы, как они есть, и начинал придавать им извращенно-возвышенную пристойность.