— Возможно. А что, если тебя захомутают?
— Ну, я просто подбираю «подарки» моря.
— В такое-то время?
— Ну, я немного чокнутый. Стив усмехнулся:
— Меня это не удивило бы. А фонарик-то зачем?
— Им я воспользуюсь лишь в случае необходимости. Чем ближе я подберусь к тому месту, где ты вошел в воду, тем убедительнее будут выглядеть твои тряпки.
— А если кто-нибудь заметит тебя?
— Вряд ли. Но если меня и увидят, я просто брошу вещи в воду и буду должен тебе за новый костюм.
— Ты хочешь сказать: я буду должен тебе. И гораздо больше, чем за один костюм. — Стив покачал головой. — Все же я не могу тебе этого позволить. Копы могут принять тебя за меня и начнут палить.
— Чепуха! Не будут они палить, не зная в кого. — Он собрал одежду Стива и ухмыльнулся:
— Тебе придется нарастить основательное брюшко, чтобы джинсы сидели как следует.
— Я буду всю дорогу надувать живот. Послушай, забудь ты о возне с метлой — через минуту я уже смоюсь.
— Расслабься. Я не задержусь надолго.
Стив съежился, услышав в отдалении вой еще одной сирены, и вспомнил слова Крис: звук сирены заставлял ее думать об ищейках и людях, убегающих по болотным кочкам.
В дверях Гарри обернулся, бросил:
— Все же, пока я отсутствую, соскреби хоть немного свою щетину. Бритва в ванной. — И вышел на пляж.
Оставив метлу у кромки прибоя, Гарри Уиллс вошел в воду. Через несколько минут он выбрался из воды и пошел вдоль линии прибоя, низко наклонившись и высматривая следы Стива. Наконец он остановился, прищурился, опустил фонарик ближе к песку, включил его на мгновение и провел лучом круг, охвативший несколько футов. Похоже, здесь. Бросив одежду, он снова зашел в воду, когда грубый голос резко произнес:
— Стоять!
Гарри остановился и постарался даже не шевелиться.
Мужчина поблизости от него произнес:
— Не двигаться! Полиция.
— Что за черт? — проворчал Гарри. Луч фонарика на мгновение ослепил его и потух. Грубый голос констатировал:
— Это — не Беннетт. Я его не знаю. Послышался другой, более высокий и более юный голос:
— Я знаю его. Это некий Уиллс. Что вы делаете здесь, мистер Уиллс?
— А кто спрашивает?
Юный голос зазвучал грубее и напористее:
— Полиция.
— Я услышал выстрелы, — ответил Гарри. — Заинтересовался, что бы это значило.
Гарри едва различал две фигуры рядом с собой. Грубый голос спросил:
— И вышли разобраться с загадкой, а?
— Я вышел посмотреть. Это что? Противозаконно?
— Очень может быть. Послушайте, — грубый голос зазвучал несколько дружелюбнее, — мы не собираемся доставлять вам неприятности, мистер Уиллс. Но здесь где-то бродит убийца, и мы должны принять меры предосторожности.
— Убийца? Какой еще убийца?
— Стив Беннетт. Хозяин магазина в нашем городе.
— Вот как? Разве он не в тюрьме?
— Был, — отозвался полицейский. — Дал деру. Не очень-то надежная тюрьма в Метро-Сити. Он убил уже двоих.
— Постой-ка! — воскликнул юный голос. — А это что такое? — Он на миг осветил фонариком песок. — Куча одежды.
— Я только что наступил на нее, — поспешно заговорил Гарри. — Вы, наверное, видели свет моего фонарика.
— Наступили на нее, а? — проворчал грубый голос. Копы обменялись шепотом несколькими словами, потом грубый голос заговорил снова:
— Скажите-ка, мистер Уиллс, где вы живете?
— Чуть дальше по пляжу. Встрял молодой полицейский:
— Я знаю где. Небольшой домик на Эль-Пасео. Недалеко отсюда.
— Какая вам разница, где я живу? — спросил Гарри.
Полицейский ответил не сразу, потом спросил:
— А почему вы босиком? И закатали брючины?
— А вы как думаете? Не хотел намочить их. Вы имеете что-нибудь против?
— Может быть. Не так уж часто встретишь человека, бродящего по пляжу в такой туман. Я таких людей не знаю.
— Ну, я просто со странностями, — откликнулся Гарри.
— Вы вроде как не в себе, мистер Уиллс. Давайте-ка заглянем к вам домой.
— Сейчас?
— Сейчас, сейчас.
— Зачем?
Голос копа посуровел:
— Не берите в голову, просто заглянем, и все. Гарри хотел было возразить, но передумал, повернулся и направился к своему дому в сопровождении полицейских.
Стив Беннетт смочил бритву в теплой воде и начал брить правую щеку. Проголодавшись, он нашел в холодильнике остатки свиной отбивной и с жадностью проглотил их.
Быстро проведя безопасной бритвой по намыленной щеке, он поморщился от боли, вызванной сопротивлением жесткой щетины. Уже медленнее соскоблил ее с левой щеки и подбородка и, гротескно искривив рот, сбрил ее над верхней губой.
Споласкивая бритву под краном, он почувствовал недоумение. Гарри должен бы был уже вернуться. Если только... если только не попал в беду!
Положив бритву на край раковины, Стив взял с туалетного столика свой револьвер, повернул выключатель в ванной комнате, оставив в темноте всю заднюю часть дома, и подошел к задней двери. Выглянул наружу, но в первый момент не смог ничего разглядеть. Приспосабливаясь к темноте, зрачки его глаз постепенно расширились.
Вдруг он увидел вспыхнувший на мгновение свет всего в нескольких ярдах от себя. Гарри? Но что ему делать там, на пляже? Он говорил, что вернется по воде до самого дома. Может, не рассчитал расстояние в тумане?
Снова коротко вспыхнул свет, потом еще раз. Но две вспышки отделяло ярда три-четыре.
Стив сообразил, что там, в темноте, зажигался не один фонарик, а два.
Больше он не стал ждать ни секунды. Крутанувшись на месте, поспешил в освещенную гостиную, сунул револьвер за пояс джинсов, схватил со стола фетровую шляпу и ключи от машины. Выскользнув в переднюю дверь, услышал, как за его спиной щелкнул замок. Медленно приблизился по дорожке к Эль-Пасео, маленькой улочке длиной всего в один квартал, на которую выходил фасад дома Гарри, и потянул ручку дверцы его машины — нового «крайслера».
Дверца оказалась заперта.
Стив поспешно выбрал ключ, отпер дверцу и скользнул под руль. Мотор завелся сразу, и беглец медленно доехал до конца Эль-Пасео, повернул налево, на Лагуна-авеню, и притормозил у знака «стоп» перед Прибрежным бульваром. Заскрежетав зубами, с горечью подумал, что пока ему удавалось лишь на шаг опережать полицию. Как долго еще удача будет сопутствовать ему?