Бурилова Светлана

Жмурки

Я считала, что мне повезло, но только вплоть до того момента, как увидела, кого мне предстоит обучать.

Хотя, наверное, надо начать сначала, чтобы понять, почему я так долго находилась в заблуждении.

Двадцать три года назад на пороге одного из сиротских домов оказалась довольно большая корзина, со спящим двухлетним ребёнком, сероглазой девочкой, что выяснилось, когда малышка проснулась и заплакала, требуя, чтобы её покормили. Хозяйка сиротского дома и ещё несколько работниц, что сегодня дежурили, с умилением наблюдали за малышкой. Они недоумевали, как можно было бросить столь очаровательное существо. В корзине, где обнаружился ребёнок, не было ни записки, ни какой-то ещё зацепки, позволившей бы понять, хотя бы из каких слоёв общества были родители девочки.

Впрочем, обнаруженная в последствие цепочка с маленьким невзрачным кулончиком грязноватого оттенка, надетая на ребёнка, дала понять, что скорей всего родители были не богаты. Но когда хозяйка дома, желая самолично вымыть девочку, попыталась снять цепочку и не смогла этого сделать, стало понятно, что первоначальные выводы были несколько неправильны.

Но гадать, что и почему, у хозяйки и её работниц, времени не было, так как забот по дому было много, и так все постепенно перестали обращать внимание на странный кулончик.

Спустя пару лет, когда малышке исполнилось четыре, хозяйка сиротского дома поняла, что очень сильно привязалась к сероглазой малышке, и взяла её под своё негласное покровительство. Поэтому, малышка никогда не чувствовала недостатка любви. Непосредственная, немного озорная, она вызывала в окружающих лишь улыбку. Это может показаться странным, но никто из сиротских ребят никогда не завидовал девочке, наоборот все они очень быстро становились приятелями малышки, и азартно участвовали во всех её проделках и шалостях, честно говоря, всегда довольно невинных, потому как в девочке совершенно отсутствовала жестокость и заносчивость.

Когда настало время получать знания, работницы сиротского дома с удивлением и радостью поняли, что ребёнок стремиться к знаниям, и всячески поощряли это стремление, особенно когда увидели, что за девочкой стали тянуться и другие ребята.

Хозяйка же дома в тайне надеялась, что в её любимице проснётся магия, но год проходил за годом, а и намёка на это не было. Смирившись с тем, что этого никогда не произойдёт, хозяйка стала самостоятельно заниматься с ребёнком, желая научить девочку всему, что умела сама, зная, что это может пригодиться малышке в будущем.

И она оказалась права. Именно эти уроки позволили её малышке спустя ещё несколько лет стать преподавателем. Теперь уже вполне сформировавшаяся девушка с бодростью и особым умением знакомила детей с животным миром Рэимары. Девушка научилась справляться с капризами малышей, с нежеланием учиться, гасила плохое поведение на занятиях, умело находя подход к решению конфликтных ситуаций.

Рядом с сероглазой девушкой всегда хотелось улыбаться, да она и сама любила это делать, заражая всех хорошим настроением.

Всё шло хорошо вплоть до того дня, когда выяснилось, что хозяйку дома поразила неизлечимая болезнь. Женщина стала буквально таять на глазах, с грустью глядя на страдания своей девочки из-за этого. Приходили лекари, но они смогли лишь на время оттянуть неизбежный конец.

Именно тогда женщина решила сделать последний подарок для своей малышки, ставшей прелестной двадцатичетырёхлетней женщиной. Она написала письмо своему давнему другу в Академию магии с просьбой устроить малышку в неё преподавателем. При этом приводила вполне убедительные доводы, отмечая и довольно большой багаж знаний, и усердие в работе. Она, конечно, опасалась, что её девочку, не имеющую магических задатков, не примут даже по её протекции, но её друг, по удачному стечению обстоятельств ставший десять лет назад директором Академии дал согласие, желая выполнить последнее желание когда-то очень близкого человека. В ответном письме он дал понять, что примет девушку, как только она изъявит такое желание.

Но случилось это не сразу. Сначала были похороны, полные горечи слёзы всех, кто пришёл проводить в последний путь ту, что столько сил и любви вложила в место своей работы. Затем оформление множество бумаг, ожидание новой хозяйки дома, улаживание первостепенных и второстепенных дел. И вот спустя полтора года после похорон молодая женщина прибыла в Академию.

Высокая, стройная, одетая в строгое коричневое платье с высоким воротником женщина производила странное впечатление. Тем, кто не знал, сколько ей лет, могло показаться, что это молоденькая девушка, пришедшая поступать в Академию на учёбу, и в то же время грусть, плескавшаяся в её глазах и глубокая складка, залегающая между бровей, заставляли задуматься, а действительно ли девушке столь мало лет.

Идя по длинному коридору в кабинет директора, женщина ловила на себе заинтригованные взгляды изредка попадающихся студентов и преподавателей, но сама она лишь вежливо улыбалась встречным и спешила дальше за идущим впереди смотрителем, что любезно согласился проводить очаровательную леди к начальству.

После стука молодая женщина зашла в довольно уютный кабинет и встретилась взглядом с заинтересованным взором седовласого мужчины. Поздоровавшись, женщина подала последнее письмо своей покровительницы и грустно вздохнула, садясь в предложенное кресло.

Директор не стал надолго задерживать посетительницу, видя, насколько она измучена дорогой, лишь предложил выпить горячей настойки из укрепляющих трав. В ходе беседы потихоньку выведал историю женщины, попросил показать странный кулон, и отпустил посетительницу утраиваться и обживаться, предложив ознакомиться с новыми обязанностями на следующий день. А затем вызвал секретаря, наказав тому, показать комнату проживания, столовую и хотя бы часть Академии.

Комната новой преподавательнице очень понравилась, она любезно поблагодарила секретаря за небольшую экскурсию, получив в ответ смущённую улыбку, и дождавшись, когда тот выйдет, блаженно растянулась на кровати. Глаза её грустно смотрели в потолок, а губы улыбались. На ближайшие годы это место станет её единственным домом.

***

Директор очень красноречиво расписывал выгоды моей работы, а я... развесила уши. Знала бы раньше, что меня ждёт... хотя, что бы я сделала в моей-то неустроенной по жизни ситуации. В приют возвращаться не имело смысла, новая хозяйка дома не потерпит бывшей любимицы прежней хозяйки, родных у меня нет, ребята из приюта сами кое-как устроились, чтобы просить их помощи. Так что то, что мне предоставили место в Академии, лучшее, что смогло со мной произойти. Ну, подумаешь, детки немного не того возраста, что я рассчитывала. Как-нибудь приспособлюсь, главное есть крыша над головой, и возможность заработать на кусок хлеба.

Знакомиться с учениками, хотя бы с первой группой, меня повёл сам директор. М-да, детки оказались далеко не детками, десятка полтора парней лет восемнадцати и восемь девушек. С интересом посматривали друг на друга, я на них, они на меня. Кто-то предвкушающе улыбался, ясно. Что именно от этих можно ждать мелких пакостей. Но вообще класс мне понравился, будет интересно, и совсем не скучно. И в самом деле, уже первое занятие позволило определить и забияк, и заучек, и откровенных лентяев. Кто-то попытался болтать и хихикать, но пресекла подобное на корню, заинтересовав ребят необычной историей об одном из редчайших животных нашего мира. Рассказывать я умела, и потому тишина в классе и заинтригованные лица учеников не стали для меня сюрпризом. Расставались с первой группой довольные друг другом, кто-то улыбался мне, выходя их класса, кто-то активно обсуждал с сотоварищем новую информацию.

Поэтому вторую группу я ожидала с улыбкой на губах.

Когда зашёл первый студент, я подумала, что кто-то из магистров ошибся дверью. Когда появился ещё с десяток учеников начала осознавать, что пришёл мне большой и мохнатый 'песец'. А как ещё можно назвать ситуацию в которой мне предстоит преподавать в классе огромных самоуверенных и самодостаточных мужчин, явно большинство из которых являются представителями других рас.