Так же, как Джон и Ричард импровизировали с музыкой, они импровизировали на Сцене в Пьесе, которая разворачивалась в театре НЛП. Какая роль в этой пьесе досталась Фрэнку Пьюселику, который с самого начала участвовал в этих событиях? Я считаю, что его новая роль была критически важной на тот момент для дальнейшего развития НЛП. Фрэнк стал ответственным за «группы». Что это означало? Это означало не только то, что теперь он вел, обучал и делегировал задачи, но и нес ответственность за передачу, контроль и сбор данных в отношении задач и инструкций для членов группы. На этапе исследований и экспериментов Фрэнк вел группы и делал доклады для Ричарда и Джона, как и Ричард и Джон для Фрэнка, когда они вели группы. На таких встречах обычно было два важных момента. Первый – упражнения, направленные на определение точки выбора: каждый из них в свою очередь описывал различные точки выбора, принятые во время сессии, или представлял, что могло бы произойти в этих точках. Часто, когда один из них описывал действительное или выдуманное событие, один или оба слушателя могли перебить говорящего фразой «…нет, это не то, что ты сделал, ты сделал следующее…» Это было забавным способом резко изменить пережитый опыт и одновременно подготовкой к следующим группам. Эти три человека в течение многих лет проб и ошибок выработали острое чутье, позволяющее им безошибочно определять, что сработает, а что нет. Рассказчик, который вел повествование о «ненастоящем опыте», внимательно следил периферийным зрением за невербальными реакциями своих слушателей и понимал, сработает ли его схема, или нет. Если все трое решали, что схема должна сработать, уже на следующей группе они тестировали новый паттерн. Второй процесс, используемый на их встречах, заключался в вычленении и описании очевидных контр-примеров к разрабатываемым паттернам, которые впоследствии также тестировались на практике.
Военный опыт Фрэнка, его способность вести за собой отряд, его работа в консультационном центре, где он делал все возможное, чтобы получить положительные результаты в работе с клиентами, его природная способность идти до конца, до достижения цели, в сочетании с его девизом «Semper Fi»,14 были навыками, необходимыми для тестирования кодированных паттернов. Он делал это в течение всех трех поколений Мета/НЛП групп, как он их называет. И хотя члены этих групп упоминаются во многих статьях, я указала список Фрэнка в сносках.15 В ходе создания молодежных служб в Санта-Круз (первый «испытательный полигон» НЛП, как следует из статьи Дэвида Вика), Фрэнк был ведущим преподавателем НЛП/Мета групп, обучая первых консультантов Молодежной службы Санта-Круз, до тех пор, пока он не покинул Санта-Круз, чтобы открыть филиал компании МЕТА в Сан-Диего в качестве директора. Когда Байрон Льюис присоединился к МЕТА в Сан-Диего, штат Калифорния, около 1978 года, Мэрилин Московиц, Стив Лорей и Джефф Пэрис вместе с Полом Картером и Стивеном Гиллигеном уже работали с Фрэнком в МЕТА, как указано в статье Байрона Льюиса.
Как я сказала выше, роль Фрэнка имела решающее значение для возникновения и развития НЛП благодаря тому, что эти группы, первоначально используемые для практики гештальта, были тестовой платформой для моделей, закодированных Джоном Гриндером и Ричардом Бендлером. Тестирование является важным шагом в процессе НЛП-моделирования, цель которого – ответить на вопрос: может ли этот паттерн в кодированном виде быть успешно передан другим людям таким образом, чтобы они достигали положительных результатов так же эффективно, как и объект моделирования? Фрэнк принимал участие в моделировании Перлза и иногда в моделировании Вирджинии Сатир. Он сам служил объектом для тестирования некоторых пробных паттернов. Естественная реакция Фрэнка на сложные вопросы или ролевые игры с Ричардом и Джоном могла стать основой для упражнений во время групповых сессии.
Сейчас самое время обсудить гештальт-платформу и то, как функционировали первые группы в рамках этой платформы.
IV. Групповые импровизации: основная и малая сцены, используемые для репетиций пьесы
Первая репетиция
Краткое введение в гештальт и работу Перлза, которое я привожу в этой части эпилога, должно помочь читателю немного ознакомиться с предысторией. Платформой, на которой каждый из первых паттернов исследовался после кодировки, на которой в группах ежедневно проводились эксперименты и тестирования, была гештальт-терапия. Гештальт-терапия сама по себе была относительно новым направлением в существующей практике психотерапии.
Когда вы будете читать следующее описание, вы, возможно, отметите для себя некоторые элементы и типы процессов, используемых в гештальте, которые напомнят вам о прочитанном в статьях некоторых авторов, описывающих свои переживания и опыт, полученные на «группах». Сам процесс Мета/НЛП «групп» будет пояснен после обсуждения гештальта.
Фриц Перлз и его жена и соавтор, Лора Перлз, создали в Нью-Йорке Институт гештальт-терапии в начале 1950-х, отвергая фрейдистские методы и исследуя методологию Перлза, которую он назвал гештальт.16 Его работа в Соединенных Штатах началась в их нью-йоркской квартире, где он проводил группы, семинары и практикумы.
После прибытия Фрица Перлза в Калифорнию в 1960 году, он начал проводить учебные семинары по гештальт-терапии в Институте Эсален летом 1964 года (вплоть до 1968 года). Основное отличие между терапевтическими методами, которые использовали традиционные психотерапевты, и гештальтом Перлза заключалось в отношениях между психотерапевтом и клиентом.
Методология, используемая Перлзом, был разработана таким образом, чтобы клиент активно принимал участие в процессе, взаимодействуя с терапевтом, не посредством свободных ассоциаций, которые не были направлены на взаимодействие с клиентом, а через процесс исследования, проводимый совместно с терапевтом. Это исследование на каждой сессии начиналось для клиента с того, что он рассказывал о том, что испытывал в тот конкретный момент, а не пытался точно описать значение событий, которые произошли 10 минут или 3 года назад. Затем терапевт ставил эксперименты и анализировал ответы клиента.
Были написаны несколько книг о методологии,17 которые содержали ограниченный набор паттернов. Эта методология использовалась на индивидуальных или групповых сессиях с количеством участников не более 10. Во время таких сессий, терапевт работал с одним клиентом, а другие члены группы наблюдали; в конце сессии с этим клиентом, которые, как правило, длились 20 минут, остальные члены группы давали обратную связь о том, как работа с этим человеком повлияла на решение их личных проблем.
Философия гештальта Перлза состояла в том, что клиент испытывает в настоящий момент, и в отношениях между психотерапевтом и клиентом – терапевт должен был использовать спонтанные методы для изучения ощущений клиента;18 мне не удалось найти никаких подтверждений тому, что терапевт пытался изменить поведение клиента.
Именно на этой платформе на группах тестировались языковые паттерны изучаемых объектов моделирования, здесь проводились эксперименты первоначального кодирования, проверенные на группах первого поколения Мета/НЛП.
Я предлагаю читателю прочесть краткое резюме, чтобы напомнить о хронологии и уточнить некоторые дополнительные детали, которые помогут в понимании группового процесса.
Ричард впервые повстречался с Джоном Гриндером на тренинговой группе примерно в сентябре 1971 года, они поддерживали связь, общаясь по-приятельски. Ричард нередко заходил на занятия, проводимые Джоном в тот период времени, когда он и Фрэнк вели гештальт-группы. Фрэнк и Джон еще не были знакомы. Осенью 1971 года Джон Гриндер преподавал Введение в общее языкознание, затем зимой курс «Язык и Разум»,19 а весной (1972 года) – «Структуру английского языка».
Осенью 1972 года Ричард приглашает Джона прийти посмотреть, чем они с Фрэнком занимались. Джон только что вернулся из поездки в Африку, которая длилась несколько месяцев. Ричард и Фрэнк работали по методу Перлза. Ричард принимал участие или просто присутствовал на некоторых занятиях Джона; особенно на курсе «Язык и Разум». Когда Джон с удивлением спросил Ричарда, почему он решил пригласить его (Джона) на их группы, Ричард ответил: «Я слышал, как точно ты формулируешь связь между работой мозга и речью».