13 глава.
Черт как глупо, как глупо все произошло. Каким местом мы все думали, о чем? Хотя о чем и так ясно, расслабились, возомнили себя всемогущими, трепещите мы идем, и вот результат, почти двадцать тысяч трупов, хотя трупов то и нет, вообще ничего нет, на месте двух наших кораблей абсолютно пустое пространство, вы поймите АБСОЛЮТНО пустое. Хотя сейчас уже не совсем, постепенно несколько десятков кубических километров стремительно заполняются космической пылью и газом, редкие астероиды осваивают новосотворенное пространство, прокладывают новые орбиты и меняют свои траектории, но какое это имеет значение если два самых мощных и современных космических корабля какие когда только видели десяток галактик в один момент исчезли вместе со всеми кто находился на них, не помогли ни мощнейшие защитные поля , ни супероружие способное взорвать любую звезду или распылить планету, ни что не смогло защитить двадцать тысяч людей. Все что осталось сейчас находится на посадочной палубе «Пегаса», два бота и три десятка человек. Ладно расскажу по порядку.
К концу второго года нашего очередного прыжка ученые более-менее разобрались с подарками от цивилизации разумных плазмоидов и начали потихоньку экспериментировать. Особо сильный интерес вызвало устройство способное превращать вещество в пространство, теоретически на месте какого-то физического объекта при обработке должно возникнуть чистое пространство, абсолютно чистое, то самое, что было до Большого Взрыва. Полгода длились теоретические разработки и проектирование установки, наконец физики и инженеры отрапортовали,- готовы к испытаниям. Приняли решение выйти из гиперпрыжка и провести испытание, рассчитали параметры выхода, с тем умыслом чтобы не далеко находилось какое-то космическое тело. Нашли подходящую блуждающую систему, состоящую из старой потухшей звезды и пятерки планет представляющих собой голые полностью безжизненные каменные шары. Просканировали систему от и до, во всех известных диапазонах, вердикт,- мертвая система, жизни нет, не было и не будет. Выбрали подходящий астероид, подгадав чтобы в случае всего импульс уперся в пятую, самую крайнею планету, по всем расчетам, мощности выстрела ни как не должно было хватить даже для уничтожения астероида, что уж там говорить о планете. Да, должно было не хватить, посчитали себя самыми умными и вот итог. Жанна пригласила всю нашу компанию к себе на корабль, и повод был,- какая-то там круглая дата, эксперимент назначили на завтра, все ходили спокойные и ждали команды на проведение эксперимента, наладчики проводили последние работы, прогоняли на холостом ходу все стадии предстоящего эксперимента. Теперь уже никто не скажет что произошло, почему прошел практический импульс, но факт остается фактом, в тот самый миг когда боты Ара и Алексея коснулись посадочной палубы, на «Кентавре» произошел выстрел. Короткий черный луч уперся в астероид, пронзил его и увеличившись в сотни раз уперся в планету, одновременно с этим черная вспышка возникшая на месте астероида сорвала два корабля с орбиты и как пушинки кинула в сторону планеты, реакторы не успели выйти на необходимую мощность и двигатели коррекции не сработали. Тем временем на месте планеты бушевала черная буря, с каждым мигом разрастаясь все больше и больше, уже через полторы секунды достигнув орбиты четвертой планеты и даже и не думала останавливаться. Наши двигатели успели и мы смогли вырваться из этого ада, а на месте системы через двадцать секунд бушевала пространственная буря, системы не было, на ее месте находилась идеальная пустота, которая постепенно заполнялась пылью и газом, но пищи для бури уже не хватало, еще вылетали из нее редкие языки черной пустоты, но быстро умирали. На месте звезды еще клубился черный туман, но и он постепенно сходил на нет.
Как писал великий русский поэт «Тогда считать мы стали раны. Товарищей считать.». от ИскИнов начали поступать первые доклады, и все не радостные. «Кентавр» и «Араб» уничтожены, «Мустанг» и «Андалузец» очень сильно повреждены, по большому счету они лишились не только межгалактических но и сверхсветовых двигателей, межзвездные сильно повреждены. Меньше всех пострадал «Пегас» и то только потому, что находился значительно дальше других от зоны катаклизма. Помимо этого на «Кентавре» погибло почти девять тысяч человек, а на «Арабе» больше десяти, людей конечно жалко, но тут все не так плохо, на каждом корабле хранятся образцы ДНК всех членов экспедиции, а копии психоматриц мы снять успели еще полгода назад и тоже со всех. Проблема была в отсутствии соизмеримых объемов биологических ресурсов для восстановления всех погибших. Самое плохое было в том, что мы стали полностью неподвижными. Наши производственные мощности позволяют нам восстановить все что угодно и еще немного сверх того, но проблема опять в ресурсах. Того что мы имеем хватит на ремонт только одного корабля и то не полностью, никто не ожидал таких повреждений и сразу у трех кораблей. Темная система нашими стараниями полностью уничтожена, собрать сотни тон нужных материалов используя космическую пыль не реально, до ближайшей, видимой нами, звездной системы более шестидесяти тысяч световых лет, чтобы туда добраться нам потребуется почти четверть миллиона лет, в настоящий момент два наших наиболее пострадавших корабля способны двигаться только на маневровых двигателях, а это чуть больше чем 0.3 скорости света. «Пегас», после ремонта сможет добраться туда за двенадцать-тринадцать лет. Надо принимать решение.
В кают-компании собрались все капитаны и старшие помощники, а также командир наших десантников, не остались в стороне и Жанна с Афи. На повестке дня только один вопрос - что делать? Ну, и как с этим бороться?
Дебатов и споров не было. Все знали в каком положении мы оказались. Поэтому решение приняли быстро, спор возник только о том кто станет капитаном «Пегаса», мою кандидатуру отмели сразу, в итоге выбирали между Аром и Алексеем, в итоге выбор пал на Ара. Основную роль в нашем выборе сыграл вопрос одиночества, Алексей был женат, а разлучать семью на полтора десятка лет как-то не хотелось. В основном обсуждали что делать с «Пегасом». В итоге решили что с корабля снимем все боевые суда, оставим пару крейсеров разведчиков, зато загрузим шахтерскими кораблями по максимуму, снимаем все производственные мощности кроме необходимых для полного восстановления корабля и переработки сырья. Также приняли решение, что на судне останется только непосредственно экипаж и отделение десантников, зато комплектуем техслужбу двойным комплектом ремонтных и обслуживающих дроидов. Сразу как приняли решение закипела работа. С пострадавших кораблей снимались исправные блоки и ими заменяли нерабочие на «Пегасе», неисправные шли в переработку а промышленность из извлеченных материалов изготавливала недостающее. На «Пегасе» шел демонтаж не нужного оборудования и неисправного. Гражданскую часть экипажа переводили на остающиеся корабли, а из экипажей всех трех судов формировали новый, отбирались только добровольцы, все понимали, что по большому счету «Пегас» уходит в неизвестность, на кое-как отремонтированном оборудовании достичь точки назначения очень тяжело. В итоге через два месяца корабль был в относительно исправном состоянии, экипаж сформирован, сто двенадцать человек пилотского, технического и медицинского персонала и с ними восемнадцать десантников во главе с Родионом. Восстановить двигатели полностью мы конечно не смогли. Удалось отремонтировать шесть из восьми межзвездных и четыре из шести сверхсветовых двигателей, маневровые и разгонные были исправны полностью. В такой конфигурации двигательной группы «Пегас» совершать прыжки на сто световых лет и развивать скорость в реальном пространстве до трех скоростей света. Вооружение было исправно полностью, системы защиты оказались немного ослаблены, часть полей не работали в том числе и поле поддержания целостности материи и поле искревления метрики пространства, хотя простые гравитационные поля были вполне работоспособны, также пришлось снять и часть накопителей активных щитов, поменять их в открытом космосе возможности не было, пришлось бы разбирать несущие конструкции корпуса, а это несколько месяцев работ, а потом еще столько же на восстановление. Все завтра «Пегас» уходит, а мы остаемся здесь, будем болтаться в управляемом дрейфе как минимум лет пятнадцать, благо что продуктов воды и кислорода более чем достаточно, да и синтезаторы не пострадали.