Худой, в сопровождении первого отделения и одного из ребятишек, уехал в духан за покупками. Через полчаса шесть откормленных баранов были доставлены к дувалу старейшины, где расположились разведчики. Немного поторговавшись, хозяева баранов получили обещанную плату и ушли. Минут через пять после этого появился Худой с набором всех необходимых продуктов и тремя большими казанами для приготовления плова и шурпы.
Обе стороны остались довольны, разведчики щедро расплатились со всеми. Все равно ведь деньги были собраны во время зачисток у убитых духов и держались в черной кассе именно для таких целей (закупки продуктов в отдалённых кишлаках). Всё необходимое можно было взять и силой, но зачем настраивать против себя ещё одно селение. Вдруг когда-нибудь придётся ещё разок сюда заехать, так лучше встретить нормальных людей, чем получить пулю в спину.
Через час прибыли на место, и работа закипела. Всем нашлось дело: освежевали баранов, подготовили мясо и другие продукты, дрова и воду. Можно было бы приготовить все блюда в полевой кухне, но тогда теряется тот особенный вкус и аромат, присущий этим кушаньям. Вскоре процесс приготовления вошел в решающую фазу; всё кипело, шкварчало и шипело. Запахи разносились на несколько сот метров вокруг. Ближе к вечеру прилетела вертушка, начпрод привёз выпивку, вместе с ним прибыли несколько офицеров штаба.
Торжественный ужин открыл комбриг поздравительной речью, ребятам было всё отчётливо слышно, ведь их расположение было очень близко. Они могли сидеть за одним столом с боевыми офицерами любого ранга, а со штабистами предпочитали не связываться. Как говорил Петрович: "У них своя свадьба, а у нас своя".
Такие праздничные вечера приносили виновнику торжества очередное звание, повышение по службе или награду. В основном таким способом "особые заслуги" зарабатывали: штабные работники, лица, приближенные к штабу, и небоевые офицеры. Ходили слухи, что за определённую сумму можно было купить любую боевую награду. Поэтому штабисты и офицеры, которые о боевых выходах имели лишь отдалённое представление, никогда не пользовались уважением разведчиков.
Праздничное застолье закончилось поздно ночью. Зная, что утром у всех участников дня рождения будет плохое настроение, разведчики предпочли удалиться с их поля зрения.
Через три дня боевой выход закончился и колонна техники направилась к месту дислокации.
Панину удалось-таки разнюхать истинную причину этой операции. Боевой выход на самом деле был учебным в ходе плановой подготовки к предстоящей армейской операции. Цель, место и время проведения этой операции держались в секрете. Хотя название "Армейская операция" звучало впечатляюще, разведчики своим внутренним чутьём ощущали, что ничего хорошего из всего этого не выйдет. Скопление нескольких, крупных, разрозненных до этого подразделений, всегда создавало неразбериху и различные неудобства в процессе выполнения общей боевой задачи. Для управления этим сводным войском нужен талантливый и тактически грамотный командир. Однако времена таких самородков, как Тухачевский и Жуков давно прошли. Теперь совсем другие критерии отбора комсостава, а случайные исключения от общих стандартов встречаются крайне редко.
Умело подобранный и подобающим образом обученный состав небольшого подразделения всегда выполнит боевую задачу более эффективно, чем крупное формирование. Это правило всегда доказывал отдельный разведвзвод своими действиями.
Через две недели, после учебного выхода, бригада была поднята по тревоге и переброшена в "Чёрные горы". Здесь объединенные силы из ударных частей Кабульского, Баграмского, Джелалабадского и Кандагарского гарнизонов должны были штурмовать один из укрепрайонов духов. Умело организованная и укреплённая линия обороны моджахедов, состоящая из вырубленных в почти отвесных склонах казематов, дополнивших естественную сеть пещер, поставила перед командованием объединенной группы войск трудноразрешимую задачу. Пока "думающий аппарат" в штабах всех уровней бился над решением этой задачи, полки и батальоны безуспешно штурмовали позиции врага. Положение осложнялось тем, что подтянуть на ударную позицию боевую технику и артиллерию не было возможности из-за сложного рельефа местности. Авиация оказалась малоэффективной и особого вреда духовским позициям не причиняла. Штурм укрепрайона превратился в простую осаду, обе стороны "окопались" и обменивались лишь редкими пулемётными очередями. Постоянно работали лишь пулемётные расчёты "Утёсов" и "ПКа", да ещё снайпера вели свободную охоту за головами.
![Малыш и Странник i_070.jpg](https://litlife.club/books/221869/read/images/i_070.jpg)
Остальной набор стрелкового оружия практически стал бесполезным, расстояние между позициями не позволяло вести сколько-нибудь эффективную стрельбу из автоматов. Мы просто заперли духов в их норах и не давали возможности вырваться наружу.
Разведчикам выпала "почетная" обязанность — прикрывать бригаду с правого фланга. Напротив позиции, занимаемой разведчиками, находились три "змеиных норы", вырубленные в почти отвесной стене.
Бездействие как всегда томило, хотелось активных действий. Духи обстреливали оборонки разведвзвода из "ДШКа", их пули жужжали над головами как майские жуки. Через неделю, предприняв несколько неудачных попыток сломать оборону духов, был получен приказ "Занять оборону и ждать".
В начале настроение у Малыша было подавленным, но потом он, собравшись с силами, решительно "выбросил" депрессию и меланхолию из своих мыслей. Теперь он скрупулёзно занялся разработкой планов дальнейших действий. Постепенно к этим разработкам подключились все. Панин с интересом наблюдал за этим процессом, но всякий раз находил слабое место в плане и отвергал его.
Однажды, сидя вечером у небольшого костерка за гребнем, заворожено глядя в его пламя, Малыш вдруг ясно увидел решение всех проблем. Не желая упустить ниточку правильной мысли, он немедленно побежал к Панину.
Тот сразу заметил блеск азарта схватки в глазах замка: "Вижу, нашел ты таки решение наших проблем, ну, давай выкладывай всё".
"Нам нужно добыть со склада части хотя бы штук шесть трофейных "ЭРЕСов" да парочку "Шмелей". Дальнейший план будет таким: "Мы с Серёгой за ночь выходим на позицию выстрела из "Шмеля", вы залпом "ЭРЕСов" затыкаете духам рот и даёте возможность нам произвести выстрелы. После наших выстрелов в этих тоннелях уже сопротивляться будет некому".
"План, конечно, авантюрный и сырой, но над ним стоит поработать", — ответил Панин. "Дай мне срок на размышление и консультацию с Батей".
Два дня ушло на эти дела, разведчики недовольно ворчали: "Что так долго можно решать — дело ведь стоящее".
На третий день Панин представил утверждённый и скорректированный план. Вместо "ЭРЕСов" решено использовать "ПТУРСы" (Противотанковые Управляемые Реактивные Снаряды), они имели переносные установки для запуска, с помощью которых можно управлять полётом снаряда. В остальном же план не претерпел существенных изменений. Завтра вертушки должны доставить всё необходимое оборудование, их нужно будет встретить на посадочной площадке в пяти километрах от передовой. Доставлять груз к месту ведения боевых действий придется на своих плечах. Два отделения ушли встречать вертушки и без приключений доставили всё вооружение на место. Ещё день ушёл на подготовку к операции и наконец наступило время "Ч". Батя лично прибыл для наблюдения за ходом операции.
С наступлением сумерек Малыш, Серый и всё первое отделение удалились в ущелье, разделяющее позиции противоборствующих сторон. Им предстояло до утра выйти на позицию для выстрела из "Шмеля", а это 400-ста метров, замаскироваться и ждать условного часа. Чтобы ребятам было легче ориентироваться на пути к цели, решено было каждые полчаса запускать парочку сигнальных ракет. Всю ночь бойцы метр за метром преодолевали расстояние до духовских позиций. Приходилось продвигаться особо осторожно, любой, даже незначительный шум мог выдать всю группу, тогда шансов уйти назад живыми почти не было. Малыш сначала не соглашался с составом группы, но Панин привёл убедительный довод: "Уничтожив духов на входе и в тоннелях, вы вдвоём сможете ли удержать позицию до подхода основных сил? Духи ведь, заподозрив неладное, бросят резервы на помощь пострадавшим от атаки. Имея под рукой отделение, можно организовать оборону и продержаться до нашего подхода". С этим трудно было не согласиться.