— А сам — то ты как? Тебе ведь грозит не меньшая опасность. Поехали все вместе.

— У меня тут ещё есть кое — какие дела. Но возможно через неделю я подъеду.

Мамай вначале отказался наотрез. Немного погодя он стал приводить вялые контр аргументы, а в семь часов Ефимов уже готовил приказ.

Пока я одной рукой собирал Милкин чемодан, полковник на руках отнес спящую дочь в машину и страшась оставить её одну хотя бы на минуту, охраняя сел рядом.

Проводив до городской черты мы простились с ними в семь сорок пять.

Добросив меня до пятнадцатого дома по улице Новостроевской Мамай собрался в фирму принимать дела, пообещав вечером отогнать мою машину на стоянку, поскольку управлять одной левой я ещё не научился.

— Послушай, Мамай, мне помнится ты разбераешся в финансовой документации?

— Ну и что из этого? — Не понял он.

— Ничего, сиди в ефимовском кабинете и работай. Если ты мне понадобишся, то я позвоню тебе ближе к обеду. До встречи.

Подойдя к подвальной двери я был обескуражен. Она была закрыта на большой эамок и на этот раз настоящий. Что бы это все значило? Много гадать тут не приходилось. Тут и козе понятно, чья это работа. Ну и сука же ты, Владилен Николаевич Ким. Просил ведь тебя по человечески, не трогать девчонку. Правда я и сам хорош. Мог отвезти её к Колобову ещё во вторник. Нет, не мог, не до этого мне было. Милку спасали. Это было важнее. Но что же делать, где теперь её искать? Володя долго ждать не будет. Примет на работу другую уборщицу и больше его не уговорить.

— Эй, ты, Костя! — Неожиданно окликнул меня сидящий на лавочке скукоженный мужичонко, в котором я не сразу признал Эдуарда Ивановича. Чего пришел?

— Привет бомжам перестройки. — Подходя к нему бодро поздоровался я. Скажи, где мне разыскать твою сестру по несчастью, Галину?

— В морге. — Бесцветно ответил он и его тон сразу заставил меня поверить.

— Ее убили? — Опускаясь на скамейку спросил я.

— Да что вы все, убили, да убили?! — Раздраженно бросил он. — Кому она нужна? Никто её не убивал. Сама повесилась.

— Как?

— Каком кверху. Как вешаются. Взяла веревку, привязала её к трубе и удавилась.

— Когда это произошло?

— На следущую ночь после тебя. Девки её довели. Они подсмотрели как ты ей бабки дал. С утра начали просить, потом требовать, а к вечеру избили и всю обшмонали, да только ничего не нашли. Тогда они принялись шерстить весь её закуток и в одном мешке, на котором она спала, накнокали эти бабки. А Галка как увидела, словно с ума сошла. Вырвала у них деньги и побежала из подвала. Они её на ступеньках нагнали и избили до полусмерти. Забрали бабки, а её там и бросили. Потом не знаю. Напились мы сильно на эти деньги, а утром я смотрю, онауже висит вся синяя и холодная. Вызвали мы милицию, а сами подальше убрались, чтоб чего не подумали. Они приехали и закинули её в труповозку, а потом слесарь из ЖЕУ повесил новый замок Вот и все. Помянуть бы её не мешало? Девки, сучки, её довели.

— Мразь, это ты её довел. Ты их подстрекал! — Вскочил я и наотмашь, левой рукой заехал ему в нос. — Подонок! — Пнув распростертое, грязное тело я не оборачиваясь побрел со двора.

— Гончаров, ну почему так получается? Стоит тебе до кого — то дотронуться и он уже мертвец. За две ночи два трупа из одного дома. Не много ли? Причем с обеими женщинами ты только недавно познакомился. Но самое нелепое то что твоя любовница убита из оружия, которое тебе дала жена. Ну не мистика ли все это? Тебя надо закрыть на замок и запретить впредь всякое общение с людьми.

Хмурый и убитый я добрался до дома и отрешенно открыв дверь, не снимая башмаков прошел в комнату, где на столе оставалось не убранным утреннее пиршество. Набухав пол — фужера водки и проглотил её не закусывая и только тогда понял, что в доме я не один. Вне всякого сомнения в ванне кто‑то плескался. Это открытие буквально повергло меня в шок. Что это? Белая горячка? Но последние десять дней в выпивке я очень умерен. Значит меня подстерегает какая — то реальноя опасность и Милка с отцом уехали во время. Вытащив из тайника полковничий пистолет я подкрался к двери и прислушался. Двух мнений тут быть не могло. В ванне действительно кто — то купался. Но если он делает это так откровенно, то вряд ли собирается доставить мне неприятность. Опустив оружие я тупо уставился на дверь, соображая, что бы это все значило. Всего от квартиры было три комплекта ключей. У полковника, у Милки и у меня. Мои болтаются в кармане, своими Ефимов открывал дверь утром, зачит остаются Милкины ключи, которые вероятно у неё забрал Паук. Час от часу не легче и в этом положении будет самое правильное неожидан–но напасть первому. Примерившись я разбежался и плечом высадил дверь. Лучше бы я этого не делал и вообще джентльмену в таких случаях следует стучаться.

Под душем стояла Джамиля и как это подобает в таких случаях, была она абсолютно голой. На секунду замерев от ужаса она взвизгнула, суетливо пыталась прикрыть интимные участки тела, причем все сразу.

— Пардон! — Извинился я и попятившись назад прикрыл дверь. Растянувшись в кресле я не знал то ли мне смеятся, то ли плакать.

— Константин Иванович! — Минут через пять крикнула она. — Извините, вы не могли бы мне дать полотенце и какой — нибудь халат или рубашку, а то я всю свою одежду постирала. Не ругайтесь, но так получилось, что я промокла до задницы.

— Сейчас принесу. — Пообещал я вытаскивая из шифоньера свою халат и полотенце. — Где же ты так промокла? — Усмехнувшись осведомился я разглядывая её в этом нелепом наряде. Полы халата тащились по полу придавая ей сходство с японской гейшей. Как ты здесь осутилась?

— Об этом потом, скажите главное. Вам удалось освободить жену?

— Да, Жанна, и большое тебе спасибо. Сейчас она в безопасном месте.

— Ну и слава Богу. А попала я сюда очень просто. Ключи от вашей квартиры я выкрала у Паука ещё вчера вечером, когда он обдумывал план ограбления вашей квартиры. По идее это должно было произойти сегодня днем, когда ваш тесть поедет к нему на встречу для передачи денег. Вся перемазанная в глине, мокрая и страшная я подошла к вашему дому в семь с минутами. Смотрю стоит ваша машина, поднялась наверх, звоню, а у вас никто не отвечает. Мне стало тревожно. Думаю, наверное вляпались. Вот и решила проверить. Открыла дверь и увидела, что вы недавно пировали. Это меня успокоило, но уходить из тепла я уже не могла, чертовски захотелось сбросить с себя все грязное барахло и лечь в горячую ванну, мне ведь пришлось минут десять пролежать под настилом мостика в какой — то вонючей жиже. Но только это меня и спасло.

— Выпей водки. — Посоветовал я протягивая ей бокал.

— Спасибо, наверное сейчас это будет кстати. — Согласилась она и поморщившись проглотила прозрачную жидкость. — Вы меня предупреждали об ожидающей нас засаде и в принципе я была готова к тому, что может произойти у дома этого Христоса, но такого хитроумного хода и то что за ним последовало я представить себе не могла.

— Подожди. Прежде всего скажи, зачем ты вообще с ними поперлась?

— Остаться в замке не было никакой возможности. Утром я продемонстрировала ему свои таланты стрелка и после этого отвязаться от него не было никакой возможности. Убежать просто так я тоже не могла, потому что подставила бы Лизку. Кстати, как она, надеюсь с ней все в порядке?

— Да, мы увезли её оттуда и высадили в черте города. Закусывай и рассказывай, что там у вас произошло.

— Тогда с самого начала. — Набив рот ветчиной с трудом пробухтела она. — После ваших взрывов поднялся настоящий переполох. Такого никто не ожидал. Все обитатели собралились на первом этаже в холле не зная что делать. Паук сказал, что это работа Христоса и надо немедленно собирать людей. Он пытался с ними связаться по телефону, но не мог, что — то ему мешало. Потом все немного успокоились и он приказал всем мужикам и мне в том числе садиться в машины и прорываться в город. В городе мы заехали в несколько мест и собрали пять человек. Всего нас набралось десять. На трех машинах мы рванули к Христосу, чтобы по словам Паука, от его дома не осталось даже воспоминаний. Это он так хотел, а получилось по другому. Вы знаете где живет этот самый Христос?