- Да здравствуют светлейшие и всемогущие монархи дон Фернандо и донна Хуанна, короли Кастилии, Леона и Арагона, - торжественно провозгласил он, - во имя которых я вступаю во владение всеми этими Южными морями, землями, берегами, гаванями и островами со всем тем, что на них находится, с городами и царствами, когда бы они ни были основаны - в прошлом, настоящем или будущем. И если какой-нибудь другой властитель или военачальник, к какой бы религии он ни принадлежал, будь он христианин или язычник, заявит какие-либо притязания на эти земли и моря, то я готов оспаривать эти притязания как в настоящем, так и в будущем от имени монарха кастильского, которому принадлежит высшая власть над этой Индией (В те времена под Новым Светом подразумевали Индию), так же как северный и южный материк со всеми его морями от Северного до Южного полюса как по ту, так и по эту сторону экватора, между тропиками Рака и Козерога, а равно и вне их. Все это составляет полную собственность их величеств и наследников их как ныне, так и на все будущие времена, пока только существует мир, вплоть до второго пришествия.
Закончив читать этот заготовленный им заранее текст, Бальбоа обратился к своим спутникам, призывая их быть свидетелями его законного вступления во владение вновь открытыми морями и землями. Испанцы охотно приняли участие в этой церемонии, а потом гурьбой вошли в море и стали пробовать на вкус воду, чтобы удостовериться в том, что она так же солона, как и в Атлантическом океане.
Во время своего дальнейшего пребывания на побережье открытого им моря, которому он дал название Южное, мотивируя это тем, что оно лежит к югу от перешейка, с трудом ими преодоленного, Бальбоа обнаружил у местных индейских племен в изобилии жемчуг. Это его очень обрадовало, и он постарался запастись этой драгоценностью с таким расчетом, чтобы послать большое количество жемчужин в Испанию, но и себя не обидеть.
Местные индейцы показали испанцам путь к Жемчужным островам. От этих же индейцев Бальбоа и его спутники узнали о существовании за морем богатой золотом и серебром страны, где правит верховный вождь Биру.
В январе 1514 года завоеватели возвратились в основанную ими колонию Санта-Мария-де-ла-Антигуа, и Бальбоа снарядил корабль в Испанию с донесением об успехах его экспедиции, которое подкреплялось изрядным количеством золота и жемчуга, составлявшим пятую часть захваченных им богатств. Отправляя каравеллу со столь ценным грузом, Бальбоа не подозревал, что из Испании вышел большой флот к берегам Золотой Кастилии и что на одном из кораблей находится новый губернатор этой области - Педрариас де Авила.
Этот умный и хитрый испанец хорошо понимал, что Бальбоа не такой человек, чтобы покориться кому-нибудь, кроме короля. Поэтому по прибытии на место он сначала повел себя по отношению к Бальбоа как человек, бесконечно его уважающий и ценящий его заслуги. Он даже предложил ему породниться с ним, обещав отдать в жены Бальбоа дочь, находившуюся в Испании.
Усыпив таким образом бдительность Бальбоа, Авила тем временем искал повод для привлечения Бальбоа к судебной ответственности. Такой повод, наконец, был найден. Бальбоа обвинили в превышении власти и взяли под стражу.
Суд, состоявшийся вскоре, раскопал также и старые провинности Бальбоа - убийство Никуэсы и его спутников (отправленные Бальбоа в море без продовольствия, они все погибли) - и приговорил его к смертной казни. Ирония судьбы - арестовывал Бальбоа его земляк и соратник Франсиско Писарро, а одним из судей был возвратившийся из Испании Энсисо. Он без колебаний вынес смертный приговор человеку, который отплатил ему черной неблагодарностью.
Бальбоа был обезглавлен вместе с еще четырьмя испанцами, обвиненными в государственной измене.
Так закончил свой жизненный путь Васко Нуньес де Бальбоа, испанский конкистадор, типичный представитель своего времени и племени авантюристов, пускавшихся в путешествия с целью обогащения. В силу обстоятельств ему не удалось совершить то, что через некоторое время совершил его земляк Франсиско Писарро, огнем и мечом покоривший государство Перу, о котором индейцы рассказывали Бальбоа.
Южное море, открытое впервые Бальбоа, затем, после первого кругосветного плавания Магеллана, стало называться Тихим океаном. А память об этом человеке, первым пересекшем Центральную Америку, увековечена в названии города у южного выхода Панамского канала в государстве Панама.
Открытие материка
![Имя на карте pic_21.jpg](https://litlife.club/books/221698/read/images/pic_21.jpg)
![Имя на карте pic_22.jpg](https://litlife.club/books/221698/read/images/pic_22.jpg)
Открытие материка
Капитан второго ранга Фаддей Фаддеевич Беллинсгаузен, командир шлюпа "Восток" и начальник экспедиции в Южные моря, обвел внимательным взглядом всех присутствующих в кают-компании офицеров. Лица их были сосредоточенны и серьезны в ожидании слов командира.
- Господа, - сказал Беллинсгаузен, - я пригласил вас, с тем, чтобы ознакомить с целью нашего предприятия. Его величество соизволил распорядиться снарядить два шлюпа для изысканий в Южных морях настолько далеко к югу, насколько позволят нам сделать это природа и наше мужество и выносливость. На мое замечание, что все уже исследовано и вряд ли можно будет открытия сделать, он заметил: "Посмотрим", давая тем понять, что не вполне согласен с моей точкой зрения.
Инструкция, полученная мной, содержит следующие указания, касающиеся маршрута плавания. Нам надлежит прежде всего отправиться для обозрения острова Георгия (Современное название - остров Южная Георгия), находящегося под 55 градусом южной широты, а оттуда к Земле Сандвичевой (Современное название - Южные Сандвичевы острова), обнаруженной аглицким мореходцем Куком, и, обошел ее с восточной стороны, пуститься к югу и продолжать изыскания до отдаленнейшей широты, какой только можно будет достигнуть ближе к полюсу, отыскивая неизвестные земли, не оставляя этих усилий, иначе как при непреодолимых препятствиях… - Беллинсгаузен сделал паузу и пояснил: - Заметьте, господа, весь ход нашего плавания продуман до мельчайших подробностей. В этом вы убедитесь, выслушав меня до конца. Ежели под первыми меридианами - гласит далее инструкция - попытки окажутся бесплодными, то надлежит возобновить свои покушения под другими меридианами, повторяя их многократно как для открытия новых земель, так и для приближения к Южному полюсу. Когда же начнутся холодные месяцы года в тех широтах; надлежит обратиться к параллелям, менее удаленным от экватора, и стремиться следовать маршрутами, не пройденными еще иноземными мореходцами, после чего следовать на отдых и для пополнения провианта в Порт-Джексон (Ныне Сидней), что может случиться около первых чисел апреля 1820 года.
После отдыха и необходимого ремонта шлюпов усилия по исследованию приэкваторной полосы Тихого океана должны быть продолжены, включая Маркизские и Соломоновы острова, острова Общества, Новую Каледонию, прочие соседствующие с ними острова. Затем по наступлении удобного времени, к концу 1820 года, запасясь всем необходимым для плавания в отдаленнейших широтах, мы с вами должны продолжить на юге исследования по прошлогоднему примеру с такой же решимостью и упорством и проплыть остальные меридианы для совершения пути вокруг земного шара, обратясь к той самой высоте, от которой отправились у меридианов Земли Сандвичевой.
- И как долго предполагается продолжать нашу экспедицию? - спросил лейтенант Лазарев, командир второго шлюпа - "Мирный".
- Согласно инструкции, врученной мне, предполагается, что мы должны возвратиться в Россию после завершения кругосветного плавания в высоких широтах независимо от результатов предприятия.
- Мыслится ли самостоятельное плавание "Мирного" или он не должен расставаться с "Востоком"? - продолжил вопросы Лазарев.
- По возможности мы не должны расставаться с вами, Михаил Петрович, - ответил Беллинсгаузен. - Это в наших общих интересах, потому что в тех условиях, которые нас подстерегают на подступах к Южному полюсу, взаимопомощь и взаимовыручка просто необходимы. Вы понимаете, господа, что я имею в виду?