<i>Проскуров.</i> На 1 октября 1939 г. Второй оборонительный рубеж начинался от Финского залива и проходил через Ремнети, Сумма, Мялькел и другим пунктам и далее по северному берегу Сувантоярви. Общая система обороны строилась на создании 13 узловых сопротивлений, так называемых центров сопротивлений по использованию рек и озер.
Третий оборонительный рубеж был представлен узлом сопротивления в районе Выборга, в котором имелось до 10 артиллерийских железобетонных точек. К 1 октября 1939 г. было установлено наличие в укрепленных районах до 210 железобетонных и артиллерийских точек. Всего было 210 точек. Эти точки нанесены на схемы, был альбом, который, как говорил сам тов. Мерецков, все время лежал у него на столе.
<i>Мерецков.</i> Но ни одна не соответствовала.
<i>Проскуров.</i> Ничего подобного. Донесения командиров частей и разведки показывали, что большинство этих точек находится там, где указаны на схеме.
Мерецков. Это ложь. В районе Суммы 12 точек, Корна – 12.
<i>Проскуров.</i> Ничего подобного.
<i>Мехлис.</i> Когда этот материал был передан Генштабу?
<i>Проскуров.</i> До 1 октября 1939 г. К этому же времени было известно, что финны развертывают большие строительные работы.
<…>
Такими данными мы располагали.
Данные о пистолете Суоми были впервые в сборнике Разведупра, изданном в 1936 г. Подробные данные были даны в справочниках 1939 г. с фотографиями.
<i>Голос.</i> В книжках.
<i>Проскуров.</i> А у нас, это не в качестве оправдания, автоматическое оружие игнорировали.
Наконец, тов. Шапошников докладывал, что было 16 дивизий, у нас нет таких данных. Было 12 пехотных дивизий, 6 отдельных пехотных полков, до 30 батальонов, около 5 пехотных бригад.
<i>Сталин.</i> В общем, 18 дивизий.
<i>Проскуров.</i> Если свести в дивизии – до 18 дивизий.
<i>Сталин.</i> Сколько давала разведка отдельных дивизий?
<i>Проскуров.</i> До 10 дивизий и до 30 отдельных батальонов. Что на самом деле и получилось. Но общий контингент военно-обученных, тов. Шапошников, должен кое-что показывать, это нельзя отбрасывать.
<i>Голос.</i> Говорят, что пулемет Суоми испытывался у нас в 1936 г. Верно это или нет?
<i>Голос.</i> У тов. Шестакова, есть у нас такой, данные эти можно получить. Он говорит, что эти пулеметы испытывал в 1936 г.
<i>Сталин.</i> Это ничего не значит. Он может быть известен. 100-зарядный американский пулемет был известен, у чекистов был, но считали, что это полицейское оружие, что в армии это оружие никакого значения не имеет. Оказалось наоборот, что для армии пулемет – в высшей степени необходимое явление, а разведка представляла его исключительно с политической стороны, что для войны он не годится. Так было дело?
<i>Проскуров.</i> О тактике противника были некоторые материалы.
<…>
В архиве есть много неразработанных ценных материалов. Сейчас разрабатываем, но там целый подвал, колоссальное количество литературы, над которой должна работать целая бригада в количестве 15 человек в течение пары лет.
<i>Голос.</i> Эта литература за это время устареет.
<i>Сталин.</i> Брошюра о том, как будут воевать финны. Не насмешка ли это над всеми и над Красной Армией, что брошюра лежит год с лишним, 5 лет, другие говорят, и ее печатают только спустя две недели после войны, чтобы ею могли пользоваться в Красной Армии с запозданием.
<i>Проскуров.</i> Здесь умысла нет.
<i>Сталин.</i> Мы не разведка.
<i>Проскуров.</i> Я вам докладываю, что в разведке в архиве сейчас имеется много материалов, которые мы обрабатываем. Материалов у нас очень много, и мы их в ближайшее время выпустим. Только как получается? То, что у нас имеется из материалов из-за границы, не делается достоянием широких масс. Если у нас идет война, мы должны сделать так, чтобы было известно все то же самое, что делается за границей в военном мире.
<i>Голос.</i> Все засекречено.
<i>Голос.</i> Причем нужно прямо сказать, что за границей можно купить в витрине, то у нас это будет секретом для Красной Армии.
<i>Сталин.</i> Это манера людей, которые не хотят, чтобы наша Красная Армия знала многое. Вот почему, видимо, у нас все секретное.
<i>Кулик.</i> Мы должны добиться такого положения, чтобы то, что сегодня появляется в печати за границей, было на следующий день известно нашей Красной Армии.
<i>Сталин.</i> Нужно создать группу при Генеральном штабе, чтобы она пользовалась всеми материалами, чтобы она имела возможность посылать своих людей за границу, которые бы присылали материалы открыто, никаких секретов нет.
<i>Кулик.</i> У нас сейчас все засекречено.
<i>Сталин.</i> Я не знаю, у вас вся власть была в руках, вы являетесь заместителем наркома, почему вы ничего не предприняли?
<i>Кулик.</i> Я этот вопрос ставил перед наркомом.
<i>Сталин.</i> Вы являетесь заместителем наркома и могли обратиться к наркому и сказать о создавшемся положении.
<i>Кулик.</i> У нас нужно будет ввести новую систему.
<i>Голос.</i> Иностранные военные журналы являются секретными для нашей Красной Армии.
<i>Проскуров.</i> Потому что в этих журналах есть всякая клевета о Красной Армии.
<…>
<i>Сталин.</i> Интересные выборки нужно делать.
<i>Проскуров.</i> В зарубежном вестнике помещаются всякие иностранные статьи.
<i>Сталин.</i> У вас душа не разведчика, а душа очень наивного человека в хорошем смысле слова. Разведчик должен быть весь пропитан ядом, желчью, никому не должен верить. Если бы вы были разведчиком, вы бы увидели, что эти господа на Западе друг друга критикуют: у тебя тут плохо с оружием, у тебя тут плохо, вы бы видели, как они друг друга разоблачают, тайны друг у друга раскрывают, вам бы схватиться за эту сторону, выборки сделать и довести до сведения командования, но душа у вас слишком честная.