Оскар взглянул на элементы орбиты.
— А ведь верно! Какой будет самая ближняя точка?
— Меньше сотни тысяч миль, может быть, даже чуть ближе — старик обожает совершенно точные орбиты. Нет желания сбежать в самоволку?
— Боюсь, скорость слишком высока, — сухо заметил Оскар.
— Ну вот, а где же дух первооткрывателя? Успеешь улететь в одном из шаттлов, прежде чем тебя хватятся.
— Боже мой, как мне хочется побывать дома! — вздохнул Оскар. — Жаль, что у нас не будет увольнения. — Он печально покачал головой и снова посмотрел на звездную карту.
— Знаю, почему ты не хочешь воспользоваться такой редкой возможностью: с тех пор как стал начальником службы, у тебя выросло чувство ответственности. Наверно, приятно быть одним из сильных мира сего?
— Да-да, Ос, расскажи нам, — поддержал Текс, войдя в рубку.
— Перестаньте подначивать, ребята, — покраснел Оскар. — Разве я виноват в этом?
— Ладно, больше не будем. А кроме шуток, ребята, — продолжал Мэтт, — нам очень повезло! Мы исполняем обязанности офицеров во время полета, который должен был проходить в учебной обстановке. Вы понимаете, что я имею в виду?
— Что?
— Если мы справимся со своими обязанностями и постараемся показать себя с лучшей стороны, нам всем могут присвоить офицерские звания!
— Ну да, — с сомнением покачал головой Текс, — капитан Енси сделает меня офицером? Свежо предание!
— Ну тогда уж Оскара, точно! В конце концов, он — начальник службы связи.
— Уверяю вас, ребята, это не имеет никакого значения, — запротестовал Оскар. — Действительно, я отвечаю за связь — вот только связываться-то не с кем! Мы находимся за пределами дальности радиосвязи, если не считать «Пэтфайндера», да и тот быстро удаляется от нас.
— Но ведь не вечно нам быть за пределами радиосвязи!
— Что из этого? Разве вы не замечаете, что старик не позволяет мне — да и никому из нас — делать что-нибудь самостоятельно? Все время стоит рядом и наблюдает. К тому же зачем нам офицерские звания? Представляете себе — возвращаемся на Землю, а их не утверждают! Какое унижение!
— Я готов рискнуть! — заявил Текс. — Только так и можно стать офицером! Другой возможности мне не представится.
— Перестань изображать несчастного сироту. Подумай только, что скажет дядя Боди, если услышит такие разговоры.
По правде говоря, атмосфера на корабле заметно изменилась, хотя капитан и лейтенант Турлов действительно наблюдали за действиями курсантов очень внимательно. Капитан Енси начал обращаться к ним по именам в неслужебное время и перестал упоминать звание «курсант». Иногда, говоря о команде корабля, он говорил «офицеры моего экипажа», явно имея в виду всех — как офицеров, так и курсантов. Но он ни разу не коснулся вопроса присвоения офицерского звания.
После выхода из пояса астероидов, за пределами дальности радиосвязи и в состоянии продолжающегося свободного падения, обязанности команды не представляли особой сложности. У курсантов было немало свободного времени, которое они посвящали учебе, спорам и игре в карты. Мэтт догнал своих друзей и ликвидировал, таким образом, отставание в учебе. Теперь он все чаще бывал в корабельной библиотеке, стараясь узнать как можно больше по интересующим его вопросам.
Капитан начал серию регулярных семинаров отчасти для того, чтобы заполнить остающееся у него время, отчасти в качестве помощи в учебной подготовке курсантов. Темой его семинаров была роль офицеров Патрульной Службы в качестве дипломатов. Енси умел рассказывать; кроме того, скоро курсанты поняли, что его можно увлечь и тогда он погружался в воспоминания. В течение своей продолжительной карьеры офицера Патруля Енси неоднократно сталкивался с трудными ситуациями, и его объяснения были интересны и приносили курсантам немало пользы.
Наконец ПРК «Триплекс» оказался в пределах радиосвязи с Венерой — там их ждало много сообщений, гонявшихся за ними по всей Солнечной системе. Официальная радиограмма из Департамента выражала благодарность капитану и всей команде за активное участие в восстановлении и отправке на Землю патрульного ракетного крейсера «Пэтфайндер». Кроме того, капитан Енси получил личное послание от Хартли Миллера, в котором говорилось, что «Пэтфайндер» благополучно вернулся на Землю, что ученые сразу набросились на доставленные данные и теперь громят корабль так, что он трещит по всем швам.
Кроме писем из дома, Мэтта ждало приглашение от Марианны — приглашение на свадьбу. Он так и не понял, за кого она вышла замуж, за того молодого человека, который присутствовал на пикнике? Мэтт не мог вспомнить его имени — все происшедшее казалось ему таким далеким… Кроме того, курсантов ждало послание от Пита — на письме было помечено «Леда, Ганимед». Там говорилось о том, как радостно его приняли дома.
— Ну и повезло же парню! — прокомментировал Текс.
Оскар обратил внимание на то, что капитан Енси уже не так внимательно следит за выполнением им обязанностей офицера связи, но это ничуть не удивило его. Оскар действительно превратился в начальника службы связи и уже забыл, что был когда-то совсем другим.
Он понял, что его считают офицером связи, после того как принял шифровку — первую из радиограмм, посланных в адрес «Триплекса» не клером, а шифром. Оскару пришлось обратиться к капитану с просьбой дать шифровальную машинку, хранившуюся в сейфе. Капитан открыл сейф и вручил Оскару машинку безо всяких колебаний.
Оскар взял радиограмму, расшифровал ее, и у него глаза полезли на лоб. Радиограмма гласила:
«ТРИПЛЕКС — ПРОСИМ РАССЛЕДОВАТЬ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ПРОИСШЕСТВИЯ ЭКВАТОРИАЛЬНОМ РАЙОНЕ ВЕНЕРЫ ТОЧКА ОТДЕЛ КОСМИЧЕСКИХ ОПЕРАЦИЙ».
Оскар тут же отнес радиограмму капитану Енси. Капитан прочитал расшифрованный текст.
— Передайте помощнику, что я прошу его зайти ко мне. И не обсуждайте ни с кем содержание шифровки!
— Слушаюсь, сэр!
Турлов вошел в капитанскую каюту с недоумением на лице.
— Что-нибудь случилось, капитан?
Вместо ответа Енси вручил ему шифровку. Лейтенант прочитал ее и покачал головой.
— Вы считаете, что мы сможем выполнить это распоряжение? — спросил капитан.
— Но вы и сами знаете, капитан, сколько у нас осталось реактивного топлива. Мы сумеем выйти на круговую орбиту, но у нас не хватит топлива для посадки и последующего взлета.
— Я того же мнения. Полагаю, придется ответить отказом и объяснить причину. Черт побери, я не люблю отказываться от выполнения приказов! Почему выбрали именно нас? По крайней мере, полдюжины кораблей находится в более благоприятном положении.
— Вряд ли, капитан. Думаю, мы оказались единственным кораблем в этом секторе Солнечной системы. Вы следите за расположением патрульных крейсеров?
— Не так уж внимательно. А почему вы спрашиваете?
— Вообще-то, этим следовало заняться «Томасу Пэйну», но он совершил посадку в Нью-Окленде для срочного ремонта двигателей.
— Понятно. Надо бы постоянно иметь патрульный корабль на орбите вокруг Венеры; когда-нибудь так и произойдет. — Капитан Енси задумчиво почесал подбородок. Он выглядел мрачным.
— У меня есть предложение, капитан.
— Да?
— Если мы изменим курс прямо сейчас, все может обойтись без излишних затрат реактивного топлива. Совершим посадку при включенном двигателе, сбросив скорость в результате торможения при вхождении в плотные слои атмосферы.
— Гм… каков допустимый предел погрешности?
В глазах лейтенанта Турлова появилось отсутствующее выражение — он решал уравнения четвертого порядка в уме. Капитан Енси также застыл с беззвучно двигающимися губами.
— Практически никакого, капитан. После выхода на кольцевую орбиту нам придется сразу нырнуть в глубь атмосферы и подвергнуться атмосферному торможению на пределе возможной скорости — или близкой к ней — перед тем как начать торможение реактивным двигателем.
Енси покачал головой.
— Нырнуть на предельной скорости в атмосферу Венеры? Тогда уж надежнее летать на метле в Вальпургиеву ночь! Нет, мистер Турлов, придется дать ответную радиограмму и сообщить, что мы не можем выполнить их распоряжение.